Кремль 2222. Рязанское шоссе - Дмитрий Дашко

– И в хирургии разбираешься?

– Конечно. У меня большой опыт, – похвастался он, недоговаривая, что чаще всего ему приходилось вскрывать трупы: людей, мутов, животных – коротышка любил эксперименты. Жаль, что они редко заканчивались успехом.

– Тогда у тебя есть шанс. Маленький, – она чуть-чуть раздвинула большой и указательный пальцы правой руки.

Буквально на сантиметр, но для Доцента это означало многое – его жизнь.

– Что я должен сделать?

– Прооперировать моего друга. Спасёшь его – и я подарю тебе жизнь. Понял?

– Д-да!

– Тогда приступай. У тебя мало времени.

– Мне понадобится помощь, – поняв, что отсрочка наступила, коротышка приободрился. С ходу попытался взять быка за рога.

– Я помогу, – твёрдо заявила Данара. – Если думаешь, что я хлопнусь в обморок при виде крови, то ты серьёзно ошибаешься.

– Я ничего такого даже в мыслях не имел, – заговорил он. – Но мне нужны квалифицированные специалисты. Не просто принеси-подай.

– Тебе придётся воспользоваться моими услугами. Возможно, – она кивнула в сторону киборга, – он тоже может чем-то оказаться полезен.

– В нашей информационной сети валялся файлик с кратким курсом полевой хирургии. Я читал его, но это – тот случай, когда больше ничем похвалиться не могу, – сказал Сержант.

– Это всё же лучше, чем ничего, – приободрил коротышка. – Вы оба будете полезны. А сейчас, – он повернулся спиной и требовательно выставил руки, – избавьте меня от этого. Будет тяжело оперировать со связанными руками.

– Он прав, – согласился киборг.

Сержант перерезал верёвки.

Доцент встал и принялся растирать внешние части ладоней.

– Затекло, – с виноватой улыбкой произнёс он. – Пойдёмте готовить операционную. Мне ещё нужно продезинфицировать инструмент.

– Не забывай, что у нас мало времени, – сурово напомнила Данара.

Игоря подняли и уложили на медицинскую каталку. Молодой человек почти не дышал. Киборг чувствовал, как к его горлу подкатывает горький ком. Он отвернулся, чтобы не видеть того, что происходит с другом.

– Никаких эмоций! – вслух проговорил Сержант. – Нужно помнить, что я двести лет был машиной!

Щека его увлажнилась. Он быстро, чтобы никто не заметил, вытер её рукой.

Тело положили на операционный стол. За это время Доцент успел переодеться в зелёный медицинский костюм.

– Сюда, пожалуйста. Под лампу.

Коротышка выглядел серьёзно и собранно.

– Нужно подключить его к аппарату искусственного дыхания. Знаете, как это сделать?

Данара отрицательно мотнула головой.

– Хорошо. Я объясню. Слушайте меня внимательно. И ещё… во время операции я буду много и часто потеть. Пожалуйста, следите за этим.

Операция длилась больше часа. Всё это время юркие руки коротышки мелькали в воздухе. Данара почувствовало что-то вроде уважения к нему. Она уверилась в том, что всё будет хорошо, что Доцент туго знает своё дело и спасёт Игоря.

Но внезапно тот обречённо отодвинулся от стола и снял с рук резиновые перчатки.

– Вы требуете от меня невозможного. А я… я не волшебник.

– Что это значит?

– Хирургическое вмешательство бесполезно. Ваш друг умирает, и я ничего не могу с этим поделать.

Данара схватилась за скальпель, угрожающе вытянула его вперёд.

– Не надо! – попросил Доцент. – Я ведь сделал всё, что мог!

– Всё? – угрожающе переспросила девушка. – Это точно?

– Да! Поймите же, что медицина бывает бессильна, и это как раз тот случай. Я не могу помочь ему хирургическим способом!

– А другим? Другим способом можете?

Доцент пожал плечами:

– Если вы согласны пойти на риск.

– Он умирает! – воскликнула девушка. – О каком риске ты говоришь, сволочь? Чего он может бояться?

– Регенерон. Вы слышали о таком веществе?

– Да! Слышала.

– Оно считается полулегендарным, в него не верят.

– Я не только слышал, я видел его, – вмешался киборг.

– Не знаю, что вы видели. Регенерон подделывали тысячи раз. Даже в наше время есть умельцы, которые утверждают, что умеют воспроизводить это вещество. Не верьте! Здесь нужна высокотехнологичная фармацевтика. Но даже если у вас есть необходимое оборудование. Нужны ингредиенты – регенерон изготовлялся из тихоокеанских морских звезд Linckia. Для одного грамма – сотни килограммов. А где вы сейчас это найдёте?

– Но ведь я своими глазами видел, как его делают, и отнюдь не в лабораториях. Препараты делались из рукокрылов, брали какие-то вытяжки…

– Это эрзацы – суррогаты, изготовленные шарлатанами! – сердито воскликнул Доцент. – В девяноста процентах из ста от них не больше пользы, чем от уринотерапии. Просто люди верили в чудесные свойства… и иногда поправлялись.

– Мне не нужны твои научные лекции, – прервала Данара. – Лучше скажи прямо: у тебя есть регенерон? Настоящий, ещё тех лет?

– Да. У меня сохранился тюбик. Берёг для себя на чёрный день, – признался коротышка.

– Он наступил, – сурово произнесла Данара.

– Могли бы об этом не говорить. Проблема в том, что регенерон – не панацея. Он может вытащить с того света, но делает это не всегда. И ещё – у препарата масса побочных эффектов. Вы о них слышали?

– Детали, – потребовала девушка.

– Во-первых, у того, кто принимает этот препарат, есть вероятность не выжить от дикой боли. Хотя это вашему другу не грозит. У него крепкое молодое сердце. Боль он вытерпит.

– Дальше!

– Износ и старение всего организма. Регенерон, в полном соответствии со своим названием, производит регенерацию – то есть восстановление повреждённых участков. Всё это происходит за счёт внутренних ресурсов человека. Больной… как бы выразиться образнее? Он «сгорает» в фигуральном смысле слова. За выздоровлением приходит расплата. Конечно, у всех она разная, но исключений из правила не бывает.

Он вперил взгляд в Данару:

– Так что: рискнём ввести раненому регенерон?

– А у нас что – есть варианты? – удивилась она.

– Вариантов нет, – признался коротышка. – Просто прошу учесть: если препарат не поможет – я не виноват. И если ваш друг превратится в инвалида – я тоже умываю руки.

– Вообще-то это ты стрелял в него, сволочь, – заметил киборг. – Это из-за тебя он сейчас умирает. И ты тут начинаешь лепить какие-то отмазки?! Вводи ему препарат немедленно! И смотри, чтобы тебе повезло и Игорь выжил!

– Разумеется, – закивал Доцент.