Война миров - Олег Дивов

И всю дорогу ныл. Как это предсказуемо! Уговаривал зайти в ресторан, пообедать с ним, поговорить за обедом, это так важно, умереть как важно… Не отстанет, поняла я.

Ресторан, разумеется, был чудовищно дорогим. Интересно, как Энрике представляет себе наш с ним обед? У меня банально нет лишних денег, чтобы заказать здесь хоть стакан воды. Не собирается же он платить за меня? За такое любая честная девушка в Эльдорадо может и пощечину дать прилюдно, это же все равно что в лицо назвать ее проституткой.

Вошли. Сели за столик. Официант подал меню.

– Я бы советовал суп из крабов с фасолью, – обронил Энрике.

– Я ничего заказывать не буду.

– Почему?

Он еще и удивляется.

– Потому что для меня это дорого. В следующий раз выбирай место, которое было бы по карману мне, а не тебе.

Энрике помялся, отказался от серьезных блюд, зато выбрал какую-то легкую закуску и бутылку вина. Что это с тобой, парень? Как начал квасить в воскресенье, так до сих пор не можешь остановиться?

– Я был не прав, – сообщил Энрике, едва официант, наполнив его бокал, отошел. – Долорес, я совсем не хотел оскорбить тебя, просто не сдержался, день был тяжелый…

Я подперла голову кулачком и изобразила заинтересованность на лице. Хорошо изобразила, Энрике разом смутился, покраснел, отвел взгляд. Давай-давай, парень, покажи мне тут свое ораторское искусство. Тебя ведь должны были обучить этому в твоем замечательном университете.

Оратор из Энрике был никудышный. Как по мне. Возможно, стоя на трибуне, с заранее отрепетированной речью, он мог произвести впечатление. Но по части импровизации был слабак. Он мялся, жался, подбирал слова – причем чем сильней понижался уровень вина в бутылке, тем выспренней становилась речь. У него довольно быстро начал заплетаться язык. Ну еще бы, так хлестать вино на жаре и не опьянеть? Хотя не исключено, что у парня и правда запой. Через час вино кончилось, Энрике потребовал продолжения банкета. Я сказала официанту, что хватит, в общем-то, а тот ответил – служащие ресторана вызовут такси и помогут загрузить клиента в машину, даже если он не сможет ходить сам. А все его выходки будут включены в счет, только и делов.

Я вытерпела еще сорок минут. Позвала официанта и сказала:

– Обещали – грузите.

– Но желание клиента…

– Я сейчас позвоню его матери. И будет вам такое желание, что не скоро опомнитесь.

Энрике немного поупирался, не без того. И даже прикрикнул на кого-то. Я проследила, чтобы его пристегнули как следует, и рванула с места так, что болтать ему расхотелось.

Вообще-то, это настоящее искусство – везти пьяного в дрова клиента быстро, но чтоб его не вырвало прямо в машине. Энрике на заднем сиденье бормотал, бессвязно и плохо понимая, где он и зачем. В салоне отвратительно пахло вином. Я злилась, потому что после этого клиента мне придется ехать на мойку, иначе ко мне не сядет ни один нормальный человек.

К счастью, на воротах не случилось заминки. Меня запомнили. Я подлетела к крыльцу, выскочила из машины и быстро открыла дверь перед Энрике – он как-то подозрительно булькал на последних метрах. Но, похоже, свежий воздух пошел ему на пользу – ничего фатального не произошло. Из дома неприлично резво выскочил дворецкий Педро, с полувзгляда оценил ситуацию, кликнул пару лакеев. Вместе с ними выполз и капитан Лопес. Стоял, курил, смотрел.

– С сеньором Энрике такое случается очень редко, – деликатно сказал мне Педро, руководя процессом извлечения хозяйского сынка из машины.

– Во всем виноват этот ужасный ресторан! – с чувством воскликнула я. – Они там нарочно спаивают посетителей.

– Да, да, – меланхолично кивнул Педро и ушел в дом вслед за лакеями, уносившими Энрике.

Я еще постояла рядом с открытой дверцей, чтобы винный дух хоть немного выветрился. Капитан Лопес счел это за приглашение и спустился с крыльца, подошел ко мне:

– Что-то ты зачастила сюда, Долорес.

Я ослепительно улыбнулась:

– Капитан Лопес, не теряю надежды понравиться вашей хозяйке.

– Хозяйке? – повторил он с долей удивления.

– Конечно. Вдруг освободится место водителя для сеньоры и она вспомнит обо мне?

– Ах вот оно в чем дело! – Капитан придвинулся ко мне ближе и сказал тихо: – Тебе повезло. У сеньоры как раз нет личного водителя. Но если ты мечтаешь о работе в приличном доме, то должна накрепко запомнить: твоя репутация должна быть чище, чем у господ. Поняла? Чтоб я больше не слышал, что тебя видели в обществе проститутки или девок, которые возят наркоторговцев.

Я сделала большие испуганные глаза:

– Капитан Лопес, спасибо. Я непременно сделаю так, как вы советуете.

– Ладно. Раз ты такая послушная… Я знаю, у тебя заработки не ахти. Но есть вещи, на которых экономить нельзя, если не хочешь потом заплатить втридорога. Купи абонемент в нормальной диспетчерской. Там, где тебя не заставят возить кого попало.

– Мне нравится сеньора Перес. Вы что-нибудь знаете о ней?

– Подойдет. И вот что еще. Заезжай через служебные ворота. Они в переулке. Хватит уже привлекать внимание соседей.

Я поблагодарила его и уехала.

Да уж, я точно экзамен по импровизации сдала бы лучше Энрике.

* * *

Прием удался на славу. Я повсюду следовала за сеньорой, изображая то ли компаньонку, то ли бедную родственницу-приживалку. Платье мне выдала напрокат Веста, туфли я купила на распродаже для школьниц, а золотой цепочкой с крестиком осчастливил Хосе – сказав, что проконсультировался с женой и она посоветовала все-таки надеть что-нибудь скромное. Для оживления образа. Ну и чтобы с горничной не путали.

Роль, которую мне назначила сеньора Вальдес, в целом отвечала моему настроению и тайным желаниям. Строгая девушка, блюдущая свою честь, не должна отвечать на приглашения потанцевать (а я и не собиралась, поскольку не умею), не должна выпить за весь вечер более одного бокала шампанского, не должна уединяться для беседы с мужчинами, и вообще ей лучше не отходить далеко от своей старшей родственницы или опекунши.

Паола пришла расфуфыренная, как на бал, что смотрелось довольно дико – все-таки прием в саду требует более сдержанных нарядов. Сеньора Вальдес улыбнулась ей так вежливо и так холодно, что Паолу просто сдуло.

– У этой девушки совершенно нет вкуса, – обронила сеньора. – И как она с такими данными может надеяться привлечь внимание моего сына? К тому же Энрике серьезен и умен, ему будет скучно с этой болтушкой. О, кажется, Амелия? Вот кто одет подобающе и изящно!

Амелия, единственная из молодых женщин, пришла в брюках и жакете почти мужского силуэта. Гладкая прическа казалась бы почти скучной, если бы не мелкие блестючие камушки на шпильках. Маленькие сережки с такими же камнями, достаточно яркий вечерний макияж.