Вожак - Евгений Щепетнов

Кстати, как ни странно, на скорость такое количество мышц никак не повлияло. Почти не повлияло. Хотя должно было повлиять. Массивный – не синоним «быстрый». Совсем наоборот. Крупные люди медлительны. Но только не Сара!

Конечно, Делия быстрее Сары, но все-таки не особо, стоит это признать. Но ее, Делии, сила – не только в скорости и не только в физической силе, хотя та же Сара удивилась бы, узнав, какая мощь таится в этом стройном, на первый взгляд хрупком теле. Главная сила Делии – в хитрости, в уловках, в умении применять всевозможные смертоносные приспособления, которыми не может воспользоваться необученный человек. Отравленные стрелки, маленькие отравленные метательные ножи, звездочки, кресты, все приспособления, которые чей-то пытливый извращенческий разум создал для того, чтобы лишать жизни человека, мучить его, калечить и терзать. Попади эти штуки в руки простого бойца – он ничего не смог бы с ними сделать хорошего. Скорее всего – лишил бы жизни самого себя, неосторожно уколовшись внешне безобидным острием иглы или «игрушечным» ножом, похожим на уменьшенную в несколько раз копию обычного метательного ножа.

Снова осмотрела себя, наклонив голову, задрала подол до груди – трусики красивые, да! А под ними – тоже все красиво! Гладко (заросшими ТАМ ходят только нищенки да тупые крестьянки!), чисто, хорошо пахнет! Благовониями! Не помойкой какой-то!

Вот где он еще такую женщину найдет?! Умная, чистая, секс любит, красивая! И если что – всем за него головы оторвет! Мечта мужчин!

Однако что-то Адрус задерживается. Странно.

Опустила платье, нахмурилась – трусики намокли. Демоны раздери! Придется менять!

Нет уж. Пусть такие стаскивает, мокрые! А нечего было столько времени заставлять ждать! Она ведь не железная! Она всего лишь слабая женщина! Хм… м-да. Иногда.

– Госпожа Делия! – В дверь постучали. – Госпожа Делия, гонец!

Тут же екнуло сердце, почуяв неприятности. Адруса нет, какой-то гонец пришел! Кто еще знает, что она на корабле? Это точно от Адруса!

– От кого гонец? – небрежно поправляя платье, быстро, но без суеты цепляя на ноги ножны с ножами, метательный нож в кармашек на спине (на всякий случай, мало ли что могло случиться?).

– Говорит, от какого-то там звереныша! – Голос матроса был удивленным, хриплым, как с попойки.

Точно – беда! Что-то случилось!

– Пусти его на борт, пусть идет сюда. – В самом деле, зачем говорить о делах на улице? Слишком много ушей!

Встала к окну, приготовилась, стала ждать, глядя на сверкающее под солнцем море.

Настроение тут же упало. Похоже, что поездка с любовником если и не канула в море, то откладывается на неопределенное время. Так просто Адрус гонца присылать бы не стал. Сам бы пришел. Значит, случилось нечто такое, что перевернуло ситуацию с ног на голову.

* * *

Остр был очень доволен. Солнце, свежий ветер, море! У торговца пирожками купил восхитительный пирог с мясом – сочный, пряный, тающий во рту! Вкусный до умопомрачения! Не то что постный солдатский паек!

Главное, не задумываться, что там за мясо и зачем положили столько пряностей. И вообще – всегда лучше меньше задумываться. От дум одно зло. И голова болит. И неприятности.

Жалко дракона, конечно. Он любил слушать, когда Остр рассказывал ему о своей деревне, о жизни. Даже переспрашивал, когда Остр что-то невнятно объяснял.

Кстати сказать, до этих пор Остр думал, что драконы безмозглые злобные существа, только и способные, что летать, жрать да удивительно вонюче гадить. Что-то вроде летающих быков. А оказалось, они не глупее людей! А может, даже умнее!

Остр признался дракону, что он считал его «летающим быком», тот долго фыркал и шипел – так драконы смеются. А потом сказал своим странным, искаженным голосом, чтобы Остр рассказывал побольше, когда убирает стойло, потому что ему скучно. И что он, Остр, хороший парень, и пусть не боится – он его не убьет.

Это, конечно, обнадеживало, но Остр все равно дракону до конца не доверял. Ну как можно верить существу, у которого раздвоенный хвост с рогами и зубы – каждый размером с кинжал?! Он бычью кость с бедра перекусывает так, как Остр кусочек сахара. Хрусть! И нет ее, кости-то!

Остр специально смотрел в куче драконьего дерьма, размытого в лотке – нет ли кусков кости? Нету! Нету кусков! Он их переваривает! Все переваривает! И человека переварит – только кучка дерьма останется! Маленькая.

Страшно, да. Но жить можно. Драконир не обижает, даром что рожа страшная и зовут его Демон. Если бы все демоны были такими, Остр точно стал бы поклоняться Холодному Брату вместо Создателя!

Тьфу! И придет же в голову такая ересь! Хорошо хоть вслух не сказал!

Остр осенил себя знаком, отвращающим Зло, и зашагал дальше.

Драконир не обижает, дракон с ним разговаривает, еда хорошая, сытная, хоть и постноватая, жалованье вовремя дают – чем не жизнь?! Ни тебе засухи, ни тебе неурожая, когда голодуха и все порции еды в доме строго поделены. В солдатской столовой – жри, сколько хочешь, от пуза!

А вот помрет дракон – что тогда? Отправят в стражники – и очень даже легко! Там тоже, в принципе, жизнь неплохая в сравнении с деревенской, но все-таки с драконом ему лучше. И сытнее, и почетнее. Дракон-то не простой!

Последнее время даже приятно – все пальцем показывают: «Это драконопас красного дракона! И не боится ведь к нему заходить! Смертник! Отчаянный, видать!»

А он идет – такой смелый, – никого не замечает! Плюет на них! Хе-хе…

Да, жалко Красного. Может, все-таки выживет? Бывает же такое чудо? Красный вообще-то не простой дракон! Эвон как за один день себе огнежелезы вырастил! Все просто на головах стояли, когда узнали! Пытались Остра подпоить, чтобы расспросить все про Красного. Но он дурак, что ли, пить? Вон как драконир Менда отделал! За похмельную рожу!

И поделом. Есть время пить, а есть время работать! Так Менду и сказал. И еще сказал – что командир его спасает, дурака. Дракон ведь и правда хотел Менда прибить, сам сказал! А не прибил только потому, что драконир его просил этого не делать. Вот и получается, что Менд дракониру по край жизни обязан!

За мыслями Остр и сам не заметил, как оказался в порту. Пирожок уже благополучно исчез в желудке, осталось только облизать пальцы, что Остр и сделал с чувством, с расстановкой, каждый отдельно, хлюпая и причмокивая. Не пропадать же добру? Да и пальцы теперь почище.

Не хочется оставлять пятна на мундире. За такое могут и высечь! Других драконопасов регулярно секли, это только драконир Красного, нет, как теперь он называется, дракон-то – не Красный, а Энд, так вот драконир Энда – никого не отправляет сечь. Сам вот морду Менду набил, и все. Да и то… слегка! Не изувечил же?

Найти «Морской цветок» оказалось совсем легко. Здоровенная пузатая штука, на носу которой был нарисован самый настоящий цветок, – других таких судов рядом и не было. Три мачты, крашенные красным суриком борта.