Кремль 2222. Куркино - Олег Бондарев

Внезапно Бартаб замер и, подняв правую руку, напряг слух.

Очередной порыв ветра принес с собой обрывки фраз. Приглушенные, неразборчивые, это совершенно точно были вполне осмысленные слова, произнесенные разумными существами.

«Нео? – мелькнуло в голове у вождя. – Или же хомо?»

– В чем дело, Бартаб? – осторожным шепотом спросил Таргрут.

Предводитель Диких вздрогнул от неожиданности. Умение Таргрута перемещаться бесшумно, словно мышка, всегда его поражало и вызывало определенную зависть.

«Как бы он так же к моему лежбищу однажды не подобрался…» – покосившись в сторону подчиненного, подумал Бартаб.

Вслух он, однако, подобное говорить не стал.

– Голоса. Похоже, хомо.

– Хомо? – искренне удивился Таргрут. – Опять? Чего их так много тут стало?

– Не спеши с выводами, – пробормотал Бартаб. – Может быть, это не другие хомо, а наши беглецы?

– Может, и так, – энергично кивнул мутант: предположение вождя ему явно понравилось. – Что будем делать?

– Заряжайте самострелы, – помедлив, распорядился вождь. – Но без моей команды не атакуем. Только если они на нас решат нападать. А иначе говорить буду. Все ясно?

– Ясно, Бартаб. Пойду, скажу остальным.

– Давай, – сказал предводитель и отвернулся.

Судя по всему, хомо приближались к углу здания, за которым находился отряд Диких. С трудом поборов желание напасть на путников, едва те окажутся в поле зрения, Бартаб поудобней перехватил меч: коль людям вдруг придет на ум сражаться, он выплеснет на них всю накопленную злобу. И если с ними будет Рена, пусть пеняет на себя: ей лучше прочих известно, что брат в порыве ярости не жалеет ни своих, ни чужих.

– Интересно, почему он именно здесь свою лабораторию устроил? – озадаченно произнес хрипловатый баритон.

Бартаб нахмурился: голос «невидимки» показался ему незнакомым. Уж точно это был не вчерашний пленник, Фред.

– Ну, возможно, все получилось случайно, – ответил незнакомцу приятный женский голос.

И снова – мимо.

«Это не та девка. Не Кира, – понял вождь. – Какие-то другие хомо».

Он немного расслабился, но тут же усилием воли снова взял себя в руки.

«Какая разница, какие это хомо? Главное, что хомо, а, значит, чужаки, значит, могут быть опасны».

Бартаб быстро оглянулся через плечо на отряд. Мутанты спешно заряжали самострелы; те же, кто был лишен арбалетов, возились с мечами – проверяли, насколько быстро клинки выходят из ржавых колец на потертых кожаных поясах. Удовлетворенно хмыкнув под нос, Бартаб снова уставился на угол здания.

Показалось, или к голосам добавился характерный металлический лязг?..

Вождь Диких напрягся и отступил на шаг. Звук был очень похож на те, что издают роботы – злейшие враги их племени. Могли ли роботы объединиться с хомо? Пожалуй, что вряд ли – учитывая, до чего эти стальные обжоры любят лакомиться мясом. Возможно, они бы даже с большим аппетитом съели пару хомо, чем трех лохматых Диких или нео…

«Нет. Био и хомо вместе – исключено!»

Но лязг продолжал бить по голове маленьким раздражающим молоточком. На несколько секунд этот противный звук совпал с ударами сердца Бартаба, и предводитель Диких невольно поежился.

«Соберись! Наверное, это просто какие-то доспехи из стальных пластин… или еще что-то в этом духе… Сейчас все увидим!»

Бартаб смотрел на угол дома, боясь моргнуть. Казалось, стоит хоть на миг смежить веки, и его застанут врасплох. От такого напряжения глаза начали слезиться, но мутант продолжал терпеливо взирать на злополучный угол.

Прошел миг, другой, третий… и из-за угла появился массивный, в полтора раза больше самого Бартаба, стальной паук. Мутант замер от неожиданности; в горле у него моментально пересохло.

«Био! Все-таки био!» – запульсировала в лохматой голове отчаянная мысль.

Глаза робота, горящие красным, недобро смотрели на Бартаба. Казалось, судьба мутанта решена, и теперь био всего лишь выбирает, каким способом лучше всего расправиться со стоящим перед ним Диким. Бартаб подумал, что, возможно, ему стоит напасть на металлического паука, попытаться подороже продать свою жизнь, но руки и ноги будто парализовало.

У каждого из нас есть свои страхи.

Грозный Бартаб, например, до жути боялся роботов.

Причиной тому, вероятно, было бессилие – ведь он, увы и ах, никак не мог одолеть даже самого маленького из них. Однажды, еще будучи безмозглым сопляком, Бартаб добил раненого био, вогнав ему меч прямо в горящий красный глаз, но тот робот никак не мог сопротивляться: в бою с другим стальным гигантом он утратил все манипуляторы до единого.

А вот стальной паук, стоящий сейчас перед вождем Диких, был совершенно цел – если не считать ржавчины, покрывавшей его корпус. Однако никакая коррозия не могла помешать этому био сожрать застывшего перед ним мутанта.

«Прощай, мир. Прощай, племя», – мысленно простился со всеми Бартаб.

Он уже смирился со своей участью, когда из-за угла донесся голос:

– Притормози-ка, Рухлядь. Дай-ка я сам взгляну на этого нео, а то больно он странный. А ты, с мечом, лучше не дергайся, а то я живо велю моему роботу оторвать тебе голову и сожрать на глазах у твоих родичей.

Не понимая, кто с ним говорит, Бартаб тем не менее послушно замер – от греха подальше. В данной ситуации мутант был лишен выбора: если обладатель голоса действительно дружен с био, лучше не злить его понапрасну.

Показавшегося из-за угла бородача в черном плаще Бартаб совершенно точно видел впервые. Обогнув стоящего рядом со стенкой стального «паука», незнакомец остановился в метре от левого набора манипуляторов и смерил отряд Диких оценивающим взглядом.

«Это кто, хомо? – с удивлением глядя на вновь прибывшего, подумал вождь. – Или все-таки ворм?»

– У кого самострелы, осторожно кладем их на землю, – деловито распорядился странный бородач.

Бартаб ощутил на себе вопросительные взгляды сородичей. Они не знали, как поступить, и потому ждали приказа своего командира.

– Я что, непонятно выражаюсь? – нахмурив брови, с нажимом переспросил бородач.

Он вытащил руки из карманов, и Бартаб увидел, что в каждой ладони у незнакомца находится по пистолету. Их грозный вид окончательно вывел вождя Диких из равновесия.

«Мало, что с био дела ведет, так еще и с огнестрелами ходит! Кто он такой и откуда здесь взялся, боги его поберите?!»

– Ты у них не за главного часом? – одарив Бартаба недовольным взглядом, уточнил бородач. – Скажи, пусть бросают свои самоделки, иначе я сейчас вас всех тут положу. А кого не положу, Рухлядь съест. Ну так что?

– Бросайте самострелы, – нехотя бросил вождь через плечо. – Не провоцируйте его.