Школа для одаренных «Красный закат» - Екатерина Богданова

Повернулась обратно, и тут же у левого уха:

– Слушшшай, моя мр хорррошая, слушай, мр. Не мрня слушай – сссебя. Прррислушайся, мр, прррислушайся. Поймммрай, мр, за хвоссст сссилу. Ты мммрожешь. Ссслушай…

И с последними звуками этого завораживающе мурчащего голоса я будто окунулась в новый мир! Мир, в котором все виделось иначе, все понималось и воспринималось иначе. И все было проще, легче, красивее.

Я увидела свой пузырь, но не как пузырь, а как множество светящихся линий, обмотанных вокруг прозрачного, будто стеклянного, шара. Протянула руку, прикоснулась и поняла: это не светящиеся линии – это нити. Мягкие, податливые нити, свитые из нежно-красных и ярко-синих волокон. И стоило мне только захотеть, как эти нити начали сматываться в клубок.

Не прошло и минуты, как на ладони упал тугой сгусток переплетенных нитей огня и… воды! Это было поистине волшебно! Завораживающе, сказочно и неимоверно трепетно. Я будто держала на ладонях жизнь. Трепещущую, нежную, неповторимую жизнь.

И тем ужаснее было ощущение гибели этой жизни, когда на мое плечо легла чья-то рука и я по инерции сжала пальцы. Сквозь них просочились только угасающие искорки красного и синего пламени. Разжала ладони, но не увидела на них ничего, кроме пары подрагивающих на коже капелек влаги.

– Лера… – тихо позвал магистр Райри.

– Мне… мне нужно… – хрипло прошептала я.

– Старый бесчувственный облезлый кот! – выругался Райри.

А я продолжала смотреть на свои ладони. Мне почему-то казалось, что они испачканы в крови. Я убийцей себя ощущала! Убийцей, безжалостно раздавившей пальцами прекрасную, бесценную жизнь. В глазах сами собой появились слезы.

– Хранитель не занимался с тобой? – спросил магистр.

Отрицательно мотнула головой. Спрашивать не стала, сама уже поняла, что хранитель – это тот самый кот, который только что подсказал мне, как убить порожденную мной же магическую жизнь…

– Не вовремя Дорн ушел, – процедил Райри. – Ох, не вовремя.

– И что теперь? – смаргивая слезинки, спросила я, все еще ощущая себя будто в кошмарном сне.

– Не знаю, девочка, – честно признался преподаватель. – Проверку ты выдержишь, это очевидно. Но если не сможешь скрыть то, кем теперь являешься, сюда ты уже не вернешься.

– П-почему? – чуть запнувшись, прошептала испуганно.

– Во дворце много наших, но в близкий круг короля входит придворный целитель. И если ты себя выдашь, он будет первым, кто все поймет, – пояснил Райри. – И тогда все наши старания скрыть тебя от Болли станут бессмысленными. Тебя просто не выпустят из личного королевского крыла.

– Почему? – повторила как заведенная, растирая пальцами капли влаги, которая еще пару минут назад была жизнью, пусть и не в том понимании, как я воспринимала ее ранее.

– Да потому что если целители получат тебя, они станут сильнейшей кастой магов, – ожесточенно ответил преподаватель. – И уж поверь мне, они смогут сделать так, что отныне на свет станут появляться только маги с целительским даром. С твоей помощью они уничтожат все другие виды магии… и всех других магов.

– Это бред какой-то, – пролепетала растерянно. – Они же целители, для них самое важное – помогать людям.

Магистр Райри рассмеялся. Громко, издевательски и жутко.

– Какая же ты наивная, Лера, – проговорил он сквозь смех. – И это в очередной раз подтверждает подозрения Дорна, что ты не та, за кого себя выдаешь.

– Не понимаю, о чем вы, – уже скорее по привычке возмутилась я.

– В том-то и проблема, что не понимаешь, – покачал он головой. – Целители уже долгие годы оспаривают главенство темных магов в сообществе. Они и раньше боролись за первенство, еще в те времена, когда магия была более развитой и многообразной. Тогда у них не было и шанса. Потом, когда остались только мы и они, их положение стало весомым, но мы все равно превосходили их количеством.

– Постойте, – прошептала я, начиная понимать, – так это они сделали так, чтобы перестали появляться маги других видов?

Райри посмотрел мне в глаза и с усмешкой отозвался:

– Никто и никогда не признает этого вслух.

– Еще бы, – пробурчала я. – У них же все равно не особо-то и получилось.

– Почему же, очень даже получилось, – горько усмехнулся учитель. – Вот только они не взяли в расчет то, что земля сама возьмется за поддержание баланса и на смену магическому многообразию придет одна, но весьма действенная магия – темная. Прямая противоположность целительской.

– Да, знатно земля над ними поглумилась, – была вынуждена признать я.

– И теперь только ты отделяешь нас от полного и всепоглощающего господства целителей – тех, кто уже давно утратил понимание изначальных ценностей своего предназначения, – припечатал Райри. – Если у них будешь ты, любая магия, кроме целительства, вымрет.

– А давайте я сбегу? – предложила вдруг, сама от себя такого не ожидая.

– Поздно, – возразил Райри. – Если бы хранитель обучил тебя и если бы король не пошел на поводу у твоего отца, у нас еще был бы шанс. Время – нам не хватило времени.

– А я им не покажу! – с жаром заверила я. – Они не узнают!

– Ты очень хорошая девочка, Лера, – потрепал меня по плечу магистр. – И мне искренне жаль, что ты угодила во все это. Но ты не понимаешь всей сложности ситуации. И ты просто не справишься одна.

– А поедемте со мной! – в панике предложила я.

– В качестве кого? – усмехнулся Райри. – На роль жениха я не гожусь, согласись. Да ты еще и не доказала свою состоятельность как маг, чтобы самостоятельно распоряжаться своей жизнью. А как преподаватель я не имею права сопровождать тебя на семейное мероприятие.

– А может… – начала я, но была прервана.

– Магистр Райри, мне поступила жалоба, что вы, пользуясь своим авторитетом, мучаете ученицу чрезмерными тренировками, – громко и возмущенно проговорил магистр Тарнас, остановившись на границе тренировочной площадки.

Рядом с ним буквально приплясывал от нетерпения и возмущения доктор Секси. «Вот же сволочь», – подумала я. Свою привлекательность в моих глазах этот целитель растерял навечно. Не удивлюсь, если и ту злополучную спицу тоже он мне подкинул, а потом сделал вид, что спас девушку, чтобы в доверие втереться!

* * *

Тренировку пришлось свернуть. Да и не было уже никакого желания продолжать экспериментировать с так и не поддающейся контролю магией. Все мои успехи либо оборачивались катастрофами местечкового масштаба, либо были случайностью, повторить которую не получалось при всем старании. Похоже, быть мне только сосудом, проводником для магии, а из самой Валерии Морозовой настоящий маг, по всей видимости, не выйдет. Обидно, но отчаиваться пока рано. Я все же чувствовала в себе потенциал и надеялась обучиться хотя бы азам владения магическим мастерством. Но это потом, когда-нибудь, в будущем, если оно у меня будет, это будущее. Сейчас же я брела в свою комнату, ведомая лишь одним желанием – упасть и не вставать. И тем страшнее было представлять, что предстоит еще помывка и поход в обеденный зал. Я могла бы и повременить с обедом, но, как и обычно после применения магии, желудок буквально скручивало спазмами голода, и он, казалось, пытался заполнить пустоту, вытягивая из меня последние жизненные силы. Если не поем в ближайший час, велики шансы, что мой желудок съест саму меня, как бы это бредово ни звучало.