Игры над бездной - Александр Золотько

– Круто, – проронил Стас искренне.

– Я там был на съемках. Снимал границу Конго и Барабана… И тут…

– А тебе, Аристарх, я слова не давал, – отмахнулся Стас. – Не мешай историей насладиться. Забавная история…

– Забавная, только еще не вся, – Игорь бросил быстрый взгляд через плечо на Геллера, и Стасу показалось, что была в этом взгляде ненависть. – Там еще продолжение было… Он все снимал. Но вроде бы издалека… Фрейдин называл это как-то…

– Общий план, – подсказал Геллер.

– Да, общий план, – кивнул Игорь. – А потом взял крупно одного из байкеров. На весь кадр лицо. Потом уменьшил, но чуть-чуть, так, чтобы вся фигура в кадр вместилась, вместе с «табуреткой».

– Дай угадаю… – Стас тронул беза за плечо. – Именно этого байкера пуля и достала?

– Точно. Я засек – через десять секунд. Тоже случайно?

– А вот теперь мне бы хотелось услышать комментарий виновника торжества, – Стас всем телом повернулся в кресле, оперся локтем о спинку. – Правду клевещет сотрудник Службы Безопасности?

– Правду, – спокойно ответил Геллер. – Мне повезло.

– Ну да, а всем остальным – нет…

– Одного нашего убили, еще одного – ранили, – сказал Игорь. – Мы все думали, что возьмут падальщика и вывернут наизнанку, а ничего и не было… Ничего.

– У нас существует Закон о свободе информации, – торжественно провозгласил Геллер. – Как бы некоторым это ни мешало…

Мобиль остановился. Из-за водяной завесы появился силуэт в плаще, приблизился. Игорь немного опустил стекло.

– Ворота – прямо. Пять метров. Дальше – спуск, вы там поаккуратнее, – сказал охранник. – Правее держитесь…

– Понял, спасибо, – Игорь поднял стекло и медленно двинул мобиль вперед.

Кажется, они проехали ворота – что-то проплыло за окнами справа и слева от мобиля, какие-то размытые конструкции.

– Ты не врежься куда-нибудь, – попросил Стас.

– Комп включу, – Игорь набрал на пульте адрес. – Ехать будем медленно, но безопасно…

«Будто в подводной лодке, – подумал Стас. – Вот сейчас поплывут рыбы мимо окон. Как в комнате Линевской. Или появится стая русалок с голыми сиськами… По такой погоде нужно сидеть дома и не высовываться…»

А еще дико хочется есть. Живот подвело, и Стас вспомнил, что сегодня еще не ел. Позавтракать не успел… И не ужинал накануне, не обедал, вернее, перекусил в Нагорнике, но в себе еду не удержал.

– Здесь кормушки поблизости нет? – спросил Стас. – Жрать охота – никаких сил…

Хотел развить эту тему, но увидел выражение лица безопасника и осекся. Игорь был изумлен… нет – потрясен этим простым, можно сказать, совершенно бытовым и приземленным заявлением консула. Будто тот предложил взлететь к небу прямо вместе с мобилем.

– Что такое?

– Ну, у тебя и нервы, – с уважением в голосе произнес Геллер. – То есть пожрать решил? И на все остальное тебе наплевать?

– На что наплевать? – начиная закипать, спросил Стас.

– Он не знает, – сказал молчавший все это время оператор. – Он там, наверное, новостей не смотрел…

– Не смотрел? – поинтересовался Геллер.

– Не смотрел, а что?

– Ты монитор в багаж положил или с собой? – спросил Геллер оператора.

– С собой, – ответил тот, засопел, неудобно выгнувшись, чтобы достать сумку из-под сиденья. – Вот.

– Сейчас-сейчас… – пробормотал Геллер, настраивая что-то в мониторе. – Вот. Ярчайший образец того, как везет некоторым журналистам… А ведь на его месте мог оказаться я, если бы не поехал в Учком. И почти ничего не снял, кроме покойников, нашинкованных крупными кусками… Держи, господин консул. Там слева треугольничек, нажми.

Стас взял монитор, прикоснулся к значку на экране.

– У меня за спиной – новый цех по производству пищи, – провозгласил парень, стоящий перед приземистым сооружением. – Это уже третий пункт производства биопродуктов, открытый за лето. Городской Совет выполняет свои обещания по улучшению…

– Придурок, – прокомментировал Геллер. – Сколько с ним ни бьется редактор, все несет вот такой официоз. У меня за спиной – патрульная машина Службы Безопасности… У меня за спиной – горящий ларек…

Корреспондент исчез с экрана, зато пошла панорама собственно цеха, каких-то трубопроводов, людей в спецовках, деловито снующих среди баков, вентилей и сверкающих огоньками пультов.

– Это он вначале снял подводку с панорамкой… – пояснил Геллер. – А вот сейчас переходит к прямой трансляции. Комментарий за кадром – того же придурка. Хотя – везучего придурка, должен признать…

В зале, перед путаницей из пластиковых труб, стояли люди. Собственно, толпа присутствовавших четко делилась на две части – официальные лица, явившиеся на открытие по службе, и народ попроще, приглашенный для массовости или явившийся за бесплатной жратвой.

Голос за кадром объяснял, каких усилий требовало строительство, перечислял имена чиновников, участвующих в мероприятии, радостным тоном сообщил, что жители окрестных домов вот прямо сейчас вместе с чиновниками могут приступить к дегустации продукции цеха… Новые ароматизаторы, минеральные добавки, которые будут опробованы в этом цеху, а потом переданы во все остальные…

Господин в строгом черном, несмотря на жару, костюме подошел к рычагу ручного дозатора, потянул. В массивную пластиковую посудину потекла продукция цеха. Может, по своему аромату и содержанию минералов она и превосходило все, что выдали биореакторы до этого момента, но на вид подсохшие сопли оставались подсохшими соплями.

Подскочивший откуда-то сбоку мужичонка в белом комбинезоне вручил господину в черном нечто вроде черпачка. Сам встал рядом со стопкой пластиковых пиал в руках. Господин зачерпнул серо-зеленую жижу из судка и осторожно, чтобы не забрызгать свой костюм, стал наполнять пиалы, одну за другой. Наполненную посуду тут же выхватывали, вначале почетные гости, а потом и счастливые обитатели окрестностей. Но вкушать не начинали, ждали окончания процесса раздачи…

Наконец и сам господин в костюме отложил в сторону черпак, взял пиалу, ложку, повернулся к собравшимся и что-то сказал. Наверное, что-то вроде «на здоровье». И народ приступил к дегустации. Если на лицах простых горожан еще читалось некое удовлетворение – бесплатно, в конце концов, сам этот факт не мог не радовать вечно голодных людей, – то лицо господина в черном улыбку хоть и сохраняло, но какую-то неестественную.

Стас вспомнил запах кофе в приемной Городского Совета и понимающе кивнул. Чиновник, наверное, похлебку только на таких мероприятиях потребляет. А у себя в кабинете… И дома…

Вон как выражение лица изменилось… Вначале Стас решил, что чиновника просто тошнит, и успел подумать, что забавно будет, если его прямо в прямом эфире вывернет ароматизаторами и минеральными добавками.