Зона Посещения. Живая легенда - Сергей Вольнов

– До расширения Ареал назывался Невадским, – вставил подросток.

– Да, мальчик, ты совершенно прав, – подтвердил гид, – но это было так давно, что мы уже и не вспоминаем.

Неудивительно, что Слав впитывал информацию, как губка воду. Ему действительно повезло с этим говорливым Вовой в частности и с попаданием в число экскурсантов вообще.

– Я уже не мальчик, – буркнул паренёк, недовольный тем, что к нему отнеслись пренебрежительно. Лицо его опять приобрело очень серьёзное выражение.

– Так вот, о чём я… – проигнорировал реплику гид. – Да, корейская три-восемь, Гобийская, Хармонтская и Азорская в размерах какими были, такими и остаются, американская отчуждёнка дважды расширилась в стороны, а наш Трот постоянно углубляется в толщу планеты. Когда более чётко обозначились террасы, стало ясно, что это огромная яма, точней, пять ям. Полдесятка плоских цилиндрических ям, каждая следующая располагается глубже предыдущей. – Для наглядности гид иллюстрировал сказанное круговыми жестами. – Отсюда и образовано название Трот – слово «торт» наоборот. Есть ещё другое название, Недоад, потому что всего пять кругов, до классических дантовских не хватило четырёх. С каждым Захватом эта котловина на сколько-то метров углубляется, а перепады между уровнями соответственно растут. Изначально, только-только после Посещения, внешний перепад между уровнем окружающего мира и пятым составлял не больше восьми метров, то есть примерно с трёхтажный дом, а между пятым и четвёртым, расположенным в полутора десятках дальше к центру, метров пятнадцать всего… Но чем больше проходит времени, тем сильнее растягиваются вертикали. Вы наверняка знаете, но я повторю, что сейчас общая глубина в эпицентре составляет несколько километров от уровня внешней окружности, которая находится, – он повёл рукой слева направо, привлекая внимание туристов к расположенной впереди пустоши, – уже совсем близко от нас.

– Скорей бы уже мы туда пришли, – негромко вставила девушка, та, что была без спутника. Навостривший уши Слав находился от неё совсем близко и расслышал. Ого, да тут подсобрались настоящие фанаты Зо… Трота то есть.

Вот только ответить самому себе на вопрос, относится ли он сам к числу таковых, путешественник по мирам пока не решился бы. Уж слишком неожиданным, внезапным подарочком мироздания для него явилась эта гибридная Зона! Будто нарочно замешенная в коктейль из той, что описана в повести Стругацких, и той, что «сварганена» разрабами игрового сеттинга «с точками»… и хрен знает, из каких ещё Зон!

– Захваты происходят с нестабильной частотой, но постоянно с момента образования Трота, – вещал Вова дальше. – Их можно предчувствовать за непродолжительное время до начала и благодаря этому попытаться спастись. Тех, кто не успел спрятаться, притягивает огромным магнитом, который начинает тянуть всё живое в эпицентр Трота. А после Захватов меняется конфигурация локальных участков абнормальной природы, и частицы биомассы, которые утянуло, замещаются новыми тварями… Люди, чтобы не присоединиться к биомассе, прячутся в зданиях, в норах, главное, чтобы в каком-то замкнутом пространстве, и между человеком и эпицентром находилась крепкая преграда, не позволяющая обеспамятевшему телу улететь. Если не успел спрятаться до Захвата, просто привязался к чему-то крепко и не улетел, выжил, то…

– Превратишься в свихнувшегося выродка! – не утерпев, воскликнул пацан, мнящий себя всезнайкой. В этот раз отец его одёрнул:

– Тихо ты! Дай Вове сказать.

– Обычно просто пропадают без вести. – Гид снова сделал вид, что не расслышал реплику юного экскурсанта. – Но бывали случаи зомбирования и превращения в чмошников, бывших людей. Иногда находят просто обезумевших сталкеров… Такого человека, который на открытом пространстве пережил бы Захват и остался вменяемым, не зафиксировано. Ведь даже те, кто находился в помещении, испытывают всякое разное… приступы, головную боль, потерю сознания. Люди со слабым сердцем или психикой в Троте заранее обречены.

Слав, увлечённый рассказом гида, и не заметил, как группа преодолела расстояние от внутренней поверхности бетонного вала до края первого круга и оказалась над обрывом. Вниз уводил склон, в этом месте пологий, будто специально сглаженный. Высота между уровнями, на глаз, была с десятиэтажный дом.

Здесь, на кромке, их уже поджидал сталкер, заранее ушедший вперёд, чтобы не слушать россказни гида, наверное. Ненадолго вся процессия остановилась, и туристы получили возможность обозреть с возвышения сюрреалистичный пейзаж настоящей Зоны.

Внизу то там, то тут, в разных точках что-то искрило, вспыхивало, закручивалось… И все эти аберрации атмосферы и поверхности происходили на фоне абсолютно нормальных с виду земли, травы, неба, воздуха. Вот тут почва выжжена, а вот там вполне чистая. Это сочетание несочетаемого, нормального с ненормальным сбивало с толку и норовило вызвать когнитивный диссонанс.

Да, очень похоже на картину мира, описанную в книге Стругацких, но… Что-то по-другому. Действительно, примешано и реалий, о которых Слав читал в других книгах, в том мире, где бомжевал и читал романы чёрной серии… А ведь в этом мире существует и Хармонтская Зона, гид её упомянул… Однако вот такой Чернобыльской, как в «сточкере», вроде нет… или Слав ещё не всё знает о положении дел?.. Хотя её признаки налицо в Троте. Но ведь что-то же в мироздании повлияло на реализацию факта, что Слав оказался именно здесь, рядом с этой Зоной? Не в Америке и не в этой, как её, корейской три-восемь… интересно, что эти циферки значат?

– Спуск в первый круг невысокий, – констатировал Вова очевидное, – и здесь устроена пологая насыпь, как видите. Зато во второй круг уже так легко не спуститься. Там вертикальная стена в пару сотен метров. Но так как высота всё же ещё не особенно головокружительная, можно слезть, цепляясь за выступы или продвигаясь по скальным морщинам и полкам. А в третий круг уже почти никто не слезет без специального альпинистского снаряжения. Разве что скалолазы с опытом. Что уж говорить про четвёртый… – Как будто специально для непросвещённого Слава излагал гид сведения, так или иначе известные другим экскурсантам, обитателям окружающего мира; но Вова отрабатывал свой гонорар по полной программе. – Про пятый круг вообще не принято в Троте говорить вслух без особой надобности. Да и сейчас последняя, самая глубокая вертикаль закрыта в прямом смысле, она оцеплена блокпостами инферновцев. Через них не пройти, даже если очень захочешь!

– Фанатичные сектанты! – с каким-то даже восторгом воскликнул подросток.

– Они самые, – соизволил обратить внимание на реплику гид. – Куда там «раскованным» и «санитарам», хотя и среди тех хватает сумасшедших… Почему сектанты не хотят, чтобы кто-то из людей спускался в пятый, неясно. Это и так сделать почти невозможно, из-за отвесной стены высотой куда больше километра плюс многочисленные абнормали и монстры… Но инферновцы ещё дополнительно прикрывают то, что скрывается внизу.

– А что там? – спросила девушка, та, что шла с парнем. – Правда, что бездонный колодец?

Вторая девушка, одиночка, уставилась на неё презрительно, как на блондинку, задавшую дурацкий вопрос.