Флаги над замками - Виктор Фламмер

Киёмаса переводил взгляд с одной на другую, не понимая, что от него хотят. Но внезапно его осенило. Наверное, они видели его светлость! Ведь в сравнении с остальными людьми, они оба одеты необычно. Обрадованный, он наклонился и уточнил:

– Юноша в ярких одеждах?

– Да! – Девушки встревоженно заохали и потащили его еще усерднее.

– Ваш сын? Ох, какой ужас, какая трагедия!

– Да нет, наверное, это ученик, господин, вы же были наставником этого мальчика?..

«Трагедия»? «Был»?

Киёмаса вырвал рукава из рук девочек и взревел:

– Что случилось?

– Да как же… авария же!

– Ага. Машина сбила, насмерть! Все в кровище!

– Что?.. – Киёмаса замер, задохнувшись. – Где?! – Он схватил одну из девочек за руку.

– Ай! Там, вон за поворотом, смотрите, туда скорая поехала.

Через перекресток пронеслась машина, мигая цветными огнями.

Дальше Киёмаса не слушал. Он помчался в указанном направлении, сбивая с ног подвернувшихся прохожих.

Каждый шаг казался вечностью. Сердце было готово выскочить из груди, в голове металась только одна мысль:

«Как ты мог оставить его одного?!»

Вот наконец и поворот. Перебежав перекресток, не обращая внимания на громкие гудки пролетающих мимо автомобилей, он бежал туда, где вдалеке толпились люди. Нет, не может быть, он добежит, он успеет, он спасет.

Разбросав в стороны толпу, он выскочил на дорогу. Вокруг машин не было, но стоял человек, который держал в руке короткий красный жезл. А впереди посреди дороги стояла та самая машина с мигающими наверху огнями. И в нее люди в синей одежде грузили носилки, накрытые белой простыней. Из-под простыни свешивался ярко-алый рукав. Вот они загрузили их, запрыгнули следом, и машина рванула с места.

– Стойте! – что есть мочи заорал Киёмаса, кидаясь за ними.

Но машина все набирала скорость. Он бежал, что-то громко выкрикивая, махал руками, пока машина не скрылась из виду, и даже звук, который она издавала, постепенно затих. Тогда он грохнулся на землю и заколотил по ней кулаками, разбивая руки в кровь.

– Эй… с вами все в порядке?

Киёмаса медленно повернул голову, оперевшись на локти. Над ним участливо склонился человек в форме стража порядка.

Точно. Если он не смог спасти господина – по крайней мере, сможет за него отомстить. Машины не ездят сами. У каждого есть возница. И это он убил господина.

Киёмаса поднялся на ноги и навис над полицейским.

– Кто? – прохрипел он. – Кто его убил?!

Полицейский на всякий случай отошел на пару шагов и поднял руки перед собой:

– Что вы, господин, ваш паренек жив. Таксист не сбивал его, он увидел его на дороге, лежавшим без сознания, остановился и вызвал скорую.

– Что? – Киёмаса вытаращил глаза. Надежда полыхнула внутри ярким пламенем.

– Живой, точно. Ни царапины. И дышал, я сам видел. А когда на носилки грузили, застонал и что-то пытался сказать. Вот, возьмите. – Полицейский протянул ему квадратик плотной бумаги. – Это адрес больницы, куда его увезли.

Киёмаса растерянно взял бумажку:

– Но… девушки сказали… кровища… насмерть… – Он осекся. Действительно, когда он бежал, то не заметил никаких следов крови. И даже запаха не почувствовал.

– А… – ободряюще улыбнулся полицейский, – глупенькие школьницы. Наверное, увидели толпу, полицию и напридумали страстей. Да вон, тот мужчина стоит, который скорую вызвал. Спросите у него. Его уже допросили.

Киёмаса, не дослушав, бросился к стоящей у обочины машине. Возница уже открыл дверь, намереваясь сесть и уехать. Ну нет. Этого Киёмаса не допустит. Он помчался к машине, раскинув широко руки, и заорал:

– Эй! Подожди!

Мужчина закрыл дверь и отошел от машины. Киёмаса подбежал к нему и, с трудом переводя дыхание, выдавил:

– Что? Что произошло?

– Не волнуйтесь, только не волнуйтесь. Я никого не сбивал, клянусь. Я ехал, остановился на светофоре, смотрю: паренек стоит прямо на дороге. А потом бац – и упал. Прямо на проезжую часть. А я первый стоял. Подъехал, остановился, выбегаю – дышит. Алкоголем не пахнет. Я вызвал скорую. А полицию уже потом вызвали, думали, что я его сбил. Но я не сбивал!

Киёмаса прикрыл глаза и едва не сполз вниз по дверце машины, на которую оперся. Но быстро взял себя в руки.

– Вот, – он ткнул в лицо вознице кусочек бумаги, – ты знаешь, где это?

– Да. Это госпиталь Сугияма. У меня у жены там страховка…

– Отлично, – Киёмаса хлопнул его по плечу, – поедем туда.

– Что? Но…

Киёмаса наклонился над мужчиной и тяжело задышал, широко растопыривая ноздри:

– Едем в это место. Быстро. Я заплачу.

– Поехали. – Мужчина вздохнул и, открыв дверцу, сел в машину.

Киёмаса нахмурился. Он уже ездил в такой штуке, но ему открывал водитель. А этот человек почему-то так не сделал.

– Эй! Дверь открой. – Киёмаса стукнул по передней части машины ладонью.

– Что?

– Открой! Я не знаю, как! – Киёмаса начал злиться. Время идет, и что там делают с его светлостью – неизвестно. Он знал, что произошло. По крайней мере, думал, что знает. Но справятся ли местные лекари с такой болезнью?

– Да открыто же! – Возница повернулся назад и протянул руку. Раздался щелчок, и дверь открылась.

Киёмаса с трудом влез внутрь и откинулся на мягком кресле. Да-а, эти штуки куда удобнее паланкинов. Не нужно сидеть, скрючившись в три погибели, сиденье было мягким, и ноги не отваливались после пары часов пути. Кроме того, почти не трясло.

Киёмаса никогда не понимал, почему большинство считало эти деревянные коробки удобными. То ли дело конь. Можно понять женщин – не всякая способна освоить науку верховой езды, да и падать с лошади для девицы больно и страшно, но мужчины? И не какие-нибудь аристократы со слабенькими ножками и уже от рождения хворые или старики, а полные сил воины!

Киёмаса вспомнил о железном коне. Да, надо как можно быстрее приобрести такого. Он представил себя, мчащим по улицам города, по крышам домов и аллеям, оставляя далеко позади ограниченные гладкими дорогами четырехколесные повозки.

На таком коне он бы догнал его светлость в мгновение ока.

– Давай быстрее! – прикрикнул он на возницу.

– Я и так гоню, куда уж быстрее, – недовольным тоном отозвался тот.

– Тогда почему мы стоим?!

– Красный свет, вы что, не видите?

– И что? Едет кто-то важный? Сёгун? Император?

– Вы что, с луны свалились? Или иностранец? В вашей стране можно ездить на красный свет? – Возница глубоко вздохнул, и машина тронулась с места.