Сторожевые волки Богов - Олег Маркелов

– Значит, наверняка эти твари такие же мутанты, как сбесившиеся люди. Видимо, и на зверей тот вирус подействовал, – предположил Майкл. – Ты скажи Атору, что если он окажет мне эту честь, я хотел бы подарить тело этого зверя ему.

– Спасибо, – кивнул Рогл. – Это ценнейший дар. Даже черепа умерших от старости призрачных медведей приносят удачу племени. А ты даришь нашему боевому вождю убитого тобой молодого и сильного зверя. Спасибо.

Он шагнул в сторону стоящих в стороне воинов, но Малыш, вспомнив, вновь окликнул его:

– Во время перевязки старуха как-то странно смотрела на меня и что-то говорила Атору. Что она сказала? Мне кажется, что это касалось меня.

– Я спрошу, – пообещал ментат. – Прямо сейчас и спрошу.

Он поспешил к наблюдающим за беседой воинам и быстро пересказал суть разговора. Атор удивленно повернулся к Малышу и с благодарностью слегка склонил голову. Заус начал было что-то говорить ему, наклонившись к уху, но золотоглазый резко ответил, и Заус, торопливо попрощавшись, выскочил прочь. Возможно, воин просто торопился быстрее привезти тела погибших товарищей и дорогой подарок, но Малыш почему-то сразу вспомнил предостережение ментата. Атор и Рогл, провожая, вышли следом. А Малыш вдруг подумал, как было бы здорово, если бы наличие талисмана или тотем в действительности могло помочь победить или хотя бы не дать погибнуть. Поднявшись с койки, он накинул меховой плащ и поспешил за аборигенами.

Перед воротами стоял целый караван из трех подвод, запряженных крупными животными, напоминающими того оленя, которого диверсанты съели в лесу. Только эти не имели рогов и выглядели более массивными. Большие сани опирались на деревянные полозья, окованные металлом. На таком же звере, в широком массивном седле сидел Заус, осматривая собравшийся в дорогу караван. Вокруг подвод выстроился пеший отряд воинов, выполняющий роль боевого охранения. Вооруженные мечами и луками, они выглядели довольно серьезно. Заус коротко рявкнул, и караван потянулся к распахнутым воротам.

– Лучшие погибли, но эти воины немногим хуже, – раздался совсем близко голос Рогла. – А старуха удивлялась, что рана заживает слишком быстро. Но ты не переживай, это только из-за того, что я передавал тебе энергию солнца. Атор так и сказал ей. Но ока очень ревностно относится к своему целительскому дару, поэтому и была недовольна.

– А почему у вас нет конных воинов? – удивился Малыш, разглядывая уходящий караван.

– Это слишком дорого, – пожал плечами ментат. – А мы все дальше забираемся в свою раковину. Еще немного, и нам даже ноги не понадобятся.

– Я не видел нормального оружия, – продолжил расспрашивать Майкл. – Раз уж вы храните крупицы истории, то не можете не знать, что ваши предки пользовались оружием наподобие нашего, убивающим на большом расстоянии.

– Знаем, – грустно улыбнулся Рогл. – У того оружия, что было, давно закончились боеприпасы, а новых теперь делать не умеют. Легенды говорят о том, что в цитадели на другой стороне дороги неисчислимые запасы и ужасающего оружия далеких предков, и боеприпасов к нему.

– Печальная история. Надо подумать, как наведаться в эту цитадель. Там действительно может оказаться много интересного и для вас и для нас, – вздохнул Никсон и, вспомнив, о чем еще хотел спросить, перевел разговор на другую тему. – Прости, Рогл, если по какой-то причине об этом нельзя спрашивать. Но что означают эти странные татуировки на лицах Атора и Зауса? У других я такого не видел.

– Здесь нет ничего запретного, друг мой, – улыбнулся ментат. – Такие узоры имеет право носить только самый сильный из самых сильных воинов. Их надо заслужить, пролив целое море своей и вражеской крови и отправив в чертоги Богов целое войско воинов. Это знаки сторожевых волков Богов.

– То есть носящий такие татуировки как бы имеет звание…

– Высшее звание сторожевого волка Богов. Такой воин вправе говорить на любом самом высшем совете и спорить с самыми могущественными вождями. У таких воинов свои законы и свои принципы, – пояснил Рогл, старательно подыскивая фразы для объяснения того, что никогда никому еще не пытался объяснить. Ведь любой местный знает с пеленок смысл этих татуировок, и каждый мальчишка мечтает вырасти и заслужить право носить желанный орнамент.

– Понятно, – кивнул Малыш, стараясь вспомнить, видел ли такие татуировки на лицах погибших на просеке воинов. – У нас тоже есть нечто подобное.

– Я видел, – согласился ментат. – Видел у тебя на плече и у других тоже, когда вы умывались. Они удивительные. Они цветные, словно живые. Только достойнейший воин может носить такую красоту…

– Послушай, а как называется ваш город? – спросил Малыш, удивляясь, как это он до сих пор не задал Роглу этого вопроса. – И как называется вся ваша планета?

– Наш город называется Дагроф, – с готовностью ответил ментат. – А мир наш назывался Зелдар. Впрочем, это имя уже мало кто вспоминает. Ведь весь мир для нас теперь сжался в маленький мирок, где есть только Дагроф и окружающее его враждебное нечто…

* * *

Глухо гудел колокол, вызывая вибрации на едва слышимом уровне, ощущаемые даже не столько ухом, сколько внутренними органами. Впрочем, это был не совсем колокол, а скорее рында из тяжелого массивного куска странной монолитной конструкции, подвешенной на толстой грубой цепи. Другой конец цепи крепился к раме, похожей на виселицу для великана, собранной из ошкуренных древесных стволов. Звонарь при необходимости бил по рынде тяжелой битой, выкованной местным кузнецом. И гул, исходящий при каждом ударе из недр этой рынды, своей глубиной и чистотой удивительно напоминал звон большого тяжелого колокола.

Диверсанты выскочили на улицу, даже не надевая теплых вещей, но не забыв прихватить своего оружия. Никто из них не мог предположить, «по ком звонит колокол». А если ты полностью не владеешь ситуацией, то нужно просто быть готовым к самому худшему. И именно поэтому сейчас диверсанты ожидали всего чего угодно от призыва на какой-нибудь праздничный ночной ужин до лезущей через стены орды обезумевших врагов. Но все оказалось гораздо прозаичнее – отряд, посланный за телами павших воинов, вернулся, ведя с собой нагруженные подводы. Встречать караван вышла большая часть племени. По крайней мере, сейчас на центральной улице толпились и воины, и старики, и девушки, и дети разных возрастов. Малыш отметил мысленно, что местные девушки весьма красивы и по-спортивному стройны.

Никсон первым из диверсантов подошел к вернувшемуся каравану, раздвигая толпу здоровым плечом. Вернее, толпа сама охотно раздавалась, стоило гиганту только обозначить массивным плечом направление желаемого движения. На первой подводе, вокруг которой столпились десятки людей, вытянувшись во всю длину, лежал огромный зверь из леса, которого завалил Никсон. Атор, заметив подошедшего Майкла, восторженно воскликнул.

– Он просто огромен! – перевел Рогл, вновь бесшумно очутившийся возле Малыша. – Если бы я не рассказал Атору все, что видел в твоей памяти, он не поверил бы, что ты мог убить такого зверя.