Кукловод. Капер - Константин Калбазов

– Господин капитан, это тот самый корабль, который движется встречным курсом.

– Что за корабль, определить можешь?

– Если бы над ним развевался Юнион Джек^[6], я бы сказал, что это фрегат. Но над ним торговый флаг, белый с крестом святого Георгия.

– Вот и замечательно. Ну что, господа, похоже, нам везет. Этот точно не из колоний на материке и не с Ямайки, – обернувшись к Кевину и Мартину и не без удовольствия потирая руки, произнес Патрик.

Эти слова не были лишены оснований. Дело в том, что наряду с Англией Барбадос активно торговал и с материковыми колониями: Новой Англией, Нью-Йорком, Каролиной и Виргинией. От них шли такие товары, как сухари, кукурузная мука, табак, солонина, свинина и рыба. Хотя товарооборот с колониями был и невелик, там также нуждались в продукции Барбадоса. В особенности в роме, потому что он был крайне важен в торговле с индейцами. Вот только особого проку в товарах этой, можно сказать, внутренней торговли для колонистов Вьекеса не было. Нет, конечно, они от них не откажутся, но…

Куда больше они были заинтересованы в товарах из Англии. Те представляли собой мануфактурные сукна, ткани, мебель, хозяйственные принадлежности, инструменты для ремесленников, сельхозинвентарь. Ну и огнестрельное оружие, свинец и порох. Как же без них? И кстати, мушкеты и пистолеты, в основе своей с новыми батарейными замками.

Королем был издан указ, запрещавший продавать колонистам мушкеты старого образца. Конечно, не все ему следовали, стараясь получить максимум прибыли при минимуме вложений. Но это все же было нарушением указа и каралось по закону. Казна не имела возможности загрузить оружейные мануфактуры казенными заказами. И поэтому король решил поддержать своих оружейников, обеспечив им сбыт вот таким нехитрым способом.

Иными словами, корабли из метрополии везли то, что в этих краях стоило баснословных денег. Конечно, не все товары, подобно зеркалам, шли на вес серебра, но после океанского перехода цена на них взлетала минимум вчетверо. Так что заполучить корабль из Европы было намного более предпочтительным.

Разумеется, их колония пока еще малочисленна. Так что товаров с большого купца будет слишком много. Но ведь излишки всегда можно продать тем же испанцам. Причем на законных основаниях. Даром, что ли, он старался ради получения патента?

– А он нам по зубам? – усомнился Кевин, почесав в затылке.

– Бросьте, лейтенант Браун. Большой корабль еще не значит многочисленный экипаж. Уверен, что там будет максимум пара десятков матросов, – возразил ему Патрик.

На «Охотнике» и в колонии на Вьекесе была введена строгая субординация и иерархия. Во-первых, панибратство и вольница ни до чего хорошего не доведут. Во-вторых, местные и сами этого не поймут, потому что разделенное на сословия общество для них вполне естественно. Исключение составляют разве только разбойники, что лесные, что морские.

Вообще-то между Патриком, Кевином и Мартином сложились самые что ни на есть дружеские отношения. Вот только дружеское общение они позволяли себе только в неформальной обстановке. Во всех иных случаях придерживались строгой субординации.

– Этот не станет так просто задирать лапки. Но все одно, он однозначно наш, – потирая руки, высказал свое предположение Мартин.

– А если это пират? – вновь усомнился Кевин.

– Тогда не будет ничьим. Главное только, чтобы капитан был достаточно известен и остался жив, – пожав плечами, жизнерадостно ответил Мартин. – Корабль просто отправим на дно, а тех, кто выживет, вытащим из воды и представим пред ясны очи губернатора де Варгоса. Пусть разбирается с ними. А то, глядишь, еще и инквизиции праздник достанется.

– Не вижу причин для злорадства, – недовольно буркнул Кевин. – Врагу не пожелаю оказаться в руках инквизиторов.

– Не надо сгущать краски, господин лейтенант, – возразил Кевину Патрик. – Далеко не всех передают в руки этих святош. Да и те, кто попадает под суд трибунала, не всегда кончают на костре. Вон часть команды ле Пикара пожелала перейти в лоно католической церкви. Так из них вообще никого не казнили, а просто отправили на каторгу. На костер же прогулялись только те, кого опознали свидетели, ну и Пикардиец, разумеется. Поверьте, господа, я сам не люблю инквизиторов, но должен признать, что трибунал в Пуэрто-Рико действует по правилу – что посеешь, то пожнешь. Так что прекращаем разговоры на эту тему.

Когда корабли сошлись достаточно близко, чтобы можно было рассмотреть детали, стало очевидным, что судно явно хорошо вооружено. Во всяком случае, по бортам были заметны множественные порты. Правда, в настоящий момент они были закрыты, а потому и непонятно, то ли это бутафория, то ли и впрямь с каждого борта этого красавца наличествует полтора десятка орудий.

– Что скажете, господа? – отрываясь от трубы, поинтересовался Патрик.

– А что тут скажешь? Похоже, это не торговец, а самый что ни на есть фрегат, – выдвинул свое предположение Кевин.

– Ерунда какая-то получается, – задумчиво произнес Патрик. – Ост-Индская компания имеет свой военный флот для сопровождения конвоев и борьбы с пиратами. И их военные корабли ходят под флагом компании. Но здесь-то у Англии ничего подобного нет. Значит, не может быть и военных кораблей под торговым флагом. А главное – такое количество пушек слишком много весит, и торговцу это просто невыгодно.

– А по мне, тут нечего гадать. Кем бы он ни оказался, нам все едино. Ввяжемся, а там посмотрим, – совершенно спокойно произнес Мартин.

Перспектива атаки большого корабля его совершенно не пугала. За последние пару месяцев они успели не только захватить три бригантины, отрабатывая технику абордажа в реальных условиях. Кроме этого, попрактиковались в обращении с новыми пушками. И знатный бомбардир у них появился, который все никак не мог нарадоваться на свои новенькие игрушки. Вон он прохаживается возле орудий, проверяя, все ли артиллеристы сделали должным образом, не забывая чихвостить, если кто проявил нерадивость.

Новые снаряды, гранаты, производство которых наладили на отстроенной литейне, показывали просто поразительные результаты. Мало того что вес снарядов стал в два с половиной раза больше, чем у ядра, так еще и пороха вовнутрь помещается втрое против круглой бомбы.

Конструкция с виду простая. На корпусе имеются боевые упоры из меди, которые при заряжании входят в нарезы и во время выстрела придают снаряду вращение. С переднего конца снаряда вставляется отливаемая из чугуна трубка, запал. В ней располагается замедлитель, загорающийся при выстреле через специально оставленные отверстия. Горит этот замедлитель около десяти секунд, и за это время граната успевает долететь до цели. При ударе о препятствие и даже о землю трубка загоняется внутрь гранаты и воспламеняет заряд.