Товарищ Брежнев. Большой Песец - Дмитрий Абрамов

– Чёрное море, Иран, что там?

– Были попытки морских десантов в Батуми и Поти. Действиями авиации Черноморского флота и подводных лодок ббльшая часть десантных судов уничтожена. Противнику удалось высадить комбинированный морской и воздушный десант на побережье в тридцати километрах к северу от Батуми, общими силами до батальона. Но к вечеру 1 марта десант был уничтожен. До пятнадцати эсминцев и других малых кораблей противника весь день 1 марта пытались подойти к побережью Грузии. Четыре корабля были потоплены торпедоносцами Черноморского флота, остальные ушли в западную часть моря. Наша авиация с аэродромов Крыма и Кавказа в течение 1–2 марта нанесла бомбовые удары по Стамбулу, Зонгулдаку, Синопу, Самсуну и Трабзону. Ущерб, нанесённый противнику, уточняется. В Иране – конномеханизарованный корпус 1 марта ушёл в рейд на юг вдоль ирано-иракской границы. Сильного сопротивления части корпуса не встречают. Авиация Среднеазиатского округа 1–2 марта бомбила места расположения британских войск в южном Иране и Ираке. Сильного противодействия не отмечалось. По всей видимости, там англичанами оставлены весьма слабые гарнизоны со слабой ПВО и практически без истребительной авиации. И средства ПВО, и авиация из южных районов Ирана – Ирака, по данным нашей разведки, переданы в армию Роммеля. Генеральный штаб считает, что имеющимися у нас силами в Северном Иране удастся очистить от гарнизонов противника западную часть страны до линии Мешхед – Бендер-Аббас за две-три недели.

– Хорошо. А у товарища Берии есть что дополнить? – обратил свой взгляд Сталин на наркома внутренних дел. Ещё свежи были воспоминания Верховного об июне-июле 41-го, когда генералы пытались оптимистичными рапортами прикрыть происходящую на западной границе катастрофу. И очень не хочется сейчас наступать на те же грабли.

– Данные НКВД не расходятся с тем, что доложил начальник Генштаба. Добавлю только, что в восточной Турции на коммуникациях противника начали активно действовать партизанские отряды Народной армии Курдистана и ДРГ Закавказского фронта. Сведения из тылов Роммеля мы получаем весьма обнадёживающие.

– Хорошо. Продолжайте, товарищ Василевский.

– 28 февраля в Одессе капитулировал румынский корпус. Войска 1-го Украинского фронта^[124] к сегодняшнему вечеру освободили Кишинёв и Измаил и вышли на юге Молдавии на советско-румынскую границу. На север от Кишинёва фронт к 1 марта проходил по линии Котовск – Умань – Белая Церковь-Чернобыль – Славутич – Чернигов – Брянск— Ельня – Невель – Даугавпилс – Лиепая. Все ранее окружённые группировки противника к 1 марта уничтожены или капитулировали. В ночь на 1 марта войска Центрального, а теперь уже 1-го Белорусского, фронта нанесли удар от Чернигова на Гомель. К вечеру 1 марта Гомель был освобождён. При этом была практически полностью разбита 2-я танковая армия Вермахта. Сейчас войска фронта наступают к Бобруйску. Уже освобождён Жлобин. Хочется отметить действия 3-й танковой армии 1-го Белорусского фронта. В двух встречных боях 1–2 марта танкистами этой армии было уничтожено до пятисот танков противника. Правда, в основном это были английские «Черчилли» и лёгкие шведские L-60. Политотдел армии просит прислать корреспондентов центральных газет. Говорят – зрелище впечатляющее: два поля заставлены двумя сотнями сгоревших танков каждое.

– Пришлём. Продолжайте.

– Одновременно с ударом 1-го Белорусского от Невеля ударил 4-й Белорусский фронт. На данный момент освобождён Полоцк, войска фронта продвигаются к Лепелю. По плану Генштаба, войска 1-го и 4-го Белорусских фронтов должны через четыре-пять дней соединиться западнее Минска. Минск штурмовать пока не планируем, так как там застряло до десяти лёгких пехотных дивизий противника. В основном там ждут отправки на фронт французы, норвежцы и бельгийцы. В полевом сражении они практически никакой ценности не представляют, но вот в городском бою могут нам крови попортить.

– Что на севере?

– Ленинградский фронт завершил окружение олонецкой группировки финнов, а первого числа перешёл в наступление на Карельском перешейке, на данный момент там прорвана первая линия обороны финнов. По льду Ладоги силами мотострелковой дивизии нанесён удар в тыл финнам на перешейке. Освобождён Приозёрск. По льду Финского залива к западу от Выборга переброшены две мотострелковые бригады и танковый полк на Т-70. Высадкой воздушных десантов блокированы все дороги, идущие из Выборга и Приозёрска в Финляндию. Таким образом, финские войска на Карельском перешейке уже находятся в оперативном окружении. Идёт накопление ударных частей в Приозёрске и к западу от Выборга. Исходя из сложившейся обстановки, через два-три дня планируем нанести удар от Приозёрска на Выборг. Штурм Выборга начнём, не дожидаясь подхода соединений Ленинградского фронта, штурмующих финские укрепления на Карельском перешейке. В Заполярье – тихо, позиционные бои. 9-й гвардейский мехкорпус генерал-майора Брежнева начал передислокацию в район Кандалакши. Готовность корпуса к рейду – к 10 марта. Начать рейд планируется синхронно с началом наступления Ленинградского фронта от Выборга на Хельсинки. – Василевский сделал паузу.

– Что-нибудь ещё? – уточнил Сталин.

– Да, товарищ Сталин, в Ярославль прилетели первые две бомбардировочные группы переданного нам США 308-го бомбардировочного крыла^[126]. Всего прилетело 60 Б-17. Генштаб планирует силами этих американцев в ближайшие дни нанести удар по Хельсинки, а затем по железнодорожному узлу в Варшаве.

– Почему именно в таком порядке?

– В Варшаве очень сильная ПВО. Пусть в полную силу отработают по финнам, а затем уже и по Варшаве можно будет ударить.

– Хорошо, используйте американцев. А как там с поставками этих Б-17 для наших ВВС?

– Пятьдесят самолётов уже прибыли на аэродром под Оренбургом, ещё столько же готовятся вылететь с Аляски. Дня через три-четыре прилетят. Наши экипажи в Оренбурге уже приступили к освоению машин, командованием ВВС для этого отобраны лучшие наши экипажи, но, думаю, раньше чем с середины мая мы эти Б-17 использовать не сможем, всё-таки довольно сложная машина.

– Ничего, пока наши лётчики их осваивают, пусть американцы повоюют. После Варшавы пусть в Стамбул слетают, а потом в Кёнигсберг.

– Есть, товарищ Сталин.

– Вячеслав, вы там с товарищем Берия разобрались с этим румынским перебежчиком? – обратился Сталин к Молотову.

– Да, товарищ Сталин, этот полковник действительно является одним из адъютантов Михая I^[127]. Но по этому вопросу подробнее товарищ Берия может доложить.