Змеелов - Артур Прядильщик

Она наклонилась вперед и заговорщицки спросила:

– Тебе еще жены нужны? Учти, законы Империи не ограничивают количество супругов! – И подмигнула.

Ее величество изволила читать книжку. Самую обычную бумажную. Или, вероятнее, из какого-нибудь пластика-имитатора. Она положила открытую книжку рядом с собой. Обложкой вверх.

На красочной обложке высокий блондин-красавец в белом мундире императорской гвардии красиво прижимал к стеночке молоденькую рыжеволосую красавицу в растрепанном платье с обнаженными плечами и выражением сильнейшего томления на милой мордашке. «Курьер ее величества» – прочитал я название.

Аккуратно отброшенное в сторону одеяло (как раз на затуманенного соседа) говорило о продуманности и подготовленности сцены «Нимфетка. Чтение женских романов перед сном».

– У вас столько незамужних дочерей и внучек, ваше величество, что, боюсь, мне не хватит никаких винных запасов Солано, чтобы отблагодарить вас за эти «драгоценности».

Императрица хмыкнула и потыкала пальчиком в «туман»:

– Карик! Ты хотел с Кеем познакомиться! Лови момент, пока пациент жив!

Очень многообещающе, ага. За что можно уважать императрицу – «базар не фильтрует» вообще.

Туман рассеялся. Но не до конца, открыв только лицо и грудь скуластого жилистого мужчины лет сорока пяти. Сорока пяти, если по земным меркам, конечно. Черноволосый, с пронзительными черными глазами, высоким лбом и бородкой клинышком. Эдакий классический Мефистофель.

Каронор ни-Ровено ни-Шумко. Канцлер Двора ее величества. Принц-консорт. Муж ее величества. А я уж тут стал думать всякое нехорошее про ее величество. И ему не сорок пять, разумеется, а сто двадцать. И он гораздо круче меня. Потому что одна императрица с легкостью перевешивает всех своих дочерей и внучек вместе взятых. Что, учитывая десятилетия вполне счастливого (по слухам) брака, свидетельствует о несгибаемой воле и неисчерпаемом оптимизме этого мужика.

А за общую постельную сцену, кстати, могут и срок впаять. Даже по законам Империи. И не за педофилию, как можно было бы подумать, а за распространение изображений, порочащих честь и достоинство августейшей особы.

– Добрый вечер, Кей!

Голос у этого «Мефистофеля» соответствующий. Похож на Ливанова. Не хватает только бессмертного «Элементарно, Ватсон!».

– Добрый вечер… коллега.

Каронор меня не разочаровал – рассмеялся характерным ливановским смехом:

– Ничего, Кей, ты обязательно привыкнешь!

– Какое, однако, общество! – воскликнула императрица, оглядываясь и скромно натягивая одеяло, расчетливо оставив оголенными маленькие аккуратные пяточки. – Что, касатики, прибежали свои попки прикрывать?

Я опередил ан-Тиерри, открывшего было рот… Нет, все-таки у мужика есть яйца.

– Их можно понять, ваше величество.

– Может, их еще и простить? – Надула она губки.

– Как вам будет угодно, ваше величество, – таки вставил ан-Тиерри смиренно.

– Так что случилось, Кейдан? Зачем было вваливаться в мою спальню такой толпой? О! Привет, Тайла, девочка! Тебя-то я и не приметила! Давно не виделись!

– Здрасьте… – донеслось настороженное из-за моей спины. – А можно и дальше?..

Я скосил глаза и почему-то не обнаружил Тайлу рядом, на прежнем месте. Потому что ее кресло, вместе с ней самой, теперь находилось точно за спинкой моего. А сама она осторожно выглядывала из-за моего плеча.

«Тайла, скинь мне свои последние бекапы!»

«Только что».

– Молодец! – Императрица была довольна. – Сколько Роза билась над разработкой блока инстинкта самосохранения для искусственных интеллектов! И, посмотрите, работает!

– Агась, – тихонько буркнула Тайла.

– Кей? – Императрица смотрела на меня требовательно, давая понять, что предварительную часть с «хи-хи» и «ха-ха» считает законченной.

– Признано целесообразным разоружить местные силы самообороны, ваше величество. Препятствие только одно… развитое чувство самосохранения у органических существ, ничуть не уступающее разработанному моей дражайшей супругой для искинов.

– Ну, ты завернул! Кстати, когда вернешься? Девочка сама не своя! Не поверишь – плакала! Я своим глазам не поверила!

Слышал, что хаотичная смена тем – прекрасно работающий метод во время переговоров.

– Ну, у меня этот глупый древний инстинкт тоже прекрасно работает, – честно ответил я.

– Это все совесть, Кей! – с непередаваемой хрипотцой насмешливо объяснил Каронор. – Будь решительнее – тебе понравится, вот увидишь. Правда, не сразу.

– Спасибо за моральную поддержку, Каронор! – Кивнул я. – Возвращаясь к нашему вопросу, ваше величество… Для разоружения сил самообороны вы должны дать гарантии.

Ан-Тиерри смотрел на меня с ужасом. Сильная ладошка Тайлы вцепилась в ткань рукава и сжалась. Хорошо, не в руку вцепилась – сломала бы мне кость.

– Мои? – удивилась Кассиопея. – Гарантии? ДОЛЖНА?

Янтарь вокруг меня недовольно зарычал, с некоторым напряжением противостоя давлению императрицы.

– Ну, не мои же. – Я пожал плечами. – Это ведь ваши подданные, а не мои, ваше величество. Вот я им ничего не должен – это совершенно точно!

– Кстати, не лишено логики, Касси, – неожиданно одобрил Каронор. – Все в рамках концепции общественного договора.

– Мужики! Да вы сговорились, что ли? – возмутилась императрица, давление уменьшилось.

– Нет, о предварительном сговоре речи не идет, – замотал головой Канцлер и уже мне объяснил: – Кей, тут такая штука. Гарантии ее величества – это вещь серьезная. Считай, на них, на гарантиях, держится Империя. Кстати, а как должны выглядеть гарантии в нашем случае?

О, это запросто! Я махнул рукой в сторону ан-Тиерри. Дедочек сглотнул и чуть сбивчиво зачитал подготовленный совместными усилиями текст.

– А что! По-моему, неплохо! – Каронор ткнул локтем хмурую Касси. – Мне нравится эта расплывчатость формулировок. Главное, флот Империи не ограничивается в средствах защиты в случае нападения или провокаций.

– Вары, вас всех устраивают такие условия? – императрица приподнялась на локте и оглядела зал. Никто не проронил и слова. – Молчание – знак согласия. Без проблем. Вары, вы получили мои гарантии!

Кажется, присутствующие облегченно выдохнули. Или это я облегченно выдохнул?

– Кей! Что-то еще? Ты, кстати, может, уже домой поедешь? К жене… женам. Погулял – и будет!

– Есть еще кое-какие дела, ваше величество. И, кстати, позвольте вам передать кое-что…

«Тайла. Файл, который ты свистнула в лаборатории».

«Кей! Кей, ты с ума сошел! Нет!»

«Передай его мне, пожалуйста, звездочка моя. Держать в руках эту бомбу я больше не намерен. Передай, пожалуйста. Я не хочу тебе приказывать».