Метро 2035. Злой пес - Дмитрий Манасыпов

– Здравствуй, Хаунд.

– Гутен таг. – Мутанту пришлось отвлечься от заказанной маринованной крысы.

– Рад, что сдержал слово. – Клюв Лукьяна трогательно качнулся вслед полуулыбке.

Хаунд не ответил.

– Вышло?

Он кивнул и вопросительно поднял бровь.

– Что я тебе должен?

Хаунд, разорвав пополам крысу, чуть помолчал, потом выдал:

– РПГ и три заряда. Желательно хотя бы один кумулятивный. Если не все, йа.

– Что получу взамен?

– Тебя встретят, если понадобится, отвезут, оставят. Думаю, натюрлих, ехать тебе надо одному и сейчас. Без семьи. Разговор может сложиться.

Лукьян кивнул, уставился на Хаунда. Выдержал паузу, переварив информацию, и встал.

– В вестибюле встречу тебя сам. И сам все передам.

Так и вышло.

Вьюк с зарядами и сам РПГ в чехле приятно оттянули плечо. Хаунд зауважал Лукьяна еще больше.

– На Победе найдешь ребят с Прогресса. А там тебя ждет Савва – высокий, плотный, волосы светлые. Он все решит на месте.

Лукьян кивнул и незаметно растворился в тени небольшого прохода, спрятанного за совсем уж крохотной дверкой.

– Обалдеть… – протянул Кулибин, рассматривая бережно уложенные Хаундом смертоносные штуки. – Хаунд, мы собираемся воевать с танками?!

– Против «медведя» ни с чем другим особо не попрешь. И даже если ему пару колес пробить, на остальных выкатится. А у Чифа – «медведь»… То еще животное, – высказался Зуб.

– У него КрАЗ, натюрлих, – поделился Хаунд, – здоровенный, бронированный и даже отчасти блиндированный КрАЗ-лаптежник.

Кулибин присвистнул и сказал:

– И где же, юный бандерлог, они умудряются заправлять эту махину, жрущую бензин, как ты сейчас собственные сопли?

– Чо? Я не…

Зуба перебила прилетевшая от калеки затрещина.

– Ай! – вскрикнул мальчишка.

– Не перечь старшим, сколько раз говорить?! – Кулибин потряс ладонью. – Ходишь, шмурыгаешь своим хоботом и глотаешь, когда никто не видит… Тоже мне, взрослый суровый рейдер, опасный, как, как… как… Да ну тебя, юноша, достал ты меня, прости Господи.

– Топливо идет с Кинеля. – Хаунд кивнул своим мыслям. – Вороны вместе с Братьями взяли остатки железнодорожного музея в Зубчаге, а железо оттуда кинельским сильно нужно. Вот и торгуют, все нарываются на неприятности. Раньше так нагло «медведи» по городу не гоняли, а сейчас – точно поедет, йа. Против него кумулятивный – просто зер гут, камрад.

– Ну да… – Кулибин крякнул. – Кто фигачить-то с этой шайтан-трубы станет?

– Зуб.

– Я?!

– А кто, я, что ли? – Кулибин вздохнул.

– Хватит. – Хаунд зыркнул гневно на обоих. – Нашел время лаяться, механик-водитель… Поехали отсюда, пора двигать в Город.

– Город? – Кулибин вдруг заерзал на сиденье. – Город?!

– Карно сказал, что Гарпун попросил навесить на «волка» отвал, чтобы добраться до точки. Щепетильная сволочь, йа… и не сказал вроде ничего прямо, и должен мне не остался. Где нужен отвал для «волка»-внедорожника?

Где, где… в Городе. Там Волна прошлась так, что до сих пор ходить по улицам проблематично: куски кровель, выбитые рамы, поваленные мумии-деревья, прогнившие остовы автомобилей, рассыпавшиеся шлакоблоки старых домов, мусор с реки… Там отвал нужен был машинам даже с высокой посадкой, на базах джипов.

– И где там искать, не подскажешь, а?

Хаунд кивнул.

– За Девил, скорее всего, придет не лодка. За ней прилетят, на аэростате. А где такому пузану лучше приземлиться, чтобы выгрузить пять-шесть бочек горючки, закачанной в подземных хранилищах Курумоча?

– От ведь, пес, а… – протянул Кулибин. – Бассейн?

– Найн… – Хаунд усмехнулся. – Площадь Славы.

– Не Куйбышева?

– Там Город, йа… опасно. А до площади Славы просто так не доберутся. Самарская забита обломками, а Молодогвардейская… одну улицу они удержат, йа. Так что нам, полагаю, куда-то в район Пироговки надо двигать. Там пересидим, а утром и выкатимся, натюрлих.

– Пироговка?! – Зуб шмыгнул. – Ты правда хочешь идти туда?!

– А что, юноша, страшно? – усмехнулся Кулибин.

Парень побагровел, сопя и сочно булькая носопыркой. В Пироговку ему не хотелось совершенно. Слухи про нее, обвалившуюся и продуваемую насквозь, ходили разные. Только хороших среди них не было. Совсем.

– Не дрейфь, и не в таких местах бывали, да, Хаунд?

– Йа. – Мутант зевнул. – Оттуда и прогуляться можно, присмотреться, найти что-то полезное. Рихтиг, хорошее место.

– Да ну вас… – Зуб помотал головой. – В Пироговку, по собственной воле?

– Еще раз говорю, дикое ты создание, – ласково пропел Кулибин, – хватит ныть, все будет отлично.

Первый след от отвала заметил Зуб. Остановился в самом начале Полевого спуска, почти впритык к тротуару и ограде ТТУ.

«Фейт», подрагивая красными боками, урчала двигателем. «Ураган», остановившись в нескольких метрах от нее, даже не скрипнул тормозами.

Хаунд, чувствуя неладное, выбрался наружу. Прошелся по стертому временем асфальту, остановился возле кучи мусора, рядом с которой стояла «гончая». Присел, пытаясь что-нибудь рассмотреть в толстом сером ковре пыли. Обнаружив следы протекторов, махнул рукой Зубу.

– Гарпун, – подтвердил рейдер, оказавшись рядом.

– Почему?

– А вон второй след, вон… – палец парнишки уперся в еле различимые отпечатки. – Там покрышка нормально стоит, протекторы по ходу движения. А тут, наоборот, в обратную…

– То есть ты хочешь сказать, что среди Воронов нет таких же, как он, лентяев?

– Дебилов таких же нет, – буркнул Зуб. – А лентяев – хоть отбавляй.

– Так, гут… – Хаунд вышел на перекресток, прячась за покалеченным кленом, присмотрелся. Присмотреться помогла труба. Самая настоящая, доннер-веттер, медная подзорная труба. Восстановленная для него на Прогрессе, само собой: все же линзы – вещь тонкая, а хранили ее плохо.

Поворот на Арцыбушевскую, налево. Одинокий и наполовину уничтоженный временем трамвай. Ржаво-рыжий автобус-маршрутка, несколько легковушек, похожих то ли на могильные холмики, то ли на спящих зеленых медведей. Скелеты новостроек и выстоявшая светлая высокоэтажка на Ленина.

И еле заметный корпус Пироговки, грязный и серый, с дырками в кирпичной кладке, с просевшими верхними этажами. А вот ворота с вывеской уцелели.

И пока Хаунд не заметил никаких признаков Гарпуна или самого Чифа.

Он уже собрался уходить, когда…