Второй помощник - Комбат Найтов

– За счет новых приводов и новой платформы удалось значительно повысить точность и плотность огня корабельной артиллерии. Провели испытания с установкой башен на бронепоездах Ленинградского, Карельского и Северного фронтов со стрельбой на ходу поезда, как по движущейся цели, так и по неподвижной. Расход снарядов на поражение снизился на 35–40 процентов. Готовы передать часть этих приводов для производства танков. Закончена разработка орудий с повышенной скоростью вылета снарядов, за счет увеличения длины ствола до 68–80 калибров. Дали прирост в 18–30 калибров и значительно снизили износ лейнеров и нарезов за счет новых ведущих поясков и нового флегматизатора зарядов, предложенных товарищем Станкявичусом. Кроме того, проведена большая работа, закончившаяся приемом на вооружение двух реактивных установок для стрельбы глубинными бомбами с дальностью залпа до 40 артиллерийских кабельтовых и двумя основными типами новых глубинных бомб, со скоростью погружения 11 и 100 метров в секунду. Готовится к серийному выпуску автомат заряжания для этих систем. Пока подача автоматизирована, но зарядка – ручная. Требуется разработка нового проекта большого противолодочного корабля, крейсерского водоизмещения. Но финансирование на этот проект пока не выделено.

– С этим, скорее всего, придется подождать, – задумчиво сказал Сабуров, из Госплана. Он лучше других знал наши возможности по этому вопросу. «Лишних» денег в воюющей стране не было. Но Сталин имел несколько иное мнение.

– Вы забываете, товарищ Сабуров, что на Дальнем Востоке продолжается строительство новых кораблей по устаревшему проекту. К тому же четыреста второй завод из металла, поставляемого по ленд-лизу и импортных комплектующих, выпускает противолодочные корабли старых проектов. Поэтому необходимо изыскать средства для проведения этих работ! Без проектов корабли не строятся, – с резким акцентом произнес Сталин.

– В Ульяновске два института фактически сидят без работы, приходится темы добывать на стороне, – мрачно заметил Грен.

– А заработную плату и пайки мы людям даем, – вставил Жданов. Оба института были ленинградскими, так что ситуацию там он знал.

– Вы провели оценку стоимости разработки? – спросил Грена Сталин.

– Я – нет, это сделал адмирал Крылов. Вот выкладки.

– По копеечке, но деньги мы найдем, и корабли такого класса у нашего флота будут, товарищи, – медленно проговорил Сталин. Судя по всему, мы зацепили что-то в его душе, и обрели мощного союзника.

– Товарищ Грен, необходимо передать ваши разработки в ГАУ и на заводы, производящие орудия для Красной армии. По данным нашей разведки, Гитлер готовится применить на нашем фронте новые тяжелые танки. Два из них мы сумели захватить, и они сейчас находятся на полигонах ГАУ. Опробуйте на них свои орудия. Пока с ними справляется только артиллерия в 6 дюймов. Где планируете изготавливать?

– На Обуховском, товарищ Сталин.

– Товарищ Жданов! Вы в курсе событий? Справятся?

– Мне показывали стволы большой длины, но тогда была проблема с их большим износом. Если удалось преодолеть ее, то на «Большевике» справятся. Там оборудование позволяет их выпускать.

Затем перешли к авиационной части вопроса, ею из присутствующих занимался только я, и немного Алферов, как поставщик приборов управления и самонаводящихся малогабаритных торпед, которые уже обсудили. Речь пошла о подготовке экипажей и достигнутых результатах. Показывалась авиационная 132-мм реактивная глубинная бомба, авиаракета РОФС-132 после небольшой переделки, им меняли боевую часть на один из вариантов «глубинок». В этом случае ракеты могли поражать как надводную цель, так и подводную на малых глубинах, то есть в момент их атаки, когда лодка следует под перископом или под РДП. Кроме того, так как прицельная дальность у нас была невелика, то «озаботились» как израсходовать довольно большой запас топлива наиболее эффективно. Для этого, кроме основного сопла, ракета имела шесть или двенадцать дополнительных, раскручивающих ракету по часовой стрелке, сопел малого диаметра. Количество шашек внутри мы значительно уменьшили, чем добились более равномерного их горения. Шашка теперь была одна, крестообразного сечения. Значительно возросла скорость с 345 м/сек до 620. Вместо четырех широких стабилизаторов установили раскрывающиеся ножеобразные, большой стреловидности, команду на раскрытие которых выдавал замедлитель от двигателя. В-25 брал с собой 4 × 6 ракетных орудий или четыре малогабаритные торпеды, вес которых составлял всего 254 килограмма. Плюс пушки, которые могли пробивать 22-мм прочный корпус подводных лодок. Но малая скорость В-25 портила всю малину. «Юнкерс-88R» имел крейсерскую скорость 510 километров в час, а максимальную – 580, тогда как В-25 – 390 и 456 соответственно.

– У американцев такой самолет есть?

– Теоретически «да». В-28 «Дракон», нас он вполне устраивает, но не выпускается, хотя создан на основе В-25, той же фирмой.

– Они потребуют взамен что-либо им отдать из новых разработок.

– Я уже думал на эту тему, им приходится много стрелять на Тихом океане. Можно предложить им наш флегматизатор. Он просто вкладывается в выстрел. Можем поставлять в большом количестве. Это мы проверяли.

– И что там?

– Диоксид титана с воском.

– Да, диоксид они просят им поставлять.

– Они просят его для других целей, для авиации, но, когда узнают, что этим можно продлить жизнь орудиям, то забудут о прежних целях. Флот для них важнее.

– Можете приступать к переговорам, тем более они у вас под боком расположились. Но что решим по… как вы их называете, РБУ?

– Насколько я в курсе, мы передали эти разработки англичанам в 1941 году.

– Что вы имеете в виду?

– Ракетные двигатели и их топливо, к РС-13. Было?

– Да, припоминаю.

– А дальше – это их проблемы. Неужели они могут рассчитывать, что лампы бегущей волны для радаров мы им должны просто подарить? Ни в коем случае! Пусть пользуются клистронами. Мы об этом даже не объявляем. Как и о тех материалах, которыми усовершенствовали их же ASDIC. РБУ с залповым подрывом им передавать не стоит, как и систему управления к ним. Вот, товарищ Грен, как только узнал о ней, так тут же прикрутил ее к орудиям, на 35–40 процентов подняв эффективность артиллерийского огня. Тут в Новосибирске новые лампы сделали, есть возможность создать приемник на длину волны 3,2 см и вставить его в 85-миллиметровый и более крупные снаряды для зенитной артиллерии, и производить подрыв снарядов точно на высоте цели и в непосредственной близости, по локатору.

– Где столько денег взять? – тяжело вздохнув, сказал Вознесенский. Спорить с ним никто не стал, такова участь всех финансистов того времени, вздыхать и давать деньги.

Переговоры с американцами прошли успешно, тем более что мы показали им фильм, снятый на одном из кораблей, где нашу установку РБУ выдирает из палубы. Такое было: лед не скололи, и жахнули. В общем, сырая она еще, на вооружение не пошла. А вот флегматизатор…