Подруга - Михаил Щукин

– Чего тут удивляться? – Иллис досадливо поморщилась. – У этого рода аллергия на большинство лекарств. С синдромом третьего уровня никакое баронство не спасет.

Наступившее молчание заставило Иллис замолчать и поднять глаза. Сообразив, что только что сказала, даже зашипела с досады.

– Так-так. Димир, иногда с тобой все-таки страшно рядом находиться. – Макс с иронией перевел взгляд на замершего императора. – Опять ты прав оказался. Не просто так непризнанный мастер Альтер решила поступиться своей гордостью и начать практиковать в ошейнике.

– Ничего не специально. Это вообще моя идея была. – Иллис, обиженная, что попала в такую примитивную ловушку, насупилась как маленькая девочка. – Майя собиралась пациентов брать через Леру.

– Но она может приводить только служанок. А среди них не так много измененных, – закончил за нее Димир.

– Ну да. – Иллис покаянно кивнула. Все равно ведь проболталась. – Барон Айрен имеет дальнюю родню в окрестностях Морста. Что-то там двоюродное или троюродное, со вторым уровнем изменения. От них он знал о практикующем мастере. А во дворце у него кузина, в числе стерв Мегеры. От нее он узнал о практикующей рабыне, из этого же города. Сопоставить не трудно. Начал с того, что через отца быстренько вправил мозги кузине, а потом подкатил к нам. Майя из его семьи сейчас практикует с тремя. Его отец вообще не вмешивается.

– Значит, слухи о том, что ученица мастера была не только помощницей, но и могла работать самостоятельно, верны, – удовлетворенно кивнул Кир. – Мы начали прояснять эту тему сразу, как она приступила к практике.

– Майя имела свою собственную клиентуру, под руководством мамы. Естественно, она практиковала чаще среди аристократов. В трущобы ее одну не пускали. А аристократы предпочитали всем говорить о мастере, а не о девчонке-ученице, – сочла нужным пояснить Иллис.

– Да, это логично. Но этот барон третьего уровня. Значит, практика Майе нужна не только для поддержания формы. Я правильно понимаю?

– Барон сам настоял на экспериментах. Майя пытается закончить начатое мамой.

– И каков результат? – Вкрадчивый тон Индерского не мог обмануть присутствующих.

– А то вы не знаете. Наверняка уже все выяснили. Синдром у барона пройден без последствий. Только Майя не будет в восторге от вашей осведомленности.

– А зачем ей об этом говорить? – тихо заговорил Димир. – Пациентами мы ее обеспечим и так. Пусть перебирает по своему усмотрению. Через тех же Айренов и обеспечим. Пара разговоров в толпе, плюс слухи. Фильтрацию обеспечит твоя служанка. Толковая девушка, кстати. Ты бы присмотрелась к ней на предмет личного контракта. С Адилой я сам переговорю. Ей не нужны лишние волнения. Но ей придется действовать осторожнее.

– Согласна. Но я все равно дам ей понять, обо всем. Иначе получится, что я за ее спиной действую Что же делать с остальным? – Иллис едва сдержала слезы, вдруг слишком ярко представив нарисованные Индерским картинки.

Ответ пришел от Кира.

– Для начала мы перестанем делать секрет из ее роли при императрице. Мера все равно не сработала. Утечка оказалась слишком близко к кабинету Адилы. Ликвидировали, конечно, но дело сделано. – Кир досадливо поморщился. Признавать поражения он не любил. – Объявлять ничего не будем, Просто перестанем пресекать слухи. Что говорить Майе, вы решите сами. Советую предварительно выяснить, что она знает о своей мнемоподготовке. У Вирта, например, она намного выше вашей подготовки. Его тренинги включают активную оборону на всех уровнях.

– Я тоже теперь хочу, – окрысилась Иллис.

– Это можно будет организовать. Но вот Майе такие занятия сейчас противопоказаны. Велик риск несвоевременного срыва чужого блока, – заметил Индерский.

– Вам, ваше высочество, нужно оставаться рядом с нею как можно дольше, – продолжил Кир. – Будем надеяться, что информация о вас и возможном к вам доверии пробьется до подсознания. И тогда будет шанс как-то повлиять на ситуацию. А пока только тренинги. Инструкции охране дворца мы изменим.

– Она вообще-то не скрывает, что собирается сбежать. Или вы и ее норки заранее планируете.

– Нет, норки это ее, по-настоящему. Я бы с удовольствием прикрыл лавочку и организовывал все сам. Но пока не получается. Вы хоть можете подсказать, сколько у нее их еще? – Невинный взгляд Кира только вызвал улыбки у присутствующих и смешок у Иллис.

– Она мне рассказывает только о безнадежных случаях. Так что нет.

– Но попытаться-то стоило. – Развел руками Кир, ничуть не расстроившись. – Ваши побеги это тоже своеобразная разрядка для нее. Они не дают ей сорваться. Так что препятствовать таким пробежкам не будем.

– Честно говоря, все это можно принять за шизофрению. Самостоятельно действующее подсознание, ничего не понимающее сознание, еще и чужой блок в мозгах, который нельзя вскрывать, – призналась Иллис.

– А что вы хотите? На этом строятся все технологии мнемовойн. – Макс развел руками. – Сохранить личность или попытаться ее восстановить в случае поражения суть одной из задач.

– Может, мне тоже сорваться парочку раз, будете отпускать в город без охраны, – задумчиво протянула Иллис. Но сразу себя оборвала.

– Главное, это организовать для Майи надежную связь. Браслет связи, как выяснилось, очень не надежная вещь в нашем случае. Каждая мегера или стерва может его с нее содрать.

– Я хочу лично добраться до этого самоучки, – вдруг зло заявила Иллис. – На сколько кусочков надо его разрезать, чтобы подсознанию Майи стало немного легче? Я подержу его.

– Мы все подержим, – заверил Кир. – Но пока мы имеем неизвестного мнемика, не обремененного профессиональным моральным кодексом, по силе входящего в первую десятку империи. Плохо обученного, но имеющего доступ к необходимой литературе. А она в свободном обращении отсутствует.

– Не сбрасывай со счетов семейные архивы, в том числе и в других государствах, – проворчал Димир.

– Именно. Причем он как-то связан с сентами.

– Между прочим, два десятка лет назад кое-кто уверял меня, что с ними покончено, – попенял Димир.

– Не додавили, – покаялся Кир. – Нельзя забывать и то, что они уцелели у соседей.

– Насчет мнемика. Поищи среди не прошедших официальный отбор. У этого точно были способности. Так что отфильтровали по другим причинам. Возможно, у него играет оскорбленное самолюбие, – буркнул Макс.

– Как такое вообще может быть! Да еще во дворце? – Иллис возмущенно фыркнула.

– Способностью внушать другому обладают все люди. – Макс тяжело вздохнул. – Просто в разной степени. Даже ребенок на уровне инстинктов внушает окружающим желание его опекать. Через позы, взгляды, интонацию. Рисовать тоже учатся все люди. Но художниками становятся немногие. А для того чтобы стать великими художниками, требуется еще и талант. Здесь примерно то же самое. Мнемик кроме таланта к внушению еще обладает рядом других врожденных способностей, например эмпатией. Воспринимать чужие эмоции – это один из способов отследить правильность установки отдельных блоков и их срабатывания. Способности можно определить, только если человек сам захочет их показать. Это не наш случай.