Каждому своё 2 - Сергей Тармашев

Вскрик Кристины, раздавшийся в головных телефонах, заставил ее остановиться.

– Там рука! – в ужасе воскликнула подруга. – Там человеческая рука торчит из-под снега!

Кристина, схватив в охапку свой чемодан, испуганно пятилась назад, едва не наступая на столь же напуганную Светлану. Луч нашлемного фонаря подруги выхватывал из темноты массивный силуэт какого-то крупного строительного механизма на гусеницах, возле которого обнаружилось скопление сугробов. Из одного из них торчала окоченевшая женская рука в деловом костюме, и можно было разглядеть дорогой маникюр в офисном стиле, выполненный по последней моде в среде бизнесвумен. Светлана тоже увидела мертвую руку и издала истеричный вопль, но с выключенной рацией ее крик пробивался через гермошлем невнятным приглушенным визгом. Она едва не бросилась назад, как вдруг по ушам ударил суровый окрик:

– Стоять! – злобный рык Порфирьева заставил подруг замереть на месте. – Обходи справа! Чего уставилась? Трупов не видела, что ли, медик, твою мать! Тебе ж сказали: в «Подземстрое» перенаселение! Баб девать некуда! Поэтому самых бесполезных девают сюда! Шевели ногами, не то тоже тут останешься!

Обе девушки, спотыкаясь, бросились в узкий проход между строительной техникой и стеной каньона, туда, откуда виднелся свет многочисленных фонарей, и Ингеборга поспешила следом, испуганно оглядываясь. Судя по количеству сугробов, тут лежат не меньше трех десятков тел!

– Пожалуйста, держите оружие в положении «за спину»! – объявил помощник хозяина «Подземстроя». – Во избежание трагедии! Мы открываем ворота! Соблюдайте спокойствие!

Пробравшись между земляной стеной и мощной гусеницей механизма, Ингеборга оказалась на небольшом пятачке утоптанного ногами пространства, упиравшегося в здоровенный лист стали. Посреди тупика располагался разложенный в рабочее положение ретранслятор, занявший больше половины всего места, вокруг него тесно сгрудились остальные. Мощная стальная стена с низким гулом поползла куда-то в сторону, обнажая створы ворот, над которыми вспыхнул тонкий ряд осветительных панелей. Ворота разошлись, открывая путь внутрь, и Ингеборга увидела шлюзовую камеру, пустую и довольно обширную, но все же совсем не такую большую, как рисовало воображение.

– Прошу всех зайти внутрь! – голос помощника хозяина «Подземстроя» звучал в эфире гораздо громче. – Шлюзование невозможно при открытых внешних воротах!

Люди устремились внутрь, она на всякий случай взяла Порфирьева за руку и потянула за собой. Капитан молча зашел за ней, так же молча вытащил руку из ее ладони и отошел в угол. Ингеборга торопливо отключила рацию, стремясь догнать его и поговорить, но Порфирьев жестом остановил ее на полушаге. Он провел себе рукой по животу, ощупывая целостность снаряжения, кивнул ей на вход, мол, иди вперед, и продолжил осматривать себя. Ингеборга порывалась возразить и в следующий миг поняла, что на самом деле имел в виду капитан. Учитывая трупы возле входа в бункер… Девушка подхватила сумку и поспешила ближе к подругам. Ворота пришли в движение, отрезая людей от смертельно опасной внешней среды, и шлюзование началось. Шлюз окатило хлесткими струями сжатого воздуха, исчезающими в мощных вытяжках вместе с забортной пылью, и внутренняя стена шлюза разошлась в стороны. За ней обнаружился пропускной пункт с виднеющейся позади широкой лифтовой площадкой. Судя по размерам и количеству дверей, лифтов было два: грузовой и пассажирский. Оба открыты, и их освещение являлось единственным источником света на пропускном пункте. Остальные осветительные приборы оказались выключены, и Ингеборга не сразу заметила полтора десятка солдат, затаившихся вдоль теряющихся в полумраке стен. Все солдаты были облачены в экзокорсеты и держали спасенных людей на прицеле.

– Сохраняйте спокойствие! – еще раз призвал голос помощника. – Это необходимая мера предосторожности! Вход в бункер с оружием запрещен! Первыми проходят медики и родители с детьми! Прошу указанных лиц подойти ко мне!

Из темноты вышел военный в штурмовом комплекте и остановился перед хорошо освещенными лифтовыми кабинами. Кристина со Светланой, не сговариваясь, бросились к нему, следом поспешила Дилара с сыном на руках, за ней торопился ее муж. Ингеборга перехватила дорожную сумку и направилась за ними. Военный убедился, что у Овечкина нет оружия и потребовал от девушек открыть чемоданы. Он окинул взглядом багаж, увидел женское тряпье и велел проходить в пассажирский лифт. Все быстро погрузились, лифт закрылся и двинулся вниз, почти неощутимо набирая скорость.

* * *

– Вы уверены, что без него не обойтись? – Брилёв, не скрывая досады, принимал доклад от начальника инженерной команды, только что спустившейся с поверхности. – Разве нельзя взломать взрыватели? Подавить инициирующий импульс? Заморозить элементы питания?

Трое инженеров и четверка спецназовцев тридцать секунд назад закончили очистку снаряжения и стояли напротив него в помещении для снятия скафандров.

– Он не пользовался электроникой, – капитан Миронов покачал головой. – Там применена механическая схема инициации подрыва, изготовленная из подручных средств. И это самое опасное. Непонятно, что он там сделал. Мы не подрывники. В темноте, на морозе, под снегопадом, – он скривился, – туда лучше не лезть. Костей не соберешь.

– Если затянуть скважину в шлюз? Осторожно. Подать хорошее освещение? – предложил Брилёв.

– Слишком опасно, – вместо Миронова ответил Мангуст. – Это может оказаться ловушкой, заряды сработают при перемещении. Я видел там шесть гранат, подвешенных в разных местах парными связками. В каждой одна осколочная и одна термобарическая. И везде запалы со следами механических воздействий. Он их перебрал вручную и понатянул там всего, черт ногу сломит. Варяг по ловушкам спец. И ловушек по-любому больше, наверняка я видел не все. Если рванет, то скважина превратится в металлолом. Пусть сам разминирует.

– Вы хорошо его знаете? – полковник перевел взгляд с Мангуста на Абрека. – Кто он такой? Как с ним договориться? Наверняка его можно держать в узде, как-то же Менделеев с ним управлялся! Или это был полностью его человек? Он будет стремиться отомстить?

– Нет, мстить он точно не будет, – Абрек снял шлем и прицепил его на пояс. – На Менделеева ему плевать. Я разговаривал с их лейтенантом, он говорит, что группа Менделеева встретила Варяга случайно. Он пережил обмен ударами в метро, потом станция начала загибаться, он взял с собой группу гражданских и попытался сначала дойди до подземного города в Раменках, а после выбраться за пределы Москвы. Где-то в районе МКАД они натолкнулись на людей Менделеева. Лейтенант задвинул какую-то странную историю про натовских боевых роботов, которые высадились в Раменках и перебили там всех, кто выжил во время гибели города. Роботы разыскивают и уничтожают выживших, и они якобы даже шли за нами от Росрезерва до Нижнего, но потеряли след на берегу Волги. Там люди Менделеева видели роботов крайний раз. Похоже на бред, но они все рассказывают это, а времени выяснять подробности не было.

– Позже выясним, – Брилёв коротко отмахнулся. – Когда выйдут из медотсека, времени будет предостаточно. Сейчас меня интересует скважина. У нас воды осталось на двое суток. Так что с этим Варягом? Как его по фамилии? Парфенов?