Ледовый материк. Вангол-4 - Владимир Прасолов

– Это не моя компетенция, герр… – Офицер посмотрел на штатский костюм Эриха и продолжил: – Можете задать этот вопрос лично, комендант ждет вас в своем кабинете.

– Что ж, может быть, это и правильно, – сказал Пауль, сдавая свой табельный парабеллум.

Проверив документы и забрав оружие, офицер пропустил машину, начав проверку следующей. Штольц обратил внимание, что рядом с КПП группа рабочих перекладывает какие-то мешки из грузовика на землю. Делается это очень медленно, так немцы не работают. «Пленные, что ли? Откуда они здесь?» – думал Пауль, пока машина проезжала мимо. Их бронемобиль направился в центр поселения к комендатуре. Грузовики пошли к корпусам обогатительной фабрики. Ольга с любопытством рассматривала в окно аккуратные улицы, уютные скверы и небольшие парковые зоны. Подъехав к зданию комендатуры, они увидели у дверей часового.

– Вижу, здесь не так уж и плохо с точки зрения обеспечения безопасности, не правда ли, Эрих? – спросил Штольц у недовольного приемом на КПП немца.

– В столице нет такого тщательного досмотра и оружие у офицеров сдать не требуют…

– Вы имеете в виду Берлин?

– И Берлин тоже…

– Вероятно, на то есть причины…

– Вот мы сейчас и получим объяснения. Идемте, Пауль. Странно, на крыльце нас никто не встречает…

– Ольга, дорогая, оставайся пока в машине, мы сейчас, – проинструктировал Штольц, незаметно делая знак, чтобы Ольга не волновалась.

Пауль вместе с Эрихом и двумя офицерами СС вышли из машины и направились к входу. Часовой, застывший по стойке смирно, пропустил в двери. Пройдя по коридору, они попали в приемную, где вежливая стройная секретарша приветливо поздоровалась с ними и попросила минуту подождать. Через минуту она пригласила их в кабинет. Пауль вошел вторым, уступив дорогу эсэсовцу в штатском. Он сделал это просто так, он не знал его звания и должности, но чувствовал, что этот молодой человек с эмблемой СС имеет доступ к высоким чинам в рейхе. Будет полезнее пропустить его вперед.

– Хайль Гитлер! – на ходу вскинул руку в приветствии Эрих и вдруг резко остановился.

Пауль чуть не налетел на него, шагая сзади. Следовавшие за ними офицеры тоже чуть не навалились на Штольца.

– Что это значит?! – крикнул Бюгель, показывая рукой на пустое место над столом коменданта. – Где портрет фюрера? – Он даже не посмотрел в лицо Вернера, встречавшего его.

– С кем имею честь?.. – виновато склонившись, проговорил Вернер, явно играя свою роль.

– Я эмиссар по особым поручениям лично министра пропаганды Геббельса Эрих Бюгель. Прибыл неделю назад из Берлина. Неизвестно на каких основаниях у меня здесь отобрали личное оружие. У меня особые полномочия! Почему творится такой бардак? Почему здесь нет портрета фюрера?! Вы пойдете у меня под трибунал! Я вас немедленно арестую!

Оба офицера СС вышли из-за спины Штольца и шагнули к Вернеру. Но они были безоружны.

Вернер, подняв склоненную рабски голову, мягко предложил:

– Господа, а не выпить ли нам по чашечке кофе?

В это мгновение за окном взревел двигатель бронемашины, и она рванулась с места. Все невольно посмотрели в окно и увидели, как, оттолкнув фрау Штольц, какой-то офицер с пистолетом в руке бросился в открытую дверцу уже тронувшейся бронемашины и прозвучали выстрелы. Бронемашина уткнулась в ограждение и заглохла. Наступила тишина. В этой тишине в комнату быстро вошли несколько человек с оружием в руках, и один из них предложил всем встать к стене и поднять руки.

– Что это значит, господин комендант?! – заорал Бюгель, теряя самообладание.

– Господин Бюгель, вы останетесь для беседы, остальных мы вынуждены задержать до выяснения степени их опасности. Уведите арестованных, – скомандовал Вернер.

Бюгель, только что бурый от гнева, резко побледнев, шагнул к стене и поднял дрожащие руки.

Сизов, выполняя приказ, открыл дверь и жестом показал Паулю, чтобы он вышел первым. Вангол в это время находился в комнате рядом и не видел, что произошло на улице, у бронемашины, не знал о том, что там была Ольга. Он внезапно увидел Штольца в группе немцев, идущих из машины, и приказал Сизову, чтобы тот сразу же завел его к нему. Когда Штольц вошел в комнату, куда его направил Сизов, он не поверил своим глазам. Перед ним в офицерской форме стоял, широко улыбаясь, не кто иной, как Вангол. Вангол сразу хотел его спросить об Ольге. Штольц опередил вопрос:

– На улице стреляли, там в машине Ольга. Что с ней?!

– Жди в этой комнате, – сказал Вангол, а сам немедленно побежал к выходу.

На крыльце он столкнулся с Ольгой, которую сопровождал Рихард.

– Эта женщина была в машине, водитель пытался скрыться, убит.

– Проходите, фрау, – предложил Вангол остолбеневшей от неожиданности Ольге. – Рихард вас проводит.

Вангол пропустил Ольгу вперед и сказал Рихарду:

– Вторая дверь направо, отведите даму туда немедленно.

Навстречу по коридору, в сопровождении Сизова и нескольких немецких товарищей, шли арестованные офицеры СС. Вангол успел скрыться за входными дверями, и никто из них его не заметил.

Через полчаса Вангол и Сизов вошли в комнату, где под охраной Рихарда находились Пауль и Ольга. Вангол еле сдерживал себя, чтобы не броситься к жене. Она стояла у окна, глаза ее были полны слез.

– Рихард, вы свободны, – отпустил немца Вангол.

– Пауль, пойдемте поговорим, – позвал Штольца Сизов, и они вышли.

– Ольга! – кинулся к жене Вангол и крепко обнял.

– Игорь! – прошептав, прижалась к Ванголу Ольга.

Они стояли так несколько минут молча. Вангол целовал Ольгу долго, в губы, в глаза, в шею, обнимал и гладил ее тело.

– Как я по тебе соскучился… У нас будет сегодня время, любимая, – прошептал Вангол и осторожно освободился от ее объятий.

– Вангол, как ты сюда попал? – Ольга была сбита с толку.

– Ты же звала, вот я и пришел, – ответил Вангол и снова обнял любимую.

Они стояли, обнявшись, еще несколько минут, не в силах отпустить друг друга.

– Потом, все потом, сейчас нужно действовать. – Вангол оставил Ольгу и выглянул за дверь.

Штольц и Сизов стояли в коридоре и о чем-то возбужденно говорили. Вангол позвал их. Они вошли, Штольц протянул Ванголу руку:

– Здравствуйте, Вангол, я рад вас видеть, очень рад. Ольга не даст соврать, я не сомневался, что увижу вас здесь.

– Я тоже рад вас видеть живыми и здоровыми. Там, в Москве, сначала поверили легенде о вашей гибели. Я знал, что с вами все в порядке. Спасибо за заботу о моей жене, Пауль, я это никогда не забуду, но сейчас к делу. Время работает на нас, этот Эрих, как я понял, важная персона, но в критической ситуации расползся как тряпка. Он ничего не понял, и сейчас Вернер вбивает ему в голову мысль о том, что немцы здесь сами совершили переворот. Нас, русских, здесь для него нет. Надо этим воспользоваться.