Лик полуночи - Марина Лостеттер

Крона позволила своему нынешнему «я» просочиться в прошлое – назад в маленькую Крону.

Спустя долгое время, карета подпрыгнула на очередной кочке, выдернув Крону из воспоминаний. Извозчик свернул на узкую грунтовую дорогу. Вскоре он потянул за вожжи, останавливая лошадей, и колеса замерли, скрипнув в последний раз.

День уходил. Тени становились длиннее.

Прежде чем выйти из кареты, Крона снова надела маску Леру под шлем, а Трей надел маску, которую она приготовила для него. Ему потребовалось время, чтобы подавить эхо, несмотря на то что оно было намного покладистей по сравнению с эхом Леру. Именно поэтому Крона считалась лучшей в работе с масками – не имело значения, насколько беспокойная личность была заключена в маске, она могла успокоить любую и подогнать ее под себя, несмотря на всю их цепкость, как у новорожденных котят.

Маска, которую надел Трей, была вырезана из дуба в виде лесного духа, лицо представляло собой несколько тщательно продуманных сучков дерева, которые на расстоянии создавали впечатление лица старика. Благодаря маске, Трей теперь мог улавливать тонкие запахи в окружающей среде. Он мог уловить запах лекарств, которые ученица хранила дома и мгновенно узнать их.

Перед тем как покинуть участок, Трей надел маску в операционной, где мастер Гуэрра осматривал потерявшего сознание человека, и попробовал определить причины обморока по запаху. Он обнаружил ртуть, которую можно было использовать для маскировки чар, и редкую траву из Ксиопара. Во время опроса мастер ЛеМар объяснил, что в небольших дозах трава помогает свертыванию крови. Но в больших дозах она могла привести к разрыву кровеносных сосудов в мозгу.

Доступ к этой траве имело небольшое количество людей – только аптекари, химики и целители. Мастер Гуэрра даже не держал ее в участке.

Ничего подобного мадам Айендар не дали бы, но способ попадания в организм по-прежнему бросал подозрение на целителя и его ученицу. Если бы кто-то из них недавно имел дело с таким веществом, Трей смог бы узнать это благодаря маске.

На ЛеМаре он не обнаружил ничего подобного. Но это не исключало возможности того, что Мелани могла добыть это вещество самостоятельно и использовать его для воздействия на их заключенного.

Хотя, как она могла попасть в участок и покинуть его незамеченной, Крона понятия не имела.

Тем не менее, с молодой женщиной определенно было что-то не так. Она вела себя неправильно. Крона чувствовала вкус этой неправильности на языке, чувствовала это нутром.

Когда они подошли к дому, Крона стала смотреть в оба, чтобы не пропустить ни частиц внутренностей, ни пучков волос, ни искореженной оправы броши – ничего, что могло бы физически подтвердить, что ее интуиция пыталась ей сказать. Что, возможно, ученица не была так уж невинна, как казалась.

Маленький дом Мелани находился на краю небольшого пруда для уток, его соломенная крыша провисла, а единственное окно покосилось. В нижний правый угол окна вставили кусок обычного зеленого стекла, чтобы закрыть зазор, образовавшийся в результате деформации. На пятнистой лужайке гонялись друг за другом куры, и за ними злобно наблюдала старая охотничья собака, которая грелась под лучами заходящего солнца. Собака подняла голову, чтобы гавкнуть на незваных гостей, отвлеклась на бабочку и вернулась к солнечным ваннам.

Ужасно живописно для дома человека, которого Крона считала потенциальным вором и убийцей.

Крона достала из сумки сканирующую сферу. Хотя устройство и называлось сферой, но на самом деле представляло собой приземистый десятигранник, каждая плоскость которого была сделана из стекла и подвешена между металлическими накладками. В нем использовались все основные магические металлы – золото, серебро, железо, никель и медь – комбинация, несколько отличная от той, которая требовалось для полного набора игл пятизарядника. Внутри, на сетке из резного дерева твердых пород, был подвешен натечный камень – алмаз. Алмазы усиливали эмоции, если носить их с другими камнями, но сами по себе не могли содержать ни одну.

Дерево, металл, стекло и камень – все вместе в сканирующей сфере работало на то, чтобы обнаружить чары. Это был один из немногих предметов, заключавший в себе все четыре вида магии. Многие инженеры-техники, которые занимались изучением старинных магических предметов, теряли пальцы, а то и хуже, пытаясь изобрести способы, чтобы объединить все виды магии и заставить их работать в тандеме.

Но у сканера было одно слабое место – ртуть. По иронии судьбы, то самое вещество, в связи с которым они проводили опросы.

Крона осторожно встряхнула устройство, и алмаз внутри задрожал, как паук на паутине. Он быстро ожил. Свет ниоткуда осветил его сердцевину, и по стеклу побежали переливчатые радуги. Держа перед собой сканер, Крона постепенно убрала из-под него руки, позволив ему самостоятельно парить в воздухе.

Сканирующие сферы разного размера выполняли разные задачи. Эта была предназначена просто для того, чтобы обнаруживать магические предметы поблизости. Более крупные функционировали как устройства безопасности и сигнализации и выли, как банши^[13], если на их пути попадалась запрещенная или незнакомая магия.

Сфера подлетела к ее лицу, весело щебеча, заметив ее маску и браслет. И немедленно сделала то же самое с Треем, а затем быстро поплыла по периметру, анализируя внутреннее пространство домика Дюпон.

– Все чисто, – признала Крона, когда сканер снова упал в ее ладони. – Здесь только наши магические предметы.

Трей молча кивнул, и они вместе подошли к дому.

Ветерок разносил запах камыша, растущего на пруду, и Крона улыбнулась под маской. Образы детства замелькали у нее в голове, но через мгновение она старательно стучала в старую деревянную дверь.

– Да? – ответила им женщина примерно того же возраста, что и Асель, вытирая покрытые мукой руки о фартук.

Судя по черным волосам, бледной коже и круглому лицу, она, очевидно, была из Марракева. Когда ее взгляд скользнул по униформе, она заметно напряглась.

– Мы пришли, чтобы поговорить с ученицей целителя Дюпон, – мягко произнесла Крона.

– Боюсь, ее здесь нет.

Ее голос слегка дрожал, но Крону это не беспокоило. Возможно, женщина никогда раньше не видела регуляторов, не говоря уже о том, чтобы они стучались в ее дверь.

– Нам сказали, что у нее выходной. Когда она должна вернуться?

Женщина пожала плечами.

– Она уехала к своему жениху в город. К вечеру должна вернуться, – сказала она, скептически глядя в окно на низко висящее солнце.