Облако - Семен Лопато

Do you want to restart the process from the beginning?

Мгновенье помедлив, Ратмир щелкнул мышкой на «Yes». Надпись исчезла, все успокоилось. Не увидев никакого продолжения, Вадим ожидающе повернулся к Ратмиру.

– И что теперь? Что-нибудь дальше делаем?

Прямо сидя на стуле и глядя в экран, Ратмир положил руки на колени.

– Ничего.

– То есть мы все сделали?

– Да. Система перехватила управление и перешла в другой режим.

Охренеть, подумал Вадим, охренеть еще раз, проверка гипотезы запущена. Ну что, получается, теперь только ждать, дай бог теперь, чтоб она оказалась верной. Машинально он протянул руку и щелкнул мышкой на вкладке системы видеонаблюдения, там по-прежнему тускло переливалась подсвеченная фонарями темень в поле зрения видеокамер. Не тупи, подумал он, по щелчку пальцев все равно ничего не изменится, нужно время; не имея точных данных о динамике процесса – тогда, восемь лет назад, – невозможно даже предсказать какое. И это вообще, если процедуры формирования и распада Облака хоть сколько-нибудь симметричны. В любом случае раньше чем через час визуально проверять нет смысла. Плохо, подумал он, ненавижу ждать. Готовься к этому, подумал он, это долгий путь, сработает это сейчас или нет, в любом случае ожидание будет долгим. Просидев несколько минут у консоли рядом с так же неподвижно сидевшим Ратмиром, машинально он встал и вышел в коридор. Пойти прогуляться, подумал он, или на другой этаж, что ли, заглянуть, посмотреть, есть ли там интересное что-нибудь. Дойдя до Т-образного перекрестка, он повернул направо; миновав взломанные комнаты секретарши и начальника, он дошел до конца отростка; повернувшись, он на мгновенье остановился в недоумении – контуры новой, ранее не замеченной им двери вдруг стали заметны на противоположной, глухой стене; у двери не было ни ручки, ни замочной скважины, но вписанная в стену четырехугольная стальная плита стала видна абсолютно явственно, покрашенная в цвет стены и имевшая сходную со стеной фактуру, она, на первый взгляд, совершенно сливалась с ней. Присмотревшись, Вадим увидел над дверью небольшой, чуть заметный фотоэлемент. Так даже не карточкой она открывалась, автоматически, что ли, ну да бог с ним, наверняка не работает уже все давным-давно. Машинально поднеся руку к фотоэлементу, удивленный, он невольно сделал шаг назад – заработал мотор привода, дверь неожиданно быстро и легко открылась, впереди был виден длинный, тускло освещенный коридор, почти автоматически Вадим вошел; пройдя несколько шагов, услышав ровный звук привода, он оглянулся – дверь так же быстро и легко затворилась за ним; почему-то не испугавшись, практически не обратив на это внимания, ускорив шаг, он пошел вперед; уже ощутив, увидев, что коридор хотя и длинный, но неминуемо ведет к чему-то тревожному и важному, ускорив шаг, почувствовав, что коридор пошел под уклон, он сдерживал себя, чтобы не побежать, путь выровнялся, коридор расширился, какой-то новый свет дальним тусклым серебром замерцал вдали; уже видя, что выход близко, беглым шагом преодолев остаток пути, Вадим остановился, почти с разбега вбежав на огромную равнину.

Ровный тусклый, мертвящий свет из-за низко нависших серебряных туч наполнял все кругом, покрытое свинцовыми травами поле расстилалось впереди, черно-белые стяги вздымались вдали. Быстро, среди безветренных, беззвучных трав, в предсумрачном свете низкого неба перейдя поле, он приблизился к невысоким холмам. Разноликое и разнооружное воинство собиралось отовсюду. Время ускорилось и понеслось вскачь. Резко отбросив край черного, с золотой каймой, плаща, некто, сидевший на мертвом стволе поваленного дерева, быстро встал, вполоборота повернувшись резкими чертами обожженного лица.