Кровь дракона. Остаться в живых - Дмитрий Христосенко

Перед глазами Волкова встала заваленная окровавленными телами дорога, и сердце судорожно трепыхнулось в груди, тяжелым камнем на плечи навалился груз вины. Он ведь считался их командиром! То, что командиром он был лишь номинальным – ничего не меняло! Он отвечал за них! А теперь они все погибли, а он сидит тут… живой! Сколько раз, будучи сержантом, он проклинал бездарных идиотов-генералов, сидящих в высоких кабинетах и отправляющих молодых, необученных пацанов на убой! А сам оказался еще хуже!.. Как он посмотрит в лицо родственникам погибших?.. Что ответит им, когда его спросят, почему он остался жив?.. Неудачник!.. Убийца!.. Зачем он согласился возглавить этот поход? На кого понадеялся?.. Идиот!

В себя Волков пришел от криков и звонких шлепков по щекам, от которых его голова болталась из стороны в сторону.

– Хва-хва-хва… тит, – выдавил он из себя.

Болтанка прекратилась, и Грох, прекратив давать ему пощечины, спросил:

– Что с вами, господин?

– Ничего. Оставь меня наконец в покое! Что ты со мной возишься? Ты что, не понимаешь, что они все по гибли из-за меня? Все они! И твои друзья тоже! Из-за того, что я оказался идиотом!

Орк пожал плечами, поморщившись от боли в ребрах, потревоженных неловким движением, и ответил философски:

– Судьба. Рано или поздно все умрут.

Нант тоже решил вставить свои пять копеек:

– Господин, вы не виноваты.

Глеб недоверчиво фыркнул. Кто ж еще-то!

– Да, не виноваты, – твердо повторил Нант. – По верьте на слово старому солдату. Войско было собрано второпях, времени наладить взаимодействие отрядов не было, и, самое главное, противник знал о нас зара нее и подготовил засаду за несколько дней до нашего подхода.

– Как это заранее? Ты уверен?

– Да, господин. Смотрите сами: их солдат мы не заметили, пока они не начали атаку. О чем это говорит?

– О чем? – переспросил Глеб, не сразу врубившись, куда клонит сержант.

– Укрытия, – подсказал солдат. – Такие укрытия за пару часов не подготовишь. Минимум день нужен, а лучше два. А значит, им кто-то подсказал наш маршрут.

Глеб задумался, произнес неуверенно:

– Но войско никто не покидал.

Нант подтвердил:

– Не покидал.

Грох согласно кивнул головой.

– Ну и?

– Сообщил кто-то из столицы, господин. Кто-то из тех, кто знал наши планы.

Волков задумался. В первую очередь он подумал на Эрно Альтина, все же решившего ликвидировать в его лице опасность для трона. Но потом передумал – Эрно умный человек, и если бы он принял такое решение, то расправился бы с Глебом более элегантно, а не стал, в преддверии надвигающеся войны, понапрасну ослаблять и без того невеликие силы герцогства, отправив на убой свыше тысячи солдат. Нет, это не Эрно!

Но кто? Эливьетта? Нет. Возможно, Волков ошибался, но так не хотелось думать, что маркиза желает ему смерти. Индрис или Виттор? Маловероятно. Ни тот, ни другой не стали бы ничего предпринимать без согласования с наследницей престола и главой Тайной стражи. К тому же среди погибших были и дворцовые стражники, а Виттор, по мнению Волкова, был достойным командиром, не способным на прямое предательство своих подчиненных. Наоборот, за своих солдат он бы кому угодно горло перегрыз… Зубами… Знал еще какой-то Совет… Совет?! Глеб встрепенулся:

– Думаешь, Совет?

Сержант растянул губы в невеселой усмешке:

– А вы, господин?

Глеб предпочел промолчать.

Грох шумно поднялся на ноги, потянулся и заявил:

– Можете дальше гадать, а я пошел, поищу ручей – вода бы нам не помешала.

Грох ушел. Спустя некоторое время затих Нант, задремал.

Ушедший на поиски воды орк не возвращался долгое время. Глебу приспичило в туалет, но он стоически терпел, не решаясь покинуть раненых. Когда окончательно подперло, а Грох так и не вернулся, он принялся торопливо карабкаться вверх по склону. Выбравшись из оврага, Волков припустил что есть силы к небольшой роще деревьев поодаль. Не зная, сколько еще им укрываться в овраге, он не решился гадить поблизости.

Закончив свои дела, он облегченно вздохнул, затянул завязки штанов, поправил сбившийся пояс с мечами и зашагал назад. Вернувшись, обнаружил, что ситуация поменялась, и на сцене появились новые персонажи. Троица солдат в кожаных доспехах копошилась возле груды доспехов, а еще двое стояли возле раненых сотоварищей Глеба. Один из них, молодой парень, с застывшим на морде лица выскомерием, развлекался, подбрасывая и ловя золотую монетку. Второй, здоровенный детина с пудовыми кулаками, допрашивал Нанта. До затаившегося Глеба донеслось:

– Где остальные?

– Кто?

– Не дури. Здесь четыре комплекта брони, а вас… – допрашивающий самодовольно усмехнулся и, для наглядности, поочередно ткнул пальцем в Нан та и Тханга. – Всего двое. Вот меня и интересует, где содержимое еще двух доспехов?

– Потерялось! – нагло ответил Нант.

Громила наступил тяжелым сапогом ему на пальцы. Сержант побледнел, захрипел. Допрашивающий убрал ногу и, наклонившись, похлопал раненого по щекам:

– Где они?

Глеб с отчаяньем огляделся по сторонам, не зная, что можно предпринять. Он не мог уйти и бросить товарищей в беде, но и справиться в пятью противниками шансов у него не было. И орк до сих пор не вернулся!

Из оврага донесся дикий крик. Допрашивающему надоело запирательство пленника и он решил действовать форсированными методами. Глеб обреченно потянул из ножен клинки, собираясь броситься в безнадежную атаку, и тут он заметил на краю оврага арбалет. Видимо, его оставил кто-то из незваных гостей. Волков подполз к оружию и – о чудо! – тот был готов к бою: тетива натянута, а в желобке лежит короткий тупорылый болт, предназначенный для проламывания тяжелой брони. Глеб прицелился в тройцу солдат и спустил тетиву. Отбросил бесполезное оружие в сторону и спрыгнул в овраг, выхватывая мечи. Волков вихрем пронесся мимо солдат – один пробит болтом насквозь, второй, придавленный телом убитого, предпринимает попытки выбраться, а третий, вместо того чтоб помочь товарищу, растерянно хлопает глазами! – хлестнул этого третьего по загривку мечом и наскочил на оставшуюся парочку.

Подбрасывающий монету парень, ошибочно принятый Глебом за самого безобидного противника, увы, таковым не оказался. Он резко развернулся и выкинул в сторону набегающего Волкова правую ладонь с растопыренными пальцами. Глеб не успел удивиться такой странной реакции противника, как с руки парня сорвался плотный комок яркого огня, и ударил землянина прямо в грудь. Затрещала одежда, резкая боль стегнула по телу. Волков отчаянно заорал и выкинул вперед руку с мечом. Глаза противника удивленно вытаращились на Глеба, когда его клинок с маху проткнул врага. Схватившись обеими руками за живот, тот захрипел и ничком повалился на землю, вывернув у Волкова клинок из пальцев.