Серплы - Рейджел Леви

Я ощущала ужасный страх, отравляющий разум. Страх, который я не испытывала никогда в жизни. Но именно он делал меня сильнее. И чем больше я боялась, тем сильнее становилась.

Мои мысли забирали много энергии, я чувствовала себя измотанной и изнеможенной. Я не могла не появиться на вечеринке, первая и главная причина – это Маркус. Желание видеть его, быть рядом с ним, ощущать прикосновение его теплых губ, чувствовать его нежные руки – было сильнее всего остального. Второй причиной были мои друзья. Оставалось только гадать, когда Нейман вернется и сколько у меня есть времени на то, чтобы побыть с ними рядом.

В ночном небе ярко светила «Луна» наполняя центр города серебристым светом. До меня доносились отголоски музыки и басов, громыхавших внутри. Рядом со входом выстроилась очередь из полусотни глайдеров. Здесь всегда было многолюдно, особенно по пятницам.

Я залетела в хорошо знакомый кратер с южной стороны. Здесь было темно и на секунду это дезориентировало меня.

– Ночной режим, – скомандовала я и лобовое стекло окрасилось охристым цветом – улучшая видимость. На паркинге я увидела флаи всех, за исключением Маркуса.

Я заглушила двигатель и пару раз глубоко вдохнула и выдохнула, перед тем как выйти из флая. Один вопрос никак не отпускал меня: что заставило Неймана прийти за мной?

Безлюдный паркинг, напоминающий пещеру, разразился гулким стуком каблуков. В свете блеклых ламп, то тут, то там, выступая из полутьмы, поблескивали фары глайдеров и флаев. Я подумала, что освещение можно было бы сделать немного ярче: слишком мрачно было в этом месте. Казалось, тени вот-вот сомкнутся вокруг меня. Когда глаза немного привыкли, я смогла различить шероховатые стены, выступы и углубления подсвеченные тусклым светом.

Вдруг послышался хорошо знакомый звук приближающегося флая, заставляя трепетать мое сердце. Маркус виртуозно залетел в ожидавшую его пустую ячейку. Его тело низко прижималось к черному мускулистому Imp, уступающему в этом разве, что своему хозяину. Он выглядел сногсшибательно опираясь высокими ботинками на светящиеся синим светом трубы.

Черный флай, сверкая раздутыми крыльями, сделал последний грозный рык и стих. Маркус спрыгнул с него и быстрыми шагами направился ко мне. Преодолевая законы земного притяжения я прыгнула в его объятья. Зарываясь пальцами в его волосы я наклонилась достаточно близко, чтобы разглядеть едва пробившуюся щетину вдоль челюсти и почувствовать запах ночного воздуха, пыли и самого Маркуса. Он крепче прижал меня к себе и проложил дорожку из поцелуев по линии скул к губам. Внутри меня все кипело. Миллионы мерцающих золотых песчинок искрились внутри его глаз. Я едва ли могла видеть его зрачки за этим великолепием.

– Я люблю тебя, – произнес он. Голос его звучал тихо и мягко. Его горячее дыхание ворвалось внутрь меня, когда его рот нашел мой, – ты, та родная душа, ради которой я и был создан, до того дня как я тебя встретил, я не понимал для чего СУЩЕСТВУЮ и, в тот день, я понял для чего я ЖИВУ.

– В тот самый день, моя жизнь изменилась. Она странным образом сконцентрировалась вокруг девушки, которую я увидел на дороге, с пронзительно голубыми печальными глазами, – он провел тыльной стороной ладони по моей щеке, – ты была одета во все черное и о чем то грустила. В тебе было что-то магнетическое, что заставило меня последовать за тобой. – До того момента я никогда прежде не был в старой части, внизу. Ты заехала на старый мост и пропала в тумане, а я не знал, что делать дальше, как вдруг Imp заглох. Это судьба, подумал я, ведь мой флай, новейшей модели, просто так не мог сломаться в старой части города, где даже связи нет. Случайность, – произнес Маркус.

– Случайностей не бывает, – произнесла я, – есть цепочка предопределенных событий, словно хорошо срежиссированный спектакль длинною в жизнь.

– Тогда ты главная актриса в этом спектакле.

С минуту мы просто стояли молча, не выпуская друг друга из объятий. В этот момент вся вселенная принадлежала нам: миллиарды звезд, что таинственно мерцали в ночном небе; луна, загадочно озарявшая небосвод; легкий теплый ветер, играющий у нас в волосах. И я молча благодарила ее за это.

Маркус поднял к лицу сжатую в кулак ладонь. Внутри что-то блеснуло, словно зажатая в руке звезда.

Я недоверчиво на него посмотрела и взяла двумя пальцами серебристое ожерелье. На тонком шнурке висела подвеска. Дракон и феникс, расправив крылья, парили в воздухе держа в своих лапах нефритовый шар, словно наполненный изнутри светом.

– Оно такое красивое! – я чувствовала, что оно было частью меня.

– Китайцы называют нефрит камнем жизни, приписывая ему пять достоинств, отвечающих душевным качествам. Его мягкий блеск олицетворяет милосердие, его твердость – умеренность и справедливость, полупрозрачность – символ честности, чистота – воплощение мудрости и его изменяемость олицетворяет мужество. Это все о тебе.

Он помог застегнуть цепочку, и я еще раз дотронулась до подвески пальцами подумав о том, что у меня скоро будет возможность проверить все эти качества на правдивость. Смогу ли я выстоять против Неймана? Чего это будит стоить? По большому счету, у меня даже не было выбора, меня поставили перед фактом.

Я встретилась взглядом с синими глазами Маркуса, они были ярче чем июльское небо. Наши лица были всего в нескольких сантиметрах друг от друга, настолько близко, что я чувствовала его дыхание на своих губах, а затем он наклонился, чтобы поцеловать меня.

– Нас наверное заждались, – сказал он немного отстранившись.

Я поднялась на цыпочках и нежно поцеловала его в губы.

– Спасибо, – прошептала я тихо.

Маркус взял меня за руку и мы отправились в сторону лифта. Большая каменная глыба отъехала в сторону пропуская нас внутрь. Он не сводил с меня глаз, и я физически ощущала его взгляд на себе. Маркус прищурил глаза, встряхнул головой и широко заулыбался. Спросить я не успела, двери лифта распахнулись. Мы вышли в длинный освещенный блеклосиним светом коридор, в котором все мне было хорошо знакомо. Он изгибался и уходил вправо, опоясывая огромный космический корабль погруженный в недра Луны. Никелевый исполин делился пополам панорамным окном, широкой лентой бегущей по всей окружности корабля.

Было отчетливо видно как сотни разгоряченных, блестящих от пота тел на десятках танцполов бьются в экстазе под оглушающие ритмы. К нам не доходило ни единого звука, слышались только наши шаги. Я с улыбкой заметила, что не смотря на то, что я гораздо меньше Маркуса, шума от меня вдвое больше. Мне доставляло огромное удовольствие наблюдать за тем как он двигается: грациозно, мужественно и очень сексуально – так ходят львы.

– Что?! – спросил он поднимая брови кверху.

– Я топаю, как слон, хотя, по законам физики, должно быть иначе.

Маркус стал идти еще громче, но даже это выглядело восхитительно и я рассмеялась. Он подхватил меня за талию и легко поднял в верх, я прижалась губами к его лбу.

– К счастью, кое-что остается вне всяких законов.