Негатив. Том II - Павел Корнев

Сжёг пять сотен килоджоулей, и — без толку! Вспыхнул и опал сонмом искр контур заземления, а оператору — хоть бы хны. Ревень поймал тёмную фигуру лучом фонаря, полоснул длинной очередью. Должен был попасть, но противник остался невредим, ещё и выстрелил в ответ. Раз! Другой! Третий!

Я метнулся за штабель досок и на ходу вколотил себя в состояние резонанса, старшина же прикрылся кинетическим экраном и медленно попятился, на ходу продолжая давить противника короткими прицельными очередями. Тот озаботился защитой от пуль, а вот к атакующим воздействиям не прибегнул и после шестого или седьмого выстрела юркнул под укрытие брёвен.

Ни преследовать неизвестного оператора, ни оставаться в проходе Ревень не рискнул и выскочил ко мне, скинул опустевший магазин под ноги, выдернул из подсумка новый.

— Зайду сбоку! — заявил я и начал смещаться вдоль штабеля досок к соседнему ряду, но не тут-то было.

— Отставить! — рявкнул старшина. — Ждём подкрепление!

У ворот грохнул винтовочный выстрел, Ревень дёрнулся и со всего маху приложился затылком о брёвна, качнулся обратно и повалился ничком на землю. На ошкуренном дереве осталась неправильных размером чёрная клякса, потекли, побежали наперегонки друг с другом вязкие капли.

Из оцепенения вырвал лязг затвора. До ворот было не добежать, и я рванул в противоположном направлении, влетел в соседний проход, и тогда вдогонку рявкнула винтовка. Пуля угодила в доски, и сочный отзвук удара придал прыти, но одновременно начали смещаться создаваемые оператором искажения — тот побежал наперерез!

Проход уткнулся в штабель досок высотой в два человеческих роста; с помощью сверхспособностей я легко мог заскочить на него, но побоялся подставиться под выстрел, на бегу разметал в щепки один из подпиравших брёвна клиньев, и те покатились за спиной, перекрывая дорогу стрелку.

Оператор определённо не знал моего точного расположения, но долго игра в кошки-мышки в любом случае продлиться не могла, и я лихорадочными рывками тянул в себя сверхсилу, прекрасно осознавая, что в случае прямого противостояния преследователи разделают меня, как бог черепаху. Возьмут в клещи, и — абзац!

Штабеля досок и брёвен точно располагались тут не в случайном порядке, в их размещении присутствовала некая система, но сейчас — в темноте и с убийцами за спиной, — вникать в неё попросту не было времени. Я ускорился и рывком проскочил развилку, повернул на следующем перекрёстке, уповая разминуться со стрелком и вывернуть к выходившему на дорогу забору, а вместо этого совершенно неожиданно очутился метрах в десяти от входа в контору. И не я один. Только свернул за угол, и в оставленном мной проходе грохнул запоздалый выстрел, винтовочная пуля прошла мимо и засела в штабеле досок. И, как назло, впереди — энергетическая аномалия!

Появление оператора я предугадал за миг до того, как тот вынырнул из-за брёвен с другой стороны от конторского здания, вот и успел сотворить кинетический экран, ухнув в него весь накопленный к этому времени потенциал и обеспечив плотность сверхсилы в полторы сотни сверхджоулей на квадратный сантиметр. Мало! Слишком мало!

Я понимал это предельно ясно и потому рванул на сближение с противником, но не с целью навязать тому ближний бой, просто собирался нырнуть в уходивший к ограде боковой проход прежде, чем настигнет стрелок с винтовкой. А там сигану через забор, только меня и видели!

Незнакомец вскинул руку с пистолетом, и я скорее угадал это движение, нежели его увидел, начал двигаться, как учили на курсах, — раскачиваясь и затрудняя прицеливание нелогичными вроде бы ломаными рывками, коим придавал дополнительную непредсказуемость и стремительность направленными кинетическими импульсами.

И вновь убийца не стал прибегать к атакующим энергетическим воздействиям, он выстрелил, теперь уже нисколько не заботясь о соблюдении тишины. Грохнуло, сверкнула дульная вспышка, свистнуло сантиметрах в двадцати от головы.

Мимо!

Мелькнула мысль частично нейтрализовать прикрывавший убийцу экран, как проделал это некогда с Воронцом, но сразу выкинул её из головы. Нечего и пытаться уложить пулю в невеликую прореху, стреляя ночью на бегу с расстояния в два десятка метров, а только замешкаюсь, и подоспеет стрелок с винтовкой. Медлить нельзя!

Я потратил энергию на генерацию разряда и метнул молнию, попал и вновь не пробил чужое заземление, тогда начал в надежде на психологический эффект палить из пистолета.

Раз! Два! Три!

Стрелял я, стреляли по мне. Противник раз за разом мазал, но чудес на свете не бывает, и в шаге от спасительного зазора между штабелем и стеной конторы меня словно лошадь в грудь лягнула. Защита погасила едва ли треть энергии пули, а наработанные рефлексы, ясновиденье и техника закрытой руки панацеей не стали: прилетел-то отнюдь не каучуковый шарик, но шесть граммов металла, вот и не вышло отделаться синяком. Мощнейший удар заставил сбиться с шага и подставиться под очередной выстрел, следующая пуля угодила уже в живот. Тут меня и вовсе скрючило в три погибели, на ногах не устоял, завалился на бок.

Чуть ниже рёбер рвали тело и пульсировали уголья боли, но на диком выбросе адреналина я не только закатился на низенькое крылечко конторы, но и ухватился за дверную ручку. Выбросом сверхсилы сбил навесной замок, а только выпрямился, и за спиной грохнула винтовка, под левое колено словно раскалённый штырь вогнали! Потеряв равновесие, я качнулся вперёд, дверь под моим напором распахнулась внутрь, падение за порог едва не вышибло дух, но собрался и ужом скользнул в узенький коридорчик уже едва ли не в бессознательном состоянии — просто очень не хотелось умирать.

Захлопнул дверь, и та тотчас содрогнулась от удара, прошившая филёнку пуля пронеслась над головой и со звоном угодила в металлический шкаф.

Твари!

Нога отнялась и, оставляя за собой кровавый след, я прополз через всё помещение, ухватился за край подоконника и попытался взобраться на него, но вмиг накатило головокружение, осел обратно, едва не лишившись чувств. Развернулся, откинулся на стенку, судорожным усилием втянул в себя воздух. Стремительно накатывала слабость, боль рвала тело на куски, как сумел отрешиться от неё, — не понял и сам.

Мелькнула мысль перезарядить пистолет, но не стал подтягивать к себе за страховочный шнур выроненное оружие, вместо этого обратился к внутреннему потенциалу, обуздал его и не позволил вырваться вовне.

Ну! Подходи по одному!

Всего так и распирало от стремительного притока энергии, а ещё был кинетический экран. Пусть при ранении я и утратил над ним контроль, но вложенная в щит сверхсила не развеялась, она зависла в воздухе призрачным овалом, и не требовалось даже преобразовывать её в движение, достаточно было просто убрать сдерживающий фактор.

И я его убрал, будто гончую с поводка спустил. Но не сразу, лишь когда приблизился источник энергетических возмущений. Лети!

Дверь не распахнуло и не сорвало с петель, её просто разметало в щепки, и этот смертоносный шквал отшвырнул человека прочь, я даже толком его не разглядел. Лишь проблеск ясновиденья дал понять, что под удар попал не оператор, а стрелок с винтовкой!