Мародер - Виталий Забирко

– Э-э… – передразнил я мужчину во фраке. – Боитесь, вас в клочки порвет?

К моему удивлению, он не только не обиделся, но и нашелся, что ответить.

– За фрак опасаюсь. Фраки нынче дороги… Особенно если напрокат.

Сразу стало понятно, что лимузин не его. И уж, конечно, не Златы. Но я не стал уточнять чей. Со временем выяснится, а если и не выяснится, не всё ли мне равно?

– Ладно, – согласился я. – Но домой отводить не буду, он еще не выгулялся. Иди, погуляй без меня, – сказал Сатане.

Сатана повернул ко мне голову и посмотрел в глаза. Почему-то ему очень хотелось сопровождать меня непременно в образе кота, причем сидя в лимузине, но я был непреклонен.

– Топай, топай.

Котище безысходно вздохнул, отвернулся и лениво потрусил по тротуару вокруг дома. Будто я не имел к нему никакого отношения, а он, как и все коты, гулял сам по себе.

– А он… э-э… никого не того? – поинтересовался мужчина, опасливо провожая Сатану взглядом.

– Непременно и кого, и того! – жизнерадостно заверил я, подходя к лимузину. – Э-э… Знаете, сколько он жрет? Мне его не прокормить, поэтому он сам промышляет. Иногда и мне кусочек свежатины приносит.

– Э-э… – озадаченно протянул мужчина во фраке. – Надеюсь, вы шутите… Марк, – представился он, подавая руку.

– Я тоже надеюсь, – серьезно заверил я, пожимая руку. Кто я такой, Марк уже знал, поэтому я не стал представляться.

– На что надеетесь? – не понял он. Вопреки утверждению, что фрак у него напрокат, рука у Марка была холеной, напомаженные волосы тщательно расчесаны под мокрую прическу, и весь из себя он выглядел стопроцентным представителем московского бомонда. Он мне сразу активно не понравился, но не своим внешним видом, а тем, что сопровождал Злату. Никого, кроме себя, я не желал видеть рядом с ней.

– Что шучу.

– Гм… – неопределенно повел головой Марк, пытаясь сообразить, сколько в моей шутке правды, но уточнять не стал. – Садитесь, – предложил он, пропуская меня в салон лимузина.

В салоне кроме Златы находился еще один мужчина, но я по нему лишь скользнул взглядом, сел рядом со Златой и вопросительно посмотрел на нее.

– Знакомьтесь, – сказала она. – Это Егор Николаевич, редактор крупного издательства, а это – Игорь Олегович и Марк Александрович, физики-теоретики из Новосибирского научного центра.

– Зачем по имени-отчеству? – пробурчал Марк, забираясь в салон и захлопывая дверцу. – Давайте… э-э… проще, только по имени. На пикник едем как-никак. – Он сел, повернулся к шоферской кабине и сказал: – Можно ехать!

Машина мягко тронулась с места, и только тогда я почувствовал на себе пристальный взгляд второго спутника Златы. Нехорошее предчувствие закралось в душу, я повернулся… И не обманулся в ожиданиях. Сердце остановилось, я обмер. Вот уж влип так влип!

Случись подобное неделю назад, я бы выпрыгнул из лимузина на полном ходу, так как напротив меня сидел Игорь Олегович Гудков, основатель хронофизики, экспериментально подтвердивший свою теорию темпорального перемещения материальных тел на практике. Накаркал-таки Иван-«небожитель». Определенно знал о нашей встрече…

Худенький, маленький, с круглым лицом, вислыми щеками, он будто сошел с портрета, известного всем и каждому там. Историческая личность, занимавшая отправную точку развития хронофизики, тщательно охраняемую всеми структурами службы стабилизации от мельчайших темпоральных возмущений. Хронер мог воочию встретиться с любой исторической личностью, если это не приводило к флуктуации. С любой, кроме Гудкова. Встреча с ним считалась тягчайшим преступлением и приравнивалась к флуктуации самого высокого порядка со всеми вытекающими последствиями независимо от того были ли темпоральные возмущения или нет. И не имело никакого значения, что свою первую экспериментальную установку он создаст через пять лет. Если уж полоса невезения началась, то ее ширину не измерить… Поздно выпрыгивать из машины.

Но если моя реакция была понятной, то почему он так пристально смотрел на меня?

Злата удивленно переводила взгляд с меня на Гудкова, один Марк ничего не замечал.

– А что, если нам по бокалу шампанского за знакомство? – предложил он.

На откидном столике стояла откупоренная бутылка, три пустых бокала, лежала открытая коробка конфет. В ожидании меня здесь время попусту не теряли, явно отмечая какое-то событие, ради которого был организован прием в высшем обществе, а затем пикник.

Не дожидаясь согласия, Марк извлек из бара чистый бокал для меня и принялся разливать шампанское.

Я пришел в себя, взял бокал, мы чокнулись.

– Очень приятно познакомиться, – сказал я и выпил, хотя на душе кошки скребли. К Сатане эти кошки не имели никакого отношения, но теперь становилось понятно, почему он принял охотничью стойку при виде лимузина. С появлением джампа пословица «Чему быть, того не миновать» потеряла актуальность, но не для данного случая. Быть может, именно для данного случая «скандинавы на одно лицо» и прилепили ко мне стража? Что ж я за личность такая, если меня держит под колпаком служба стабилизации, а какая-то неизвестная организация охраняет самым тщательным образом?

Гудков пригубил бокал, поставил на столик, но взгляда при этом от меня не отрывал. Как Сатана от лимузина. Неужели моя роль в Истории ничуть не меньше, чем у основателя хронофизики? А чем еще можно объяснить столь плотную опеку со стороны темпоральных спецслужб? Если Иван-«небожитель» знал о нашей встрече, то, быть может, она предопределена и неизбежна?

– Мы с вами нигде не встречались? – наконец спросил Гудков, требовательно глядя мне в глаза.

– Встречались? – Я изобразил на лице безмерное удивление. Вряд ли мое знакомство с электронной версией его теории, на первой странице которой был помещен портрет изобретателя, можно назвать встречей. – Не припомню. У меня нет знакомых среди ученых.

– Еще совсем недавно, – включился в разговор Марк, и его губы скривились в едкой ухмылке, – Игорь Олегович не был ученым. Э-э… Турецкими шмотками торговал, был инструктором по подводному плаванию…

Гудков опек его злым взглядом, и Марк шутливо замахал руками.

– Молчу, молчу…

Однако едкая ухмылка не исчезла с губ, а лишь притухла.

Хороши коллеги. Как пауки в банке.

– По какому поводу гуляем? – повернулся я к Злате. В голове занозой засел интерес ко мне Гудкова, но я не желал продолжать разговор в этом направлении и решил сменить тему.

– Ребята получили грант на научные исследования, – кивнула Злата в сторону мужчин, и меня зацепило слово «ребята». Ревную, что ли?

– И по какой теме? – аккуратно поинтересовался я, хотя кто-кто, а пиллиджер должен был сразу понять по какой. Я и понял, но не собирался демонстрировать свою понятливость под странно настороженными взглядами, которые то и дело бросал на меня Гудков. Неужели наши пути каким-то образом пересекались в его прошлом и моем будущем? Любопытно…