Рой - Всеволод Глуховцев

– Наши действия?..

– Первое: придется рвать отсюда когти, – начал перечислять Валера. – Жаль такое хорошее, укрепленное место бросать, но иных вариантов нет, с целой оравой зараженных мы просто не справимся, если начнется заваруха.

– Согласен, – кивнул Абдульманов. – Что дальше?

– Второе: нужно будет обеспечить безопасный отход, – продолжил Подольский, – кто-то станет сдерживать их, если они внезапно взбесятся. Это чтобы остальные успели манатки собрать. Третье: желательно все наши запасы – продовольствие, оружие, обмундирование, медикаменты… все это успеть прихватить с собой. Четвертое: сразу нужно выбрать объект, куда будем отходить, и наметить короткий и по возможности наиболее безопасный маршрут.

– А зомби… если зэки в них превратятся… обратятся?..

– По барабану! – не раздумывая, ответил капитан. – Пусть хоть все тут разнесут, мы уже будем далеко… должны быть далеко.

На какое-то время повисла тишина. Каждый просчитывал варианты событий, которые могут произойти.

– Зашибись, что мы отдельно хавку себе готовим, – промолвил Батыр, – наша спецура из пятого отряда и бывшие зоновские вертухаи. А то бы тоже… того…

– Слышь, капитан, – сказал он спустя минуту, – мы ведь можем прям сегодня все собрать, подготовить, загрузить… И как только начнется – сорваться отсюда. Кстати, а сколько времени происходит это… обращение-превращение?

Валера пожал плечами:

– Хер его знает. Вроде пара дней и все – так Леха говорил. Но это не точно. Может, завтра все проснутся монстрами! Опять же, если мы сейчас начнем собирать вещички да харч весь изымать – нас просто не поймут, вопросы начнут нехорошие задавать, так и до бунта недалеко. А скрытно не получится – мы сами демократию тут развели.

– Так что предлагаешь делать?

Валера в раздумье поцокал языком, потом тряхнул гривой отросших волос:

– Если он сегодня сделал свое черное дело, то у нас в запасе еще день или два. А если вчера или раньше… Уже завтра может начаться карусель.

Он малость покумекал, похрустел пальцами и наконец заявил:

– Предлагаю на ночь запереть все бараки и поставить вооруженных караульных на жилой зоне – на вышках, у входов. Из числа вертухаев. Пусть там посматривают. Если что – сигнал общей тревоги.

– А наши?

– Всех наших надо тихонько предупредить. Пусть будут наготове. Ночью погрузим вещички в машины, замаскируем на первое время. Если в ближайшие дни ничего не произойдет – значит, отбой. Если же произойдет… ну, тогда нужно будет догружать провиант – не этим гоблинам же его оставлять, сажать всех баб с ребятней и рвать когти.

После минутного раздумья Зульфар Абдульманов кивнул:

– Лады, так и сделаем. А теперь давай позовем майора. И своего ординарца сюда зови. Надо их просветить насчет всего этого говна.

2

По мере того как Валера рассказывал, Слепян менялся в лице – под конец оно стало белым как мел.

– Да вы что?! – выдохнул он, когда капитан закончил свой рассказ. – Это же крах! Ептать, крах всему! Куда нам теперь? Вокруг – враждебный мир!.. – Он покачал головой и с горькой усмешкой добавил: – Мы просто все здесь передохнем…

Подольский скривился, а Батыр откинулся в кресле:

– Ха! Рано ты нас на погост зовешь, майор. – И пропел: – Не падайте духом, поручик Голицын!.. Мы еще всех объебем, – подался он к Вазгену. – Понял? Ты сам, кум, пораскинь мозгами – деваться нам все равно некуда. Давай соберись и всех своих навостри – дело надо делать. Общее дело!..

Его поддержал Валера:

– Если все они заразились, то уже обречены. Сегодня так: или мы их, этих зомби, или они нас. Давай херачить врагов до последнего патрона и вздоха!

С минуту все сидели молча, думали – об одном и том же. Тут Штепа подал голос:

– Ну так че, давайте соберем делегацию – и к складским. Авось примут нас к себе. Тем более, если мы не с пустыми руками к ним заявимся.

Батыр вскинул голову, прищурился, обвел взглядом подельников – предложение сержанта ни у кого не вызвало возражений. Предводитель помрачнел.

– Ни к кому на поклон мы не пойдем! – отрезал он. – Свою хазу заимеем. Своя у нас малина…

На время опять воцарилось молчание. Затем Валера промолвил:

– Извини, шеф, но на этот раз ты не прав. Лично я подамся как раз к Лехе Меркурьеву. Остальные – решайте сами.

Батыр посмотрел на Слепяна:

– Что решил?

Тот надул щеки, с натугой выдохнул и кивнул:

– Я с тобой. И все мои тоже.

Штепа усмехнулся и подсел к Валере:

– А я с капитаном. Вот так.

Абдульманов наморщил лоб, задумчиво потер переносицу и развел руками:

– Удерживать я вас не буду. Теперь опять каждый сам за себя. Но наших из пятого отряда я беру с собой. И без базаров!

Подольский кивнул: решение командира – закон для подчиненных. Лишь добавил:

– Вообще, может, ничего и не случится.

Зульфар кивнул:

– На все воля Аллаха!.. – А потом хлопнул ладонями по столу: – За дело!

Сделали так, как задумали. На ночь все бараки закрыли снаружи на замки. Повсюду выставили караулы из числа вертухаев – они народ привычный для такого дела. Велели им смотреть в оба. Кажется, зэки ничего не заметили: во всяком случае, никто права не качал и на рожон не лез. А если б и рвался наружу – один хрен не выпустили бы. Строжайший приказ коменданта зоны, и баста!

Ночь прошла спокойно. Но Валера спал тревожно, урывками – тревога грызла его изнутри. И едва лишь наступил рассвет, капитан спрыгнул с кровати, по-быстрому умылся, привел себя в порядок и, полностью экипированный, вышел наружу.

Воздух был по-утреннему чист и прохладен. Первые лучи солнца осветили территорию колонии, разгоняя ночные тени по углам, вытесняя их отовсюду. Подольский снял автомат с плеча, потянулся, глубоко вздохнул несколько раз и сделал небольшую разминку. После чего поднял оружие и бодрым шагом двинулся в сторону жилой зоны.

Ему внезапно подумалось, что в последнее время совсем не слышно пения птиц. Обычно по утрам пичуги на разные голоса принимались щебетать и чирикать… Неужели они почувствовали опасность и улетели подальше от этого проклятого места – города и распространившейся в нем заразы? И вообще, поражают ли эти нановиты, как их называл Меркурьев, других живых существ – помимо человека? К примеру, собак, кошек, птиц, там, и, конечно же, вездесущих крыс и мышей… Ведь тогда дело совсем швах. Зверушки проберутся через любые преграды и кордоны и понесут заразу дальше. А птицы так вообще разнесут ее по всему белу свету. Вот тогда человечеству уж точно кирдык!..

Внезапно его размышления были грубо прерваны громкими криками. Потом послышался звон разбившегося стекла и гулкие удары – металла о металл. Шум доносился со стороны жилой зоны. Подольский перехватил автомат и со всех ног бросился туда.