Офицер. Слово чести - Владимир Поселягин

– Завод я подарю государству и так, не стоит жиреть на крови солдат, каски и остальное точно пригодятся, опыт использования такой защиты ясно это показал. К заводу у меня в комплекте прилагается плотницкая мастерская, где ящики делают, а также лесопилка. Кроме газет есть ещё две типографии.

– Я знаю, мне уже всё это сообщили.

– Да, директор мне доложил о двух группах проверяющих, от жандармов и военных инженеров. Я лишь хотел бы вас предупредить, что японцы и англичане желают разместить заказы на заводе, видимо пример французов их на это сподвигнул.

– Эти заказы отменены, поэтому долгов нет. Оформим всё тут же, сейчас, документы будут приготовлены.

– Хорошо, ваше императорское величество.

– Скажите, капитан, почему вы приобрели квартиру в Париже?

Вопрос не сказать что неожиданный, но отвечать-то что-то нужно.

– У меня появился излишек средств, ваше императорское величество, я и подумал: а почему бы и нет? Сначала дом хотел купить, с этим и отплыл из столицы, а потом, как увидел квартиру, не смог отказаться. Тем более за время плавания я игрой в покер ещё пополнил свои средства, так что хватало на неё. Париж мне очень понравился, не зря офицеры в части его хвалили, а квартира окнами на Эйфелеву башню смотрит. Признать, идти до неё минуту. Вышел из дома, перешёл дорогу – и вот в самом парке под башней гуляешь.

– Похоже, отличная покупка.

– Согласен, половину выигрыша в покере потратил и не жалею.

– Значит, вы всё же не доверяете мне как Главнокомандующему, раз решили приобрести квартиру в Париже? – поинтересовался тот, догадавшись об истинной подоплёке приобретения недвижимости за рубежом.

– Я сразу прошу прощения, ваше императорское величество, но вы просто отличный муж и отец, как с семьянина с вас только пример можно брать, памятник при жизни поставить, но как государь… Вы очень мягки, что для государя недопустимо. Ещё раз прошу прощения, я никогда не стану придворным лизоблюдом и всегда говорю как есть, но мой любимый император – это Александр Третий, ваш батюшка. У меня в квартире на столе даже его бюст стоит и картина на стене имеется.

– Да какие извинения, он и мой любимый император тоже, – отчего-то хмыкнул Николай Второй.

– Капитан, что у вас на нижней губе? Всё никак не пойму, – вдруг спросил Боткин, явно меняя тему разговора.

Проведя рукой, я обнаружил красноватую полосу.

– Похоже, губная помада, – озвучил я очевидную мысль. – Признаться, я здесь встретил очаровательную девушку, она из другой комнаты впорхнула в мою. Не удержался, столько дней не видел столь прелестных сознаний, поцеловал. Но она убежала.

– Как она выглядит? – вдруг нахмурился Николай Второй, видимо заподозрив, что это могла быть одна из его дочерей.

– Э-э-э… – я попытался вспомнить, как девушка выглядела, и смог только уточнить, вполне уверенно: – Не лысая.

Медик от неожиданности всхрапнул, с трудом сдержав рвущийся смех, а вот император этого сделать не смог и внезапно расхохотался. Чувствуя, что краснею, я с некоторой виной в голосе пояснял:

– Я в это время думал о другом, – но не поясняя, о чём, мои руки выдали меня с головой, щупая в воздухе попку и грудки.

Теперь хохотали оба, а я стоял красный как рак, ожидая, когда они прекратят – вот кони! Ничего, отсмеялись, император платком вытер слёзы и сказал:

– Сейчас пройдёте в мою канцелярию, там всё оформите. Вы не против вместо денег получить другое имущество, которое более пристало вам как дворянину?

– Нет, не против.

– Хорошо. Передам вам бывшее поместье дворян Свиридовых, их имущество перешло в казну, после того как умер последний представитель этого рода и род прервался. Поместье находится рядом с Казанью. Дом двухэтажный каменный, у берега Волги, все постройки целые, и за ними проводится уход. Шесть деревень и крупное село. Поля плодородные, думаю, без дохода вы не останетесь. Это более к лицу дворянину, чем заводы или газеты.

– Благодарю, ваше императорское величество.

После этого мне позволили покинуть кабинет, и гвардеец, тот самый, видимо выделенный мне в сопровождающие, проводил в канцелярию, где я подписал нужные бумаги, при этом внимательно читая, что подписываю.

Вот так и лишился одной головной боли, чтобы заполучить другую. Сам я побывать в поместье не смогу, война идёт, напомню, попрошу отца отправить понимающего человека из своих, чтобы тот посмотрел, что там и как, ну и отписался мне.

Получив дарственные на землю и поместье – всё уже было подписано императором, видимо тот не сомневался, что я соглашусь, – я покинул дворец. До Питера добрался за час на пролётке, этот экипаж мне выделили в Царском Селе. Высадив меня, где я указал, он укатил обратно. Сначала я заглянул в издательство, чтобы передать статью редактору. Теперь он уже не мой подчинённый, может и отказаться выпустить. Так и случилось. Зато другая газета, довольно крупная и известная в столице, за небольшую плату приняла материал, и обещали уже через два дня выпустить статью. Заодно я пообщался с редактором, тот знал меня как автора нашумевших статей и предложил поработать на них внештатным корреспондентом под тем же псевдонимом – Игорь Лисов. Я пообещал присылать статьи, как и фотографии, а оплату тот будет переводить на мой счёт, он все данные записал, мы даже оформили договор на бумаге.

Затем я посетил стряпчего, завод, всем работникам сообщил о смене владельца. Егор на территории завода проживал, он мне двух старых казаков нашёл, но пока никого не отправлял к Лодзи. Все наши договоренности для курьеров остались в силе, только пакеты в другую редакцию доставлять будут, так что казачки пусть остаются, четыре лучше, чем два. Я оплатил им проживание в гостинице, всё же завод уже не мой, и направился на квартиру. Оставил там вещмешок и, сложив деньги в саквояж, отправился в банк. Там, как и спланировал, двадцать пять тысяч положил на счёт, остальное – в банковский сейф, документы на поместье туда же. Банк уже закрывался, но всё же со мной закончили, хотя вышел я оттуда последним.

Осмотревшись, я направился к портному, там мне поменяли погоны. В соседнем фотоателье сняли фото в полный рост с новыми погонами и при всех наградах. Ну, пообещали сделать пять отпечатков, чтобы с запасом хватило. Следующим утром доставят на квартиру, аванс я оставил. После этого и в Генштаб заехал, офицерское удостоверение поменял, нужная справка для этого из канцелярии императора у меня на руках была. Что-то в последнее время часто их менять приходится, даже не знаю, радоваться или горевать. При таком быстром взлёте падение ну очень болезненно.

Пока было время, я занялся квартирой. Ещё когда в банк отправлялся, местной горничной дал задание отмыть её, и та как раз закончила к моему возвращению. А вообще квартира хороша, не хочу её продавать, буду использовать для жизни. Хм, а стряпчий удивлялся, почему одна спальня, да и вообще квартира под одного. Так для одного и покупал. Понимаю, что у меня есть родственники, и много, но в большой квартире проходу бы от гостей не было, а тут одинёшенек, к чему я привык, и ничего менять не хочу, занимайся чем хочешь и живи спокойно. Лучше я в гости буду ездить. Ну и когда меня нет, квартирой можно будет пользоваться тем, кто приезжает в столицу по делам – родителям или другим родственникам, – но небольшой группой. К тому же о квартире в Питере из родственников никто не знает, адрес я давал, но не уточнял, что она моя, про парижскую квартиру знают, не зря же ключи дал и копию договора купли-продажи. А теперь надо сообщить.