Дорога домой - Олег Таругин

Глубоко вздохнув (эх, выпить бы сейчас для храбрости, желательно хорошего коньяка или настоящего терранского виски «Дэк Джениэлс»! Но – увы, чего нет, того нет…), помощник капитана обратился к затянутой ветхим комбинезоном спине судмеха:

– Слушай, Капр, давно спросить хотел: а чего это искин самостоятельно принимает решения, а с нами не только не советуется, но даже не ставит в известность о мотивах?

Каприс пожал некогда могучими плечами. Его этот вопрос волновал мало. Вернее, вовсе не волновал:

– Когда у тебя интеллект сравняется с интеллектом Алекса, тогда и будешь с ним спорить. А сейчас – что толку-то воздух сотрясать?

Бургас зло дернул уголком рта.

– Это ты просто привык в армии приказы от и до выполнять, не рассуждая, вне зависимости от того, какими бы идиотскими они ни казались.

– Если считаешь себя сильно умным, – лицо механика оставалось бесстрастным, руки продолжали заниматься делом, – то почему бы тебе не спросить его напрямую? И почему, кстати, ты не поднял этот вопрос, коль уж он так тебя волнует, пока экипаж еще был на борту?

– Потому что бесполезно спорить с тупым стадом, готовым выполнять любое приказание! – вспылил помощник капитана.

Движения судмеха он даже не заметил. Да и было ли оно, то движение? Просто вдруг в нескольких сантиметрах от его уха в покрывающий стенку отсека пластик ударил кулак бывшего десантника.

– Ты говори, да не заговаривайся, – не меняя тона, посоветовал тот. – Людям, видишь ли, не нравится, когда их называют тупыми. И тем более тупым стадом. И мне тоже не нравится.

– Я не тебя имел в виду. – Честно говоря, Бургас струхнул, глядя на промятое ударом эластичное покрытие стены. Этот солдафон, чтоб его, даже в своем нынешнем состоянии способен десяток таких, как он, уложить голыми руками, а Бургас и до столетнего анабиоза поддержанием хорошей физической формы не заморачивался, искренне считая, что крепкие мышцы – удел тех, у кого некрепкий ум. Похоже, насчет разговора он несколько ошибся. Не будет никакого разговора. Хотя попытаться-то все же стоило, по крайней мере, пока Алекс их гарантированно не слышит.

Каприс хмыкнул.

– Ну конечно, не тебя! – тем не менее горячо заговорил Бургас. – Видишь, я же с тобой обсуждаю. С капитаном и прочими говорить без толку, а ты, я думаю, сумеешь меня понять.

– Считай, что не сумел, – судмех равнодушно пожал плечами и вернулся к возне с электронной начинкой запортачившего блока. – Видишь ли, я не знаю, по какой причине с решением Алекса согласился Олгмар, но лично для меня приказ капитана – это именно приказ, и я намерен его выполнить. Кроме того, лично я полностью согласен с искином.

– Между прочим, во время отсутствия капитана старшим на борту являюсь я, – почти что с отчаянием бросил Бургас.

Механик кивнул, не оборачиваясь:

– Ага. Являлся бы, если б капитан, еще находясь на борту, не отдал приказа исполнять все указания Алекса.

Старпом был вне себя, но сдержался. Тупая башка! Долбаный солдафон! Конечно, где ему понять! Привык в своем космодесанте тупо выполнять приказы, урод накачанный. А вот лично ему, Бургасу, абсолютно непонятно объяснение, что дал искин. Они должны помочь России, чтобы восстановить пошатнувшееся равновесие, видите ли! А кто его, собственно, пошатнул? Не сами ли местные руссийцы, то есть русские? Капитан попросту непроходимо глуп, для него любое указание разлюбезного электронного мозга – откровение свыше. Алексин и Олин – еще более тяжелый случай, поскольку, хоть и родились на далеких колонизированных планетах, вроде бы имеют предков – выходцев из Терранской Руссии.

Но, к сожалению, против Каприса не попрешь. Во-первых, нет особого желания связываться с бывшим десантником, пусть даже и изрядно ослабленным столетним анабиозом. А во-вторых, только он сможет гарантированно узнать, способен ли корабль не только подняться на поверхность, но и переместиться на соседний материк.

Что же делать, что?!.

Интерлюдия (Терранская Федерация)

Хороший выдался рейс. И в сроки уложились, что называется, час в час, и груз сдали, несмотря на вечные, как Космос, бюрократические заморочки, всего за полдня. Да еще и компания-работодатель порадовала, внезапно выплатив им не только причитающиеся за месяцы полета деньги, но еще и пятидесятипроцентную премию. Неожиданно – и приятно, что и говорить.

И сейчас весь экипаж РД-405 во главе с капитаном Олгмаром торжественно «закрывал крайний рейс» в не слишком дорогом ресторане неподалеку от космопорта. В зале, несмотря на вечернее время, оказалось немноголюдно, кроме четверых астронавтов в немаленьком помещении вряд ли находилось больше десяти человек, рассевшихся небольшими компаниями за разными столиками. Так что они без проблем обосновались в приглянувшемся уголке, подальше от входа и эстрады, где им никто не мог помешать. Сдвинув пару столиков, сделали вызвавший уважение официанта заказ, попросив первым делом принести выпивку и легкую закуску. Веселье шло своим чередом уже второй час, когда и произошло событие, ставшее в равной мере неожиданным как для самого Алексина, так и для его товарищей…

Астронавигатор как раз закончил рассказывать достаточно скабрезный анекдот и громогласно заявил о срочной необходимости пропустить по рюмашке, иначе он не ручается, что проложит верный курс обратно к гостинице, а не заведет экипаж в какую-нибудь черную дыру. Повод выглядел достаточно убедительным, и бутылка местного, однако ж вполне пристойного виски пошла по кругу. Опрокинув рюмку, Алексин довольно осклабился: «хорошо пошло» – и начал озвучивать очередную из своих многочисленных юмористических историй, как вдруг проходивший мимо пилот в парадной форме авиакрыла ВКС резко затормозил, вглядываясь в лицо навигатора. Почувствовав что-то, тот повернул голову, несколько мгновений обменивался с незнакомцем взглядом, затем сморгнул и отвернулся, пьяно пожав плечами.

Причем, как заметил капитан, никогда особенно не налегавший на алкоголь в присутствии подчиненных, пожав куда более пьяно, нежели обстояло на самом деле. И еще Олгмар успел отметить, как на миг едва заметно изменилось лицо Алексина… Похоже, астронавигатор узнал пилота, как и тот – его, но не захотел этого показывать, притворившись пьяным. Странно… только какого-нибудь скандала не хватало! Интересно, что может связывать гражданского до мозга костей навигатора заштатного рудовоза и боевого летчика в звании полковника, да еще и с солидным «иконостасом» на груди?! Олгмар не особенно разбирался в наградах, но добрая половина из них явно была боевыми. Спросить? Да нет, пожалуй, зачем? Мало ли каким образом его подчиненный мог оказаться связан с этим пилотом? Может, одну девчонку в юности любили, или друзья детства, рассорившиеся много лет назад…

Постояв еще секунду, пилот, в свою очередь, пожал плечами и, не слишком твердо ступая, побрел к своему столику, к счастью, расположенному на другом конце зала.

– Так что там дальше-то было? – потребовал продолжения рассказа старпом Бургас, новый член их экипажа, для которого этот рейс был первым в команде Олгмара. В отличие от капитана, он был уже изрядно подшофе и ничего не заметил. Как, впрочем, и судовой механик Каприс, старый знакомый капитана, сидевший дальше всех.