Ар-Деко. Своя игра - Мария Круз

— А кто может быть?

— Ума не приложу. Открой ящик, пожалуйста, и дай мне револьвер.

— Ты стрелять собираешься?!

— Ни в коем случае. Но пусть полежит рядом, у меня плохое предчувствие. И если я крикну «ложись», ты должна опуститься на пол, понятно? И не спорь, и ничего не спрашивай, просто сделай, ругаться потом будем.

Машина уверенно нас нагоняла, превращаясь в серый «бьюик». Вокруг как раз самая пустынная местность на протяжении всего пути, да и машин на дороге немного. Если бы я хотел кого-то убить, то дождался бы момента, когда мы приедем именно сюда.

Сюзет вздохнула, руки у нее чуть затряслись, но она достала «смит-вессон» из перчаточного ящика и протянула мне. Взяв револьвер, я сунул его стволом под левое бедро. На белых брюках останется пятно масла наверняка, но как-нибудь справлюсь, это не помада, в конце концов, и не на ширинке.

«Бьюик» прибавил ходу, нагоняя нас уже быстро. И вот это мне точно не нравится.

— Ложись.

Сюзет не стала спорить и быстро опустилась на пол, между сиденьем и панелью. Я взял чуть-чуть правей, как бы уступая той машине пространство для обгона. Черт, как же плохо видно в эти зеркала, так и не могу разглядеть лиц. «Бьюик» сдвинулся левей, я уже слышал рев его рядной «восьмерки». Почему-то вспомнилось, что сам хотел такую машину, большую и мощную.

Вот он нагоняет, выходит левей… Я обернулся и увидел лицо Гуся Шихана, сидящего спереди справа. И тут же, крикнув: «Держись!», утопил педаль тормоза, с такой силой, чтобы только не дать машине сорваться в скольжение юзом. «Додж» резко потерял скорость, серый седан проскочил вперед, затем тоже начал тормозить, но он уже уехал дальше, а «додж» легче и тормоза у него лучше, те самые двухконтурные, так что на этом я выигрывал.

— Сейчас встанем! И тогда выпрыгивай из машины, прячься за нее сзади!

К моему удивлению я разглядел в руках у Сюзет маленький «маузер», тот самый, что я ей подарил.

— Брось, держи это! — я сунул ей «смит-вессон».

Машина, сбросив ход до малого, свернула на обочину, чуть подпрыгнув, встала так, чтобы перекрыть мою дверь хотя бы частично, стволом пальмы, а затем я, крикнув: «Из машины!», выскочил наружу, выдергивая из кобуры под пиджаком «38 супер», одновременно сбрасывая его с предохранителя, падая на колено и прячась за пальму.

«Бьюик», подняв клубы пыли, тоже выехал на обочину и встал задом к нам, метрах в двадцати впереди. Двери разом распахнулись с двух сторон, но я не стал дожидаться продолжения и, схватив «кольт» двумя руками, дважды выстрелил в человека с дробовиком, выскочившего с заднего сиденья. И тут же перенес огонь на водителя машины, лезущего из кабины.

Хлопки выстрелов в пустыне прозвучали как-то жалко, но человек с дробовиком грузно завалился лицом в пыль, выронив оружие, а водитель дернулся и как-то кособоко забежал за «бьюик», схватившись за ребра.

В ответ загрохотал «томмиган», пули щелкнули в ствол пальмы, дробью прошли по капоту «доджа», посыпались стекла. Гусь Шихан, а это был именно он, просто поливал нас пулями как из лейки, не целясь толком, но все же вынудил меня спрятаться за пальму. Другой бы патрон ее и пробил, быть может, но не медленная пуля сорок пятого калибра. Медленный сорок пятый ничего толком не пробивает.

— Сюзет! Ты цела?

— Да!

Голос даже не звучал испуганно. Насколько я успел ее изучить, Сюзет была зла как черт. Только вот не знаю, на кого именно, надеюсь, что не на меня.

Есть, Шихан расстрелял барабан. Я высунулся из-за пальмы, беря на прицел дверь «бьюика», через окно которой он стрелял, но гангстер успел спрятаться за машиной. Тогда я просто повалился на живот в желтую мелкую египетскую пыль, вытянув руки с пистолетом перед собой, и увидел за «бьюиком» чью-то задницу в серых брюках, сидящую прямо на земле, и топчущиеся ноги в двухцветных брогах^[20]. Прицелившись, я выстрелил в задницу, попал, теперь уже наверняка выведя шофера из игры и услышав его крик, пальнул в ногу, но промахнулся, увидев, как дернулась штанина. Ноги рванули вправо, из-за машины, я дважды выстрелил в двери, надеясь подловить Шихана там, но он отскочил теперь назад.

Начинались настоящие кошки-мышки. У гангстеров было сначала преимущество в огне, но у меня оказался запас времени. Им надо было прибавить ходу и отъехать дальше, а они полезли из машины тогда, когда я взял уже ее на прицел. И дальше, перекрывая друг другу сектор огня, они попали под мои пули. И теперь я не могу достать Шихана, но и у него не получается высунуться из укрытия, я сразу его сниму, двадцать метров или около того для меня не расстояние, я бутылку колы в десяти случаях из десяти с такой дистанции разбиваю навскидку.

— Гусь, тупой кусок дерьма! — крикнул я. — Тебе же Падди говорил, что стрелять учат на войне, а не на помойке. Сейчас я тебя возьму и отвезу Галлахеру, посмотрим, что он с тобой сделает, идиотом!

А это уже психологическая война, как кричать ночью в мегафон в сторону вражеских окопов. Пусть думает о том, что он плевал на решение Падди, и при этом все пошло не так, как он замышлял, и что он сейчас по уши в дерьме. Пусть запаникует.

— Я тебя грохну, мать твою! — заорал он в ответ. — И тебя, и твою суку!

— Мечтай, мальчик!

Он на бампер вскарабкался, что ли? Или колесо ноги заслоняет?

— Шихан, до того, как за тобой приедет фургон коронера, обещаю помочиться на твой труп. На добрую память!

Шихан, несмотря на грузное сложение, одним прыжком выскочил на капот «бьюика», держа «томмиган» у плеча. Я вскинул «кольт», но опоздал. Грохнул раскатистый выстрел, Шихан дернулся, как от удара молотком в солнечное сплетение, покачнулся, и дальше я всадил в него две пули. Он закрутился на подгибающихся ногах и сверзился в пыль, ударившись о землю с таким стуком, словно уронили мешок с картошкой. Оружие откатилось под машину.

— «Суку»?! — послышался сзади голос Сюзет. — Я тебя покажу «суку», кусок дерьма! Свинья вонючая! Сдохни там, дерьмо такое!

Я оглянулся, попутно меняя магазин в «кольте», и увидел Сюзет, положившую большой револьвер на капот и продолжающую целиться.

Мимо нас пронесся грузовик, заметно прибавив скорости после того, как водитель разглядел открывшуюся ему картину.

— Подожди здесь, — сказал я девушке, и, держа пистолет наизготовку, медленно пошел к «бьюику».

Если двое уже готовы, то третий может быть только ранен. Надо проверить, а заодно все исправить. Раненые нам тут не нужны. Сюда приедет полиция и пусть она узнает только то, что ей расскажем мы.

— Любимая! — вдруг остановившись, крикнул я, пораженный осенившей меня мыслью.

— Что? — откликнулась Сюзет из-за машины.

— А представь завтрашние заголовки! «Звезда кабаре убивает знаменитого грабителя! Отважная девушка против гангстеров в пустыне!» Да ты там все номера себе заберешь! — и, высказав это все, пошел дальше.