Созвездие злобных псов - Ерофей Трофимов

– Серый, Макс, за нашим домом трое, – продублировал Матвей.

– Принял, – дружно ответили бойцы.

Свои позывные они, недолго думая, взяли производными от собственных имён. Числовые обозначения после гибели взвода потеряли свой смысл. Ствол КПВТ ещё чуть шевельнулся, и короткая, в три патрона, очередь из ПКТ разорвала утреннюю тишину. Похоже, Володя решил не тратить на ксеносов крупнокалиберные заряды. Пули калибра 7,62 для пришельцев было вполне достаточно.

С другого конца улицы раздался знакомый мерзкий свист, и Матвей чуть приподнялся, пытаясь высмотреть хоть одного пришельца. В перила крыльца ударил лучевой заряд, и проводник едва успел прикрыть лицо от летящих, словно шрапнель, щепок. Но вспышку перед выстрелом Матвей заметить успел. Привычно переведя ствол автомата в нужную сторону, он плавно нажал на спуск.

В ответ снова мелькнула вспышка, но Матвей успел откатиться в сторону, заодно отпихнув пса. Вторая очередь проводника пришлась в цель. Снова прозвучал свист, и огонь прекратился. Тем временем Володя развернул башню броневика, и КПВТ пролаял очередью в четыре патрона. Угол дома, куда пришёлся выстрел, разлетелся щепками. Похоже, ксеносы пытались перенимать тактику людей, прячась за строениями и в складках местности.

Но для пуль из тяжёлого пулемёта бревенчатые стены домов препятствием не были. Именно этим преимуществом и принялся пользоваться Володя, виртуозно выгоняя леобов из-за укрытий при помощи КПВТ на открытые пространства и добивая из ПКТ. Слушая эту музыку боя, Матвей только удивлённо хмыкал. То, как Володя управлялся сразу с двумя пулемётами, не могло не вызывать восхищения. Это действительно было мастерство профессионала.

Рой, переползший поближе к проводнику, ткнул его носом в бок и, дождавшись, когда Матвей оглянется, сказал:

– Они хотят убежать. Осталось только пять. Бегут от края деревни к ручью.

– Внимание всем. Ксеносы отходят. Пять особей уходят к ручью.

– Здесь Мазута. Далеко не уйдут, – отозвался Вадим, и БРДМ взревел двигателем.

– Здесь Рыжий. Догоним и добьём, – добавил Володя.

– Принял, конец связи, – ответил Матвей, оглядываясь на пса. – Рой, ты уверен, что их осталось только пять?

– Да. Два раненых там, – ответил пёс, поворачиваясь в нужную сторону. – Остальные умерли.

– Серый, Макс, сбор на крыльце. Проводим зачистку, – скомандовал Матвей, медленно поднимаясь на ноги и не опуская автомат.

Оба бойца выскочили на крыльцо, едва он успел выпрямиться.

– Рой, веди к раненым. Сам вперёд не лезь. Иди рядом, – скомандовал проводник, сбегая во двор.

Тройка, привычно прикрывая друг друга, двинулась в указанную сторону. Рой, отлично умевший выполнять команды в бою, держался рядом с проводником, то и дело подправляя направление, в котором нужно было двигаться. Начало светать, и Матвей, выглянув за угол дома, сумел разглядеть аморфную фигуру, скорчившуюся в кустах. Зло усмехнувшись, проводник нажал на спуск, и две пули внесли необходимую правку.

Стоявший в двух шагах от него Макс чуть присел на широко расставленных ногах и, поведя стволом, выстрелил. Раненые закончились, но бойцы педантично обошли и пересчитали все туши, расплывавшиеся грязными лужами. С другого конца деревни послышался знакомый свист, и броневик вкатился на улицу. Машина остановилась рядом с тройкой, и из открывшихся люков высунулись головы, на лицах которых блуждали азартные улыбки.

– Порядок, командир. Ни один не ушёл, – весело доложил Вадим, демонстрируя Матвею большой палец.

– Отлично. Тогда собираем манатки и валим домой, – рассмеялся в ответ проводник. – Люки все откройте, пусть машина проветрится.

– Сделаем, – кивнул Володя.

Оставив их заниматься машиной, тройка вернулась в дом, и бойцы, быстро собрав брошенные вещи, отправились к броневику. Через пять минут погрузка была закончена, и «бардак», лихо развернувшись, понёсся в сторону базы. Уже в сумерках броневик пересёк КПП и с ходу направился к штабной палатке. Отлично зная, что Лоскутов ночует тут же, в соседней палатке, Матвей решил сразу доложить о результатах поездки. А заодно узнать, где сейчас Дана.

Рой, выпрыгнув из машины, остановился на пороге палатки и, встряхнувшись, старательно, от души потянулся, с повизгиванием зевая. Глянув на него, Матвей чуть улыбнулся и, потрепав пса по загривку, сказал:

– Ну, хоть ты в дороге отоспался.

– Скучно, – коротко ответил Рой.

– Скучно? – удивился Матвей. – Да мы целую банду врагов уничтожили, а тебе скучно?

– Это уже было. А теперь опять будет скучно, – ответил Рой и, фыркнув, решительно вошёл в палатку.

Его появление заметили сразу. Лоскутов, увидев знакомую морду, с улыбкой покачал головой и, захлопнув папку с документами, поднялся, протягивая входящему проводнику руку:

– Как скатались?

– Отлично. Всё забрали, а заодно и два десятка пришельцев добили, – скромно усмехнулся Матвей.

– Вот за что я тебя люблю, Беркутов, что ни дня без приключений не проводишь. Куда ни отправь, везде проблем на свою голову нароешь, – покачал головой генерал.

– На здоровье. Это не мы такие, это жизнь такая, – не остался в долгу Матвей. – Дана здесь или в деревне?

– На дежурстве. Сейчас позвоню. Но сначала давай подробности, – потребовал Лоскутов.

– А может, сначала кофе? – прищурился Матвей, и генерал, посмотрев на выжидательно глядящего на него пса, расхохотался.

– У вас даже рожи одинаково умильные, – выдавил он сквозь смех, снимая телефонную трубку.

* * *

Подготовка к большой экспансии шла полным ходом. Объявленный набор добровольцев взбудоражил всю страну. Очень скоро вся эта затея обросла слухами и домыслами, за которыми забылись и голод, и попытки отделения, и другие недовольства правительством. Основная масса молодых, боеспособных мужчин тут же принялась наниматься в армию, забыв обо всех проблемах.

С призывных пунктов их направляли в спешно организованные учебные центры, где из бестолковой толпы опытные сержанты должны были сделать хоть какое-то подобие солдат. Уже через три недели все эти мечтавшие о красивой форме и хорошем жалованье болваны готовы были убить ради куска хлеба и пары часов крепкого, беспробудного сна. Сержанты знали своё дело.

Не имея возможности организовывать полномасштабные учения, офицеры штаба требовали от них сделать из новобранцев настоящих марионеток, исполняющих команды без раздумий и промедлений. Понимая, что это будущее пушечное мясо, сержанты не стеснялись в средствах. В ход шло всё, от бешеного ора до открытого мордобоя. При этом любого, осмелившегося возразить или хоть как-то дать сдачи, могли пристрелить прямо на месте.

Впрочем, любая попытка отказаться от исполнения подписанного контракта заканчивалась точно так же. Командование решило вообще оградить новобранцев от любых контактов с внешним миром. Были запрещены любые попытки связаться с друзьями, знакомыми, родственниками, отменены увольнения, выходные и праздничные дни. Атмосфера закрытости и тайны порождала ещё больше слухов и кривотолков, но это было на руку командованию. Чем больше разговоров, тем проще спрятать среди лжи правду.