Олимпийские игры - Надежда Навара

Сектор Эридана, планета Новый Самарканд.

30.06.2716, 22:07:24 Начало записи.

– Сэр, есть подтверждение запроса по нуль-каналу, сэр! Вас вызывает маршал Сайаф, сэр!

Камера скользит по внутреннему пространству небольшого каземата. Аккуратно заправленная армейская койка, стол. Экран портативного компьютера. Полевой коммуникатор.

– Спасибо, Элиот.

В кадре плотный мужчина лет сорока в буро-пятнистой солдатской робе с рубиновыми генеральскими ромбами в петлицах. На правом плече униформы знак 42-го батальона егерей – оскаленная голова пантеры на ярко-изумрудном фоне щита. У генерала открытое лицо, соломенный ежик жестких волос, волевой тяжелый подбородок. Сетка мелких, еще красноватых шрамов сбегает по правой щеке от виска к скуле. Внимательный немигающий взгляд устремлен прямо в объектив камеры.

– Я вижу, вы записываете, капитан. Оригинальное хобби. Давно оно у вас?

– С госпиталя, сэр. Раньше я писал, как и все, только во время боевых операций. Прикажете выключить, сэр?

– Зачем? Пишите дальше. – Взгляд бриида становится чуть теплее, и он отводит глаза в сторону. – Не будем испытывать терпение маршала. Следуйте за мной, капитан.

Камера отодвигается в сторону. Генерал проходит мимо, открывает железную дверь каземата и выходит в коридор. Камера движется за ним. Голые бетонные оштукатуренные стены местами в сырых разводах. Кабельные каналы и трубы. Спина Раковского. Проем бронированной двери. Бункер связи. Аппаратура, переплетение кабелей, снова аппаратура, работающие мониторы. Почти всю стену напротив входа занимает инфо-экран.

Дежурный связист вскакивает со стула. Тянется в струнку и докладывает:

– Сэр, техник-сержант Петер, сэр! На связи штаб сектора, сэр!

– Вольно. Дайте изображение.

По большому экрану пробегает сине-фиолетовая рябь статических помех. Секунда – и изображение обретает осмысленную четкость. Торс седеющего худого подтянутого мужчины в мундире маршала Федерации. Золото эполет и аксельбантов на черном сукне. Хищно раскинутые крылья имперского орла в петлицах. Холеное нежно-оливкового цвета лицо, властный взгляд широко посаженных карих миндалевидных глаз, крючковатый нос, чуть нависающий над плотно сжатым тонким ртом.

– Докладывайте об успехах, генерал.

– Мне нечего сказать вам, сэр.

– Нечего сказать? – Карие зрачки маршала превращаются в черные провалы. – Сержант, свободен!

Дежурный техник смотрит на генерала.

Раковский ровным голосом подтверждает приказ:

– Выполняйте, сержант.

Бриид по-уставному четко отдаёт честь, выходит из центра связи и плотно закрывает за собой дверь.

– На данный момент, Раковский, в твоем активе только разгром новосамаркандских драгун. – Голос маршала полон желчи. – Маловато!

– Напомню, сэр…

– Я знаю! – Маршал раздраженно машет рукой. – Я сам отправил их на планету! Как, по-твоему, я еще мог выявить скрытых предателей и бунтовщиков? Молчишь, генерал, правильно молчишь.

Кажется, маршал немного успокоился, тон его становится чуть благосклоннее.

– Кстати, Раковский, какого дьявола ты отправил в штаб сектора всю пленную сволочь? На месте не мог разобраться?

– Мятежников должны судить по законам Федерации, – твердо напоминает бриид.

– Миндальничаешь, генерал. – Маршал недовольно кривит губы. – Читал я твои докладные.

Раковский встрепенулся.

– Вы удовлетворите мою заявку, сэр?

– Медиков я тебе пришлю, благо, есть добровольцы, – милостиво соглашается начальник. – Что касается остального. Учителя, строители и социопсихологи – не наш департамент.

– Сэр, обратитесь в администрацию сектора, сэр. Они обязаны направить на Новый Самарканд нужный персонал и продовольствие, – настойчиво убеждает бриид. – Нам крайне необходимо в кратчайшие сроки наладить нормальную жизнь хотя бы здесь, в столице. Населению нужен толчок, положительный пример, с ним нужно работать, сэр!

– Вот и работай! Легко тебе рассуждать. Тоже мне гуманист нашелся! – Маршал болезненно дергает щекой. – Теперь послушай меня. Мы уже три с половиной месяца ведем бессмысленные боевые действия на маленькой поганой планетке. Кто виноват? Я тебе скажу.

Лицо маршала наливается нехорошей желтизной.

– Лагранж, которому не хватило ни ума, ни решимости, задавит заразу в зародыше, и вот тот оболтус, что сейчас пялится на меня, как солдат на вошь. Они повесили нам на шею проклятый газават! Ты хоть понимаешь, генерал, что происходит?!

Раковский не намерен пасовать.

– Понимаю, сэр. В курс обучения бриидов входят постулаты всех основных религий. Я доверяю моим офицерам и готов разделить с ними ответственность, сэр.

– Мне плевать, что вы там собираетесь делить, генерал! – рубит фразы маршал. – Дело вышло за рамки планетарного конфликта. Конференция Имана бомбардирует федеральный Сенат запросами. Угрожает сформировать и ввести на Новый Самарканд собственные миротворческие силы. Можешь подсчитать, сколько их «миротворцев» последуют примеру изменников-драгун. Вот тогда начнется настоящая война! В результате, и этот, и другие гадючники придется чистить уже с орбиты. Ты понял, бриид?!

– Так точно, сэр. – Раковский на секунду умолкает. – Сколько у меня времени, маршал?

Тот пожимает плечами.

– Три недели… может быть, месяц. Конференция планирует для начала отправить на Новый Самарканд комиссию наблюдателей. Я попробую притормозить их здесь, в секторе.

Лицо Абу Сайафа приближается, заполняя весь экран. Зрачки расширены, на скулах играют желваки.

– Я послал тебе из резерва Шестнадцатый и Двадцать седьмой легионы. Хорошенько используй их по назначению, генерал! – Сайаф делает паузу и потом четко, почти по слогам произносит: – Мятеж должен быть подавлен! Любой ценой! Это – приказ! Помни, бриид, речь идет о сохранении единства Федерации!

Торс маршала исчезает в ряби помех.

Конец записи 30.06.2716, 22:27:43

Элиот Винсон, 13478907-H, капитан, командная группа «Фокстрот».

Сектор Эридана, планета Новый Самарканд.

Второго августа две тысячи семьсот шестнадцатого года на Новый Самарканд прибыла комиссия наблюдателей. К этому времени брииды уверенно контролировали все крупные населенные пункты планеты и основные коммуникации. Остатки отрядов разгромленных моджахедов еще оказывали федеральным войскам вялое сопротивление в горах, в целом же мятеж был подавлен. Раковский победил, но какой ценой!