Новик - Владимир Поселягин

— Я читал вашу статью в «Таймс», они делали перепечатку, — неожиданно сказал чиновник. — Вы действительно считаете, что в России возможна революция?

— А она разве не была? Та попытка в Питере? Сколько там революционеров погибло? Сколько на каторгу отправилось? Думаете, они вернуться перевоспитавшимися ангелами? Нет, это уже будут лидеры, что поведут людей за собой, с учётом, что в ссылку были отправлены многие из императорской семьи, кто в монастырь, кто ещё куда, будет много крови. Страна рухнет и тем, пойдут брат на брата, отец на сына, и кто придёт к власти, тому и достанется мой завод? Нет уж, извините, как-то не хочется. Они же сразу национализируют все предприятия, включая мой завод. Обзовут приспешником царского режима и всё.

Чиновник со мной спорить не стал, покрестился только несколько раз и всё, в России действительно встала проблема с революционерами, он больше напирал на острую необходимость подобного оружия, так как военные что были на показе, давали достаточно лестную оценку новому оружию. Не все, конечно, много было ретроградов, но общее мнение было таково, новому оружию быть.

— Хорошо. Считай, вы меня заинтересовали этим, — кивнул я, когда тот указал, какими будут пошлины и налоги, причём на все мои компании. — Только одно, вовремя волнений в стране, когда император отречётся, если я не смогу вывезти оборудование, то заминировав, взорву. И это не обсуждается.

— Император не отречётся, это ересь, господин профессор, — довольно резко сказал чиновник, снова перекрестившись. Видимо фанатиком был

Со священниками за время моего пребывания на театре боевых действий или на территории России, у меня складывались не очень хорошие отношения. Да и какие они могут быть, если я не крещённый, и к тому же обносился к этой братии с плохо скрытым презрением. Мало того что требуют чтобы им с дохода все долю несли так ещё лезут во все дела раздавая «умные» советы. Жизни видишь ли учат. Они мне и в моей первой жизни не нравились, и тут я к ним неоднозначно относился. Если проще, то просто избегал общаться. Удавалось на счастье. Пару раз разные люди заикались, что, мол, при входе на образа не крещусь, церковь не посещаю, но я делал вид, что не замечаю их намёков. Оно мне надо? Вот когда большевики пришли к власти то отменили обязательное посещение церкви, с тех пор в приход практически никто и не ходил, перестали. Навязана эта церковь была, навязана. Фанатики, конечно есть, куда без них, но их мизер. В церкви это понимают, именно поэтому сейчас в армии и на флоте, посещение их священников строго обязательно. Мои компании налоги платят только государству, есть необязательный налог выплачивать процент церквям, но у меня такого нет. Были намёки на счёт этого но после моего ясного посыла далеко и надолго, больше не лезли. Если кто из рабочих верующий, из своей зарплаты, пожалуйста, я в церковь ни копейки не дал и не дам.

Видимо чиновник действительно был из этой фанатичной братии, поэтому интерес у меня к нему сразу пропал, и я поглядывал на него с плохо скрытым призрением. Для меня он стал не более чем душевнобольным. А как с ними общаться? Так-то профессором тот в отличие от адмирала называл без явной насмешки в голосе, уважая подобную учёную степень, тем более она у меня была не одна. Я старательно доводил чиновника весь обед и сейчас в кабинете, и всё же дождался срыва. Плохо готовят подобных переговорщиков, плохо.

— Предатели из правительства заставят, — отмахнулся я рукой. — Давайте закончим этот пустой разговор. Я дал своё согласие, а дольше ваше дело. Поедите в офис авиакомпании и заключите договор, они предупреждены.

Когда чиновник и оба офицера вышли во двор покурить, в кабинете я не дал, сам не курю и другим воздух в своём доме портить не разрешаю, спросил у адмирала, кивнув на закрывающееся окно-выход на двор:

— Зачем вы привели этого клоуна?

— Навязали, Максим, — развёл тот руками. — Прости уж старика.

- Странно и князю говорил, и вам что все вопросы могут решиться только через моих управляющих, а всё равно ко мне пруться всякие представители стран. То англичане, то немцы. Разве что американцы не надоедают. То ли поумнели, то ли что вероятнее просто им ещё не до самолётов, вроде как выборы на носу. Правда, интерес к самолётам проявляют, не без этого.

— У нас считается, что правительство Франции, особенно Англии не желают, чтобы у нас были размещены подобные производства, и будут делать всё, что бы этого не допустить.

— Ну в принципе предположения имеют вполне себе реальные перспективы. Некоторые просьбы от правительства Франции действительно поступали, и даже скажем так, было некоторое давление на членов правления моими компаниями. Некоторых. Сейчас их нет. Тех, кто давил.

— Вот как? — немного удивился, и несколько настороженно поинтересовался. — И как же тебе удалось избежать такого пристального внимания?

— Ну как сказать. Я ведь кардинально решаю проблемы. Мне проще человека отправить на тот свет, чем заплатить, однако обошлось без этого. Одного начальника из правительства Франции с понижением отправили в одну из колоний, овец пасти, всех трёх его помощников с понижением на разные окраины страны, без возможности продолжать служебный рост. То есть платил я не четверым, что они не просили, а требовали, а заплатил их начальнику, и решил вопрос кардинально.

— Хм, неплохо придумано, Максим. Больше подобного не происходило?

— Ну почему, ещё были наезды, а вот здесь вопросы уже решались кардинально. Кто утонул на своей речной яхте вместе семьёй, кого медведь покусал. Насмерть.

— А тут и медведь есть?

— Сам удивился.

Макаров на несколько секунд замолчал, пристально меня рассматривая. В его голове явно бродили какие-то мысли. Время у нас пообщаться было, гости пошли курить в курилку, специально оборудованную беседку, так что мы особо не торопились. Осмотревшись, адмирал спросил:

— Скажи, как ты смог за такое малое время всё это создать?

— Деньги у меня были, достаточно средств на такой рывок. Хотя надо сказать, что потратил почти половину, однако компании создал. Скажу честно, Степан Осипович, что весь этот бизнес мне не особо нужен был, я проверял себя в разных направлениях. Склонности к бизнесу и науке у меня есть, это вы сами видите. Склонность есть, умение есть, а вот интереса уже нет. Если в первые месяцы я как-то проявлял интерес к подобным новинкам, создавать с нуля новые компании и запускать их, было достаточно интересной работой, а потом это как-то превратилось в рутину. А вот скорость их развёртывания это да. Мне ещё братья Рабаль подсказали, без хороших управленцев и помощников сделать что-либо одному трудно и тяжело. Поэтому по прибытию во Францию, первым делом, что я сделал, это набрал штат управленцев. Отличные помощники хочу сказать. Часть, когда проверял, был вынужден уволить, набирая других, но штат оказался крепким, помощники отличными и вот они и тянули всю тяжесть становления компаний. Признаюсь, если бы не они, то эти компании я бы лет десять доводил до такого уровня как сейчас. Однако как я уже говорил, интерес к бизнесу я потерял, дальше компании будут развиваться сами, без меня, однако приобретённый опыт считаю очень полезным, а так тяну всё больше по привычке. К счастью теперь ничего тянуть не надо, всё делают за меня. Я это ещё по войне понял, не надо тянуть одеяло на себя, каждый должен заниматься своим делом. Так что я только командовал, а мои приказы исполнялись. Так же примерно и в бизнесе. Ничего, сегодня отбываю в Брест и отплываю, у меня начинается путешествие. Я слишком долго ждал его, чтобы откладывать, так что сегодня точно отбываю.