Ликвидаторы - Виталий Романов

Оказалось, дело в другом. Быкан, заступивший на смену одновременно с Наркошей и Боксером, в какой-то момент повернулся посмотреть на товарищей – проконтролировать, все ли в порядке. И обнаружил, что Наркоши на посту нет! Деактивировав поле сигнальных мин, тот уходил из лагеря, и забрало его шлема было поднято!

Увидев это, Быкан попытался вызвать товарища по радио, потом заорал, надеясь остановить безумца, накачавшегося «дурью». Но тот лишь прибавил ходу, а потом дико захохотал. Выбираясь на чистое место, за пределы «колючки», прокричал в ответ:

– Она убьет нас всех! Так чего тянуть?!

Узнав об этом, Клещ схватился за голову, принялся гнусно ругаться. До рассвета оставалось еще два часа, и в темноте в лес не пошли – командир запретил. Сидели на площадке, друг против друга, забыв про сон. Ждали, когда над чертовой планетой появится Толиман и можно будет двинуться в путь, на поиски Наркоши.

Пошли втроем: Клещ, Дэл и Белоснежка. От усталости и недосыпания Сергей плохо соображал, веки налились такой тяжестью, что поднимать их было неприятно. Для каждого поворота зрачков влево или вправо требовалось затрачивать невероятно много сил.

Несколько раз он падал, оступившись на склизких корнях. Падал в грязь, мечтая не двигаться, уснуть, но Клещ не позволял, заставлял подняться, идти дальше. Дэл держался чуть получше, хотя тоже не очень смотрел по сторонам, больше делал вид, что контролирует зеленку.

Наркошу нашли случайно, просто наткнулись на него неподалеку от кромки леса – заметили яркое пятно в траве. Двигались в том направлении, которое указал Быкан, и вышли к нужному месту – туда, где лежал мертвец. Вернее, его оранжевый защитный костюм, в котором шевелился огромный клубок слизней и каких-то вертких тварей, здорово напоминавших пиявок.

Дэл зачем-то пнул ногой пустой сапог Наркоши. Оттуда, почуяв неладное, резво выбежала маленькая змейка, юркнула в мокрую траву. Бронекожа павшего ликвидатора шевелилась, будто живая – внутри царила нездоровая суета. Озверевший Клещ перевел гепл в режим непрерывного огня, превратил оболочку в пепел и пар. А потом махнул рукой, давая знак: пошли обратно!

…Долго копали могилу в хлюпающей грязи для Сынка, убитого обезьянорысью. Оказалось, под куском брезента, где лежало тело, неведомо откуда появились жуки и черви. Увидев это, сержант решил не плодить заразу.

Сынка опустили в яму, заполненную водой, сверху забросали комьями жирной грязи. Это уже не казалось диким, смерть стала чем-то привычным. Тупо, механически втыкая лопату в чавкающую грязь, а потом наваливая ее на мертвого Сынка, Воронин думал о том, что Наркоша, наверное, был прав.

Илана убьет их всех. Чуть раньше или чуть позже. Они допустили ошибку, высадившись здесь.

Решение Клеща продолжить расчистку дороги к контейнеру показалось Сергею абсурдным. Сначала он хотел возразить, сказать, что сержант перепутал, здесь не армия, где сражаются до последнего человека, до последнего патрона, но потом передумал. Усталость, бессонница, шок от смертей товарищей выпили силы и энергию.

Он равнодушно поднялся с места – была не его смена дежурить в лагере. Значит, на выход. Воронин взял бронекожу и начал влезать в нее – медленно, вяло, совсем не так, как в первые дни. Не так, как молодых и резвых учили на тренинг-базе. Теперь все изменилось, уже не походило на героическую сказку, которую когда-то раньше рисовало воображение.

…Три часа он, как робот-автомат, валил деревья, сжигал огнем генератора плазмы сучья, кроны, стволы. Вытравливал черную полосу на пути к контейнеру и по сторонам, чтобы никакие обезьяны и кошки не сумели свалиться на голову, застать врасплох.

Теперь бойцы зонд-команды могли работать только втроем, но от этого фронт работ не сократился, Клещ не рискнул сузить дорогу, которую прорубали через джунгли. Наоборот, после знакомства с обезьянорысью черную полосу еще больше расширили. Длина ее составляла всего тридцать-сорок метров, так, чтобы и позади контейнера появилось голое пространство, зато ширина просеки постепенно выросла с тридцати метров до пятидесяти. Клещ страховался от новых неприятностей.

Около трех часов смена валила деревья, затем отступила к лагерю – вяло и апатично, будто люди пребывали во сне. Там Дэл, Отец и Белоснежка приняли дежурство, проще говоря, сели на ящики в вершинах треугольника базы, а вторая тройка, которая отдыхала, выдвинулась на борьбу с джунглями. Теперь дежурство по лагерю считалось отдыхом…

К вечеру они сумели сделать то, что требовалось, – проложили широкую просеку до огромного металлического ящика.

– На сегодня хватит! – решил сержант. – Отдыхаем…

Только полноценного отдыха все равно не получилось. Шестеро бойцов – это лишь две тройки. Теперь им приходилось меняться на охране лагеря каждые три часа, даже ночью. А как поспишь в таких условиях?

Если принять транкл, чтобы сразу вырубило, то заснуть можно за пять минут, нет проблем, зато потом, через три часа, не подняться. А ведь необходимо не просто подняться, надо следующие три часа стоять на вахте, внимательно наблюдая за всем периметром. Шины электрозащиты по-прежнему отключены из-за дождя…

После транкла голова становится тяжелой, глаза закрываются сами, а тело не желает подчиняться приказам мозга – Сергей уже знал это. Транкл разрабатывали для того, чтобы позволить бойцу отдохнуть, полностью расслабиться. И это здорово, только препарат не выводится из организма за три часа, он не может прекратить действие по приказу сержанта…

А если не принимать транкл, то уснуть не удавалось вовсе. Сергей покрутился с боку на бок, невольно перебирая в памяти события последних дней, только-только начал задремывать, а его уже хлопнул по плечу сержант. Мол, вставай, ваша смена…

К утру вся шестерка бойцов «сто семнадцатой» напоминала команду зомби, передвигавшуюся на автопилоте: с красными глазами, налитыми свинцом веками, тяжелыми гудящими головами.

Но Клещ не желал сдаваться. Он посадил всех на стимуляторы, объявив, что осталось совсем немного. Идет шестой день, на следующие сутки должен прибыть ракетный скутер, который привезет смену. На Илану десантируется другая зонд-команда для продолжения работ, а «сто семнадцатая» отправится на базу.

Все приободрились – то ли от стимуляторов, то ли от хорошей новости. Тройка, свободная от дежурства, в которую входили Дэл, Отец и Белоснежка, отправилась к контейнеру.

Они благополучно вскрыли ящик с грузом, вставили аккумуляторы в «пылесос», запустили двигатель. Эта установка была слишком тяжела, к счастью, волочь ее на себе не требовалось – мотор крутил колеса, следовало лишь палками-рычагами подправлять «черепаху» в нужную сторону. Они долго проводили неуклюжую машину по просеке, то и дело меняясь местами: один обязательно дежурил с геплом, прикрывая товарищей. За два часа докатили установку до нужной точки, слушая указания Клеща, который постоянно находился на связи по радио.

Бросили «пылесос» по команде сержанта. Здесь, если верить оперативным планам штаба, будет создана вторая площадка, большего размера. На ней поселятся геологи. С нормальными пенобетонными домами. С горячим душем. С электрическим отоплением.