Рыцари подземных магистралей - Виталий Романов

– Добрый вечер, Святослав Александрович! – негромко сказал Михайлов. – Мы полностью готовы. Можно начинать транспортировку и закачку хладагента.

– Вы уверены? – спросил Миньков.

Абсолютно так же, как до этого спрашивал подчиненных сам Василий Николаевич. И это было естественно. Все понимали, насколько опасен проект. Уж лучше выждать сутки, в крайнем случае – потерять еще тоннель. Только бы не устроить катастрофу на поверхности, в жилых кварталах города.

– Так точно! – ответил Михайлов. И принялся докладывать подробнее: – Все магистральные трубопроводы оттестированы, газоанализаторы показали отсутствие утечек. Водяные коллекторы промыты и запечатаны. Кабель-трассы, телефонные линии, электрика и оптоволокно – все заварено в шахтах. Дежурные и сервисные службы предупреждены. В ближайшие дни никто не будет выполнять работ в этом районе. Стоки-выходы подземных рек забраны решетками. Приняты все меры на случай утечки хладагента, доступ в зону выполнения работ полностью блокирован. Люди готовы, ждут приказа.

– Хорошо, – помедлив, ответил Миньков. – Так что, начинаем транспортировку?

Он словно не отдавал приказ, а советовался. Но Михайлов понимал, сколь нелегко дать отмашку в решающий момент. Пока еще можно отыграть назад, пока ничего опасного не случилось. Как только цистерны с жидким азотом – страшной ледяной смертью – двинутся по городу к указанным точкам, начнется рискованная игра. И ставка в ней – не карьера Михайлова или даже Минькова, ставка – жизнь тех людей, которые окажутся в районах, прилегающих к зонам работ.

– Думаю, надо начинать! – твердо сказал Михайлов. – Прошло трое суток, Святослав Александрович. Боюсь, пробка в тоннеле долго не выдержит.

– Согласен! – отозвался Миньков. – Начинайте транспортировку хладагента от железнодорожной станции. Закачка азота – сразу, по готовности. Я прибуду в рубку дежурного МЧС через час или два, пока не могу сказать точно. Вызывают в аппарат правительства города для доклада о ситуации. Как только отчитаюсь – сразу на пост управления. Информируйте меня обо всем. О любых мелочах!

– Понял, Святослав Александрович.

– Действуйте!

Михайлов посмотрел на людей, молчаливо ждавших приказа. Окинул взглядом площадку около шахты с трубопроводом. Прищурился от слепящего света прожекторов.

– Приступаем! – приказал он. – Водителям – команду: начать движение от железнодорожной станции к согласованным точкам.

Мастер кивнул. Люди пришли в движение, засуетились, будто сейчас что-то зависело конкретно от них. На самом деле им необходимо было лишь ждать. Машины с чудовищно опасным грузом медленно тронулись от Пискаревки по улицам ночного города – к парку Лесотехнической академии, Политехнической улице, к Большой Кушелевке и Богословскому кладбищу.

Михайлов сел в машину. Положил мобильный телефон рядом с собой, принялся грызть ногти. Предстояло провести несколько очень трудных, нервных часов в ожидании, пока хладагент будет доставлен к морозильным станциям, готовым начать транспортировку жидкого азота по смонтированным за несколько дней трубопроводам.

Диггеры собрались к месту, указанному Ружем, за час с небольшим. За это время Кил и Руж успели несколько раз «толкнуться» в люки над собой, проверяя выходы. Но, как и прежде, ни одна крышка не поддалась. Становилось ясно: люки заблокированы не из-за глупой шутки пьяного сварщика, а по чьему-то приказу. Но разбираться – зачем и когда это сделали – было некогда.

Уровень воды в коллекторе падал. Диггеры бежали по бетонному подземелью обратно. Туда, откуда начали роковую экскурсию вместе с журналисткой. Они останавливались в каждой водосборной камере, громко кричали. Звали девушку, но та не откликалась. Сколько диггеры ни напрягали слух, не услышали ни крика, ни призыва о помощи. Оксана бесследно исчезла.

Киловольт был в отчаянии. Он действовал на автопилоте, плохо соображая, где находится, что происходит вокруг. Парень не чувствовал ни боли, ни усталости, ни холода. Перед глазами все время крутилась одна и та же сцена: он держит Оксану за руку, а потом – волна. И нет девушки.

Руж чуть ли не силой вытащил его из коллектора на поверхность. Киловольт уселся на траву, спрятал лицо в ладонях.

– Я виноват, – в отчаянии простонал он. – Надо было толкать ее перед собой! Учили же, что по приказу «Валим!» надо валить как можно быстрее…

Руж положил ему руку на плечо, встряхнул друга.

– Я виноват… – бормотал Кил, ничего не видя, не слыша, не чувствуя.

Стал раскачиваться из стороны в сторону, обхватив голову руками.

Первым на месте событий появился Быстроход. Он торопливо поприветствовал Ружа, присел возле Кила, заглянул диггеру в лицо. Выпрямился.

– Что с ним? – коротко спросил Быстрый.

– Шок, – с трудом проговорил Руж.

Ему самому было не по себе. Лидер группы не мог говорить о том, как потеряли Оксану, в горле стоял ком. Диггер с трудом дышал, сердце колотилось так, что в другое время парень испугался бы и обратился к врачу. Постепенно возле Кила, сидевшего на земле, начали собираться знакомые и незнакомые парни. Быстроход, Сталкер, Серж, Берт, Шатун, Маньяк. Других Руж не знал. Он приветствовал всех, но чувствовал себя не намного лучше, чем Кил, теряющий рассудок от горя.

– Давай рассказывай! – потребовал Быстроход. – Из вас двоих ты выглядишь более вменяемым. Раз выдернули на ночь – значит, время дорого. Давай! Кратко и по существу!

Руж с трудом проглотил чертов комок и начал говорить. О том, как журналистка Оксана Лаптева попросила взять ее под землю, чтобы написать правду. Увидеть подземку своими глазами… Руж пропустил похождения первых дней, сообщив друзьям, что сегодняшний выход – третий. Дальше перешел к делу. Рассказал, как двигались под землей, по бетонному коллектору, как накрыла волна после залпового аварийного сброса.

Кратко, с огромным трудом – не слушались язык и губы – описал, как заметили Оксану после первого удара волны, но не смогли прорваться через завал бревен. А когда одолели преграду, было поздно. Ударила вторая коллекторная волна, после которой девушку уже не нашли.

Все притихли, перестали шевелиться. Диггеры слишком хорошо знали, что такое коллекторная волна и чем может закончиться встреча с ней. Собравшиеся дружно посмотрели на Киловольта. Тот по-прежнему сидел, раскачиваясь из стороны в сторону и обхватив голову руками, будто не хотел, не мог видеть то, что происходило вокруг.

– Что с ним? – повторил вопрос Шатун.

– Любит… – Руж уронил только одно слово.

Больше про Киловольта не спрашивали.

– Так, ясно, – взял инициативу в свои руки Быстроход.

Он вытащил из рюкзака карту.

– Посветите!

Несколько лучей от карманных фонариков упали на план Калининского района, на который тонкими черными линиями была «наложена» схема коллектора.