Ночь Калашматов - Константин Костин

— Да вот он, — один из скагов ткнул стволом автомата в угол.

Большой грозный палач, сжавшийся в комок, закрывший голову руками, уже не был таким огромным и страшным. Он только жалобно скулил, раскачиваясь вперед-назад. Да, связанных пытать легко. А ты попробуй сейчас!

— Он сам, — пропищал мучитель. — Я только начал…

Не желая слышать пустых оправданий, я разрядил в садиста весь магазин. Все восемь патронов, огласив пыточную грохотом. Прекратив его никчемную жизнь. Бросив в растекающуюся на полу лужу крови опустевший пистолет, я направился к выходу. Хадаш мне дорого за это заплатит.

— Шангшускаг, — окликнул меня один из скагов. — А с этим что делать? Можно мы его… ну…

— Нет, — отрезал я, не оборачиваясь. — Похороните его. По вашим обычаям.

Как же так? Я понимал, что я подставил молодого инженера. Конечно палач первым вцепился в него, как более слабого, справедливо предполагая, что француз заговорит быстрее. Надеялся ли я на спасение? Да конечно надеялся! Пока человек жив, даже стоя на грани, он будет надеяться, что смерть его минует. Хотя надежда была слабой и спасение пришло совершенно неожиданно.

Но смерти парню я не желал. Ведь он на самом деле не имел абсолютно никакого отношения ко всей этой заварухе! И имел весьма посредственное отношение к Калашу. Однако, тем не менее, пал жертвой скагаранского переворота. Невинной жертвой. И проклятый хан мне за это ответит.

— Где мои вещи? — хмуро поинтересовался я.

— Не знаю, — ответил потомок Великого Хана. — Может быть, в кабинете начальника. Наверху.

Я проследовал в указанном направлении. В здании бесчинствовали освобожденные Калашом уголовники. Они избивали обезоруженных милиционеров, откровенно издеваясь над ними и не забывая грабить. С кого-то сняли ботинки, с кого-то куртку. Золото, я так подозреваю, головорезы Ашбаша прикарманили намного раньше. Стражи порядка катались по полу, извиваясь под пинками, а бывшие арестанты радостно гоготали. Что же начнется в городе, когда все эта братия вырвется наружу? Хотя там, поди, и без них жарко.

Наверх сидельцев не пускала вооруженная охрана скагов из Пашнашиджа. Мои вещи, как и говорил Калаш, нашлись в кабинете полковника, прямо возле трупа начальника управления, лежащего с простреленной головой.

Прямо проклятая какая-то должность! Предыдущего шефа милиции уволил Хадаш, нынешнего — бунтовщики. Позапрошлый, наверное, тоже плохо кончил.

Мой карабин уже успел прибрать к рукам один из повстанцев, но потомок Коноша приказал вернуть трофей, что инопланетянин, не без сожаления, и сделал. Бесследно пропал только револьвер, да и хрен с ним. Это — ничтожно малая плата за спасение жизни.

Переодевшись в камуфляж, зашнуровав берцы и сняв с убитого полковника бронежилет, я почувствовал себя готовым к бою.

— Где Хадаш? — спросил я.

— У себя, в «Великом Хане», — проинформировал меня строитель. — Отель окружен, ему оттуда деваться некуда.

— Ты на, одень, Шангшускаг, — предложил Ашбаш, снимая с себя каску.

— Ни за что, — процедил я сквозь зубы, притронувшись к копне волос, принадлежавших лет десять назад неизвестной девушке, убитой чертом.

— Как знаешь, — пожал плечами хан. — Только скаги у меня горячие. Сначала кончают тебя, а потому уже будут выяснять, кому ты брат. По вкусу, — хохотнул он.

Этот довод подействовал убедительно. Я нахлобучил на голову каску и вышел в город.

В Скагаранском Халифате правила анархия. Из нескольких мест валил густой черный дым. То здесь, то там гремели выстрелы. Инопланетяне, что посмелее, тащили из магазинов добро прямо через разбитые витрины. И немногие успевали утащить далеко — их тормозили головорезы Ашбаша и грабили награбленное, если оно представляло какой-то интерес для борцов за свободу.

Невероятно, но процветала и коммерция! Старый знакомый, владелец «Убийцы саблезуба», под прикрытием вооруженной Калашматами охраны, торговал оружием эконом-класса, поставив прилавок прямо на улице, перед магазином. Уже не огнестрелом, который, похоже, раскупили весь. А дюймовыми водопроводными трубами, напиленными ровными, одинаковыми кусками. И его бизнес шел довольно бойко.

Из домов напротив, визжа, выбегали девушки в изорванных платьях, а за ними — все те же волосатики. С улюлюканьем краснокожие догоняли своих жертв, сбивали с ног и затаскивали обратно. Некоторые даже не утруждали себя тем, чтобы скрыться от посторонних глаз, а насиловали чертовок прямо на тротуарах. И всем было насрать, что это — винеш. Сегодня скаги дружно положили болт на заветы предков и Тилиса, Единого В Трех Ликах, и творили, что хотели. Такого не было даже во времена Пограничной войны.

А все оттого, что полгода назад два далеко неглупых человека в своих кабинетах подумали и решили, что инопланетяне угрожают землянам и придумали действенный способ устранения этой проблемы. С минимальными потерями для людей и полным уничтожением того, чем веками жили скаги — неписанными законами, хранившими их мир от саморазрушеня.

Достав из кармана телефон, я набрал Брагина.

— Гарчев! — обрадовался полковник. — Я уж думал, тебя все — кончали! Ты сейчас где?

— В Скагаранском Халифате. И то, что я сейчас вижу, я не хочу больше видеть никогда, — проговорил я.

— Черти глупы. Они думали, что враги — это мы. На самом деле они сами себе злейшие враги. Ты свободен?

— Да, — коротко ответил я.

— Калаш?

— Да, — повторил я. — И мы идем штурмовать отель.

— Ты ошибаешься. К вам направляется целая чертова армия. Тех чертей, кто остался верен Хадашу. Я знаю, что с тобой черти Пашнашиджа, но против такой тьмы вы не выстоите.

— Это нормально, — усмехнулся я. — Это же жижиш — война до последнего воина.

— Не торопись, Грачев! Валите в наше посольство, там вас ждет Шашан…

— Здесь? В Скагаранском Халифате? — не поверил я.

— Конечно, — подтвердил полковник. — Лучшее место, чтобы спрятать Шашана — под носом у самого Хадаша. Там, где он никогда не догадается искать.

— А мне-то он сейчас на кой хрен сдался? — возмутился я.

— Расскажи об этом Калашу с Ашбашем. Они поймут.

Убрав трубку в карман, я озадаченно посмотрел на своих соратников.

— У меня для вас есть две новости. Я расскажу, а вы сами решите, какая хорошая, а какая — плохая.

— Ну? — нетерпеливо подпрыгнул повстанец.

— К Скагаранскому Халифату приближается целая армия. Тех ханов, кто все еще поддерживает Хадаша.

— Это плохая новость, — мрачно произнес Калаш. — Какая вторая?

— Шашан жив. И он находится здесь, в городе. В посольстве землян.

— Клянусь Тилисом, Единым В Трех Ликах, — расцвел Ашбаш. — Это — лучшая новость за сегодня!