Вирус Зоны. Предвестники выброса - Вадим Михейкин

– Увы и ах… Похоже, ты его ещё не сбил.

Дуэль между небом и землёй началась.

Башня содрогнулась. По стенам поползли трещины. Потолок в некоторых местах обрушился и преградил путь к отступлению.

Лестница обвалилась. Груда кирпича и камня рухнула с потолка. Поднялось густое облако пыли.

– Завал! – крикнул Лемур. – Дальше никак!

Сталкер обернулся. Его мозг работал на полной мощности, он искал все мыслимые и немыслимые варианты спасения.

Бежать было некуда, но Лемур предпочитал не думать об этом. Он ощутил какой-то нелепый внутренний покой. Все понятия о дружбе и вражде, о любви и ненависти смешались в его душе в не поддающийся оценке клубок чувств. Человек, фактически контролировавший сталкерство, стоял рядом плечом к плечу. Рёв пулемётов и грохот вокруг смешались в кучу. Сколько людей погибло здесь сегодня? Десятки? Лемур до истерического смеха хотел лишь одного: чтобы всё это просто закончилось.

Выход нашёл Консул.

– В шахту лифта, быстро! – крикнул он.

– Ты спятил?! – Лемур был на грани срыва.

Майор всей своей могучей массой раскрыл створки дверей. Кабина лифта находилась на самом нижнем уровне – на первом этаже.

– Живее, здесь лестница! – позвал Консул.

Страх и трепет вынудили бродягу последовать за чистильщиком.

Над головой раздался грохот. Здание содрогнулось. Сверху посыпались обломки.

Один из них обрушился прямо на голову сталкера, едва не лишив его чувства самообладания. Нестерпимая боль прокатилась волной. Сознание бродяги едва не померкло.

Раздался треск, и вниз со свистом полетел конец троса. Лемур едва увернулся от него.

Следом лопнул ещё один трос, прошедший концом вдоль стены и выбивший искры в некоторых местах.

Шипя от накатывающей боли, сталкер на пару с майором выбрался из шахты через проход на первый этаж.

Заветный потайной лаз нашёлся быстро. Ничего особенного – обычная стальная дверь без надписей и указателей.

Выстрелом сбив замок, Консул вышиб дверь:

– Быстрее вниз!

Вертолёт вернулся в своё прежнее положение и открыл по башне шквальный огонь. Он простреливал все этажи, не давая возможности выбраться целым.

Роман вновь прильнул к прицелу и произвёл выстрел. На этот раз электромагнитный импульс прошёл мимо. Вертолёт завис и медленно повернулся к снайперу.

– У нас проблемы, – Роман соскочил с места.

– Шмаляй по нему, чего стоишь как вкопанный!

Пилот, похоже, заметив стрелка, повёл машину в его сторону. Умеров вновь прильнул к прицелу. Стальная стрекоза приближалась и увеличивалась в размерах. Бывший рядовой уже видел, как вращаются барабаны пулемётов.

Завопил над ухом Анархист:

– Чего ты тянешь?! Бей!

– Не мешай, придурок! – Роман вдавил спусковой крючок.

Снаряд угодил точно в кабину и временно парализовал стальную стрекозу. Статические молнии прошлись по пулемётам, и те задымили.

– Ты его обезоружил! Ха-ха! – воскликнул сталкер. – Выкуси, летающий кусок говна! Увы и ах, нас тебе не достать!

Но, похоже, у экипажа многоцелевого Ми-8ТВ на этот счёт было своё мнение. Вертолёт медленно повернулся, и боковая его дверца отъехала в сторону. Вместо снайпера наружу показалось нечто, отдалённо напоминающее футуристическое оружие будущего. Внешне оно напоминало круговой шестиствольный пулемёт, к которому были приделаны контейнеры со светящимся содержимым.

– Надо уходить! – Умеров живо поднялся на ноги.

Он бы мог просто выстрелить по загадочной установке, но его ружьё требовало долгой перезарядки. И этих драгоценных секунд у бывшего армейца просто не было.

– Анархист, валим!

Устройство на борту вертолёта сначала вспыхнуло голубыми огнями, затем раздался негромкий, почти неслышимый хлопок. Сразу после этого перед глазами возникла яркая вспышка. Умеров успел увернуться и прыгнуть за груду ящиков прежде, чем стал свидетелем жуткой картины.

На том самом месте, где он находился, с оглушительным хлопком танцевали молнии. Это была статическая аномалия – «разрядка». Коварная ловушка мгновенно взорвалась, выпустив в жертву всю свою электрическую мощь. Анархист едва успел отвернуться и прикрыть лицо руками, но тут же неестественно выгнулся вперёд.

Всё произошло слишком быстро.

В воздухе запахло палёным пластиком, а обугленное тело свалилось вниз. К тому моменту, когда оно достигло земли, сталкер был уже мёртв.

– Анархист, нет! – отчаянно и протяжно взвыл Умеров. – Неееет!

Вертолёт развернулся и начал снижаться. На землю стали сыпаться люди в песчаном камуфляже.

* * *

Потайной лаз вывел двух беглецов к канализационному узкому туннелю. В конце Лемур готов был увидеть что угодно. Он уже был уверен, что ничто не сможет его удивить. Но просчитался.

– Лодка! – вырвалось у него.

Канализации давно были затоплены грунтовыми водами, а те впадали в пробегающую горную речушку. По всей видимости, Дмитрий Булкин на крайний случай рассчитывал спастись бегством и заранее припас здесь резиновую лодку на моторе.

– Прыгай! – майор лихо уселся в нее.

У сталкера ещё оставались сомнения по поводу этого безумия, но когда позади он услышал топот ног, всё же сел в лодку.

Майор завёл двигатель, отрезал конец верёвки, и резиновая лодка устремилась к свету. Со спины послышались голоса:

– Вот они! Остановите!

В темноте сверкнула вспышка. Следом хлопнул выстрел. Лодка успешно вынырнула из водозаборного жерла широкой трубы диаметром в несколько метров. Горная река подхватила моторку, и та устремилась вниз по течению.

– Куда она ведёт? – спросил Консул.

– Студёная река пролегает как раз через Свинцовый Лес, – откликнулся бродяга.

Он обернулся. Башня и строения завода стали стремительно удаляться. Быстрое течение уносило пассажиров в лесистую местность.

– Похоже, оторвались, – облегчённо сказал сталкер.

И услышал рокот приближающегося вертолёта.

* * *

– Пошли! Пошли! Пошли! – отчеканил Коллекционер.

Вертолёт приземлился в десятках метров от башни, возле остова пожарной машины. Четвёрка бойцов высыпала наружу и устремилась к зданию.

– Не глуши двигатели, – сказал Коллекционер и выбрался на свежий воздух.

Пока его люди зачищали башню от свидетелей, лидер синдиката «Оберег» подошёл к обмякшему худощавому телу. Дмитрий Юрьевич Булкин упал прямо на бетонные плиты, сломав позвоночник и застыв в нечеловеческой позе. Его раскрытые голубые глаза смотрели в небо. Тело успело слегка припорошить снежком.