Потрясатель: Божественный уровень. Схватка за Даронар. Потрясатель вселенной (сборник) - Георгий Лопатин

– Мне надо выйти, чтобы меня увидели, – сказала я, так как нас не спешили приветствовать радостными криками.

Мои подданные продолжали находиться на своих боевых постах и не высовывались.

– Хорошо…

Голем присел, открылся колпак кабины, и я выскользнула наружу на родные пески. Казалось, прошла целая вечность с того дня, когда меня взяли в плен. Хотя на самом деле прошло не больше двух месяцев.

– Это я, Шаршалунэ, ваша королева! – крикнула я, усилив голос магией и послав магический же импульс для своего опознания. – Не бойтесь, это мой друг, и он пришел помочь мне!

Тут и там, из-за камней и из нор, стали появляться головы моих изнуренных битвой подданных. Они неверяще смотрели на меня. Что ж, их можно понять – все знали о том, что я попала в плен к демонам.

Ко мне, опасливо косясь на голема, в одиночку быстро разобравшегося с армией противника, против которой они так безнадежно защищались, подполз незнакомый мне лейтенант-гвардеец. Видимо, он оказался самым старшим из всех выживших к этому дню командиров.

– Моя королева… это действительно вы?..

– Разве не похожа?

– Простите ваше величество, но вас же…

– Это правда, меня схватили демоны. Но меня выкупили дружественные нам силы, и теперь я свободна и пришла, чтобы спасти свой народ от окончательного уничтожения.

– Моя королева!

Лейтенант с радостными рыданиями распластался на песке.

Увидев, что все хорошо, стали подползать остальные ламии. Всего их здесь оказалось немногим больше тысячи. Остается только надеяться, что в других убежищах спаслось хоть еще сколько-то. А ведь это убежище является самым крупным из всех и рассчитано на спасение в десять раз большего числа…

Кирилл. Спаситель-заступник

При переходе через арку, точнее, после того как портал схлопнулся, у меня возникло ощущение, что я словно лишился чего-то важного. Не то забыл, не то потерял, не то вырезали что-то из тела… Словно я был качком и вдруг стал дистрофиком. Впрочем, что именно это означает, долго гадать не пришлось: все дело в отрыве от потока маны верующих, что подпитывает меня. Ведь с того момента, как я сделался богом, именно эта энергия стала моей основной пищей, а физическая еда – это так, чисто для ощущения вкуса и просто привычка.

Впрочем, долго мне переживать утрату не дали. По нам жахнули какими-то магическими плетениями, и закрутилась карусель скоротечного боя, в результате которого я всех победил, всех завалил.

Потом был еще один бой, уже более растянутый, но с тем же результатом. Местные маги ничего особенного показать мне не смогли, но это, наверное, из-за того, что я все еще «сыт» и полон энергии, которую растрачивал, практически не сдерживая себя. Согласен, не очень умное поведение, но сдержаться реально очень тяжело. Так и хочется показать свою силушку богатырскую, то есть божественную. Опять же, перед паствой надо засветиться во всей красе. Вот и светился, как лампочка Ильича. И давил на всех своей аурой, пока Шаршалунэ общалась со своими подданными. А те, только заслышав о возможности спасения, впали в верноподданнический экстаз. В таком состоянии они были согласны на что угодно, не то что принять нового бога-покровителя и переселиться в другой мир. Если кто и заартачился, то ненадолго, ведь всем, кто откажется, предстояло остаться на родине и дальше верить в своего бога, а что это для них значит, понимали все, дураков нет.

Но, несмотря на божественную засветку, в полную силу я не разворачивался, не желая разборок с местными богами. А может, они посчитали ниже своего достоинства вызывать меня на стрелку или решили приглядеться получше – не знаю.

Дальше пришлось потрудиться, летая от одного убежища змеехвостых к другому, но спаслось их всего-то считанные десятки. В большинстве укрытий вообще никого не оказалось. Демоны хорошие охотники за душами.

Волга моталась из одного конца обширной пустыни в другой, перевозя в своем чреве пассажиров и их скудное имущество, умещавшееся в одних узелках. В итоге набралось всего чуть больше трех тысяч ламий, от новорожденных до стариков. Это все, что осталось от стотысячного народа после атаки легиона демонов и последующих набегов остатков людских армий, добивавших оставшихся.

Через неделю Шаршалунэ, принявшая сан жрицы, начала ритуал перепосвящения ламий мне.

Но стоило только первым печатям вплестись в ауры посвящаемых, как песок вокруг нас заходил ходуном. Я почувствовал чужое присутствие божественного порядка. Это мог быть только покровитель змеехвостых.

– Ч-черт, – ругнулся я.

Вообще-то я перед операцией спасения поинтересовался у Шаршалунэ об их покровителе и получил в ответ уверение, что их бог был низвержен в битве, и значит, мне опасаться нечего. Вывод делался на том основании, что покровитель не отвечал на мольбы своей паствы после генерального сражения, когда лорд демонов поразил аватара бога змеехвостых.

Оказывается, бог ламий вполне себе жив. Может быть, он был серьезно ранен и из-за недостатка сил впал в спячку, поэтому никак себя не проявлял, но когда его стали лишать последней паствы, проснулся и очень обиделся…

– Великий Змей Лашамкаш! – вскрикнул кто-то, и остальные ахнули в ужасе, пали ниц и мелко затряслись.

– Р-реш-шили меня окончательно добить, неблагодарные?! – зазвучал отовсюду шипящий голос. – Покараю подлых изменников!!!

Я уже видел формирующуюся из энергии фигуру бога, точнее, местечкового божка Лашамкаша, и начал наносить по нему первые удары. С миром нам все равно не разойтись.

Он ответил и мгновенно изгнал из моего ШаРа как элементалей, так и духа, развеяв последнего. Возникла секундная заминка, и будь я простым человеком, даже с рассарскими способностями, то тут бы мне и кирдык, ШаР стал бы для меня натуральным гробом. Но сейчас все было несколько иначе, и я подхватил управление, завязав его на себя, то есть, по сути, ШаР стал моим доспехом.

Лашамкаш тем временем сформировал огромного песчаного змея длиной этак метров тридцать и толщиной с трамвайный вагон. Мои огненные фаерболы плавили песок, образуя на теле голема стеклянную корку, и падали с него вместе с ней, точно вырванная чешуя.

Пламя костяной драконши тоже не дало результата, хотя площадь поражения казалась больше. Песчаный змей избавлялся от оплавившейся корки, точно от линялой кожи.

Тогда я нанес удар мифриловым мечом, вложив в него и свою божественную силу. Это помогло – моя энергия разрушила энергетическую структуру песчаного голема.

Но вместо одного поверженного появилось сразу два. Чем-то мне это напомнило битву богатыря со Змеем Горынычем. Смахнешь одну башку, на ее месте две отрастает…

«Это еще хорошо, что паствы с гулькин нос, и он сильно ослаб, так что пытается разделаться с нами, не сильно тратясь, – заметил мой сын, пытаясь нарастить выработку рассарской маны. – А то сейчас поналепил бы этих големов с пару десятков, фиг бы отмахались. А так осторожничает…»