Узел сопротивления - Макс Глебов

- Наблюдаю активность кораблей Роя в ближнем космосе, - доложил Призрак. – Один из эсминцев и корвет начали разгон в направлении планеты. Второй эсминец лег на курс к поврежденному кораблю Федерации. Командир, я обязан предупредить вас, что на эсминце «Корсар-35» находятся выжившие члены экипажа. Сканеры корабля проявляют активность, причем, судя по применяемым настройкам, работают они в режиме ручного управления.

- Мы можем им помочь?

- У меня нет решений, - после небольшой паузы ответил Призрак. – Огневая мощь «Скаута» недостаточна для борьбы даже с корветом, не говоря уже об эсминцах.

- Что может быть нужно корвету и поврежденному эсминцу Роя на низких орбитах Бриганы-3.

- Корвет для атаки целей на поверхности бесполезен, - на этот раз Призрак ответил без задержки, - а вот эсминец, судя по данным сканирования, может выпустить по городу до четырех торпед. Для этого ему придется войти в верхние слои атмосферы.

- Предупреди штаб обороны города. Пусть готовятся к отражению удара с орбиты.

- Принято… Выполнено. Командир, состояние средств ПВО города не позволит сбить все торпеды. Как минимум, одна из них достигнет поверхности.

Что-то в последнее время с хорошими новостями стало явно напряженно. Впрочем, в вопросе отражения орбитального удара я военным ничем помочь не мог, а вот почти мертвый эсминец Федерации, а точнее, уцелевшие люди на его борту, не выходили у меня из головы. В последнем сражении эти парни смогли сделать почти невозможное, и они явно не заслуживали такой смерти. Я подозревал, что кто-то из них выжил и планировал обязательно снять их с разбитого эсминца, но позже, когда закончится сражение за город, однако Рой не оставил мне выбора.

- Призрак, где сейчас «Скорпион», оставшийся на орбитальной крепости?

- Неуправляемо движется по нестабильной орбите вокруг Бриганы-3. Он покинул борт пятой орбитальной за две с половиной минуты до входа крепости в верхние слои атмосферы. Ни Рой, ни корабли Федерации его не обнаружили.

- Ты успеешь подобрать его и занять позицию недалеко от «Корсара»?

- Такой маневр возможен. Корабль противника сильно поврежден и движется достаточно медленно, так что времени должно хватить. Я могу поинтересоваться, какова цель этих действий? Даже если я доставлю «Скорпиона» на «Корсар», предотвратить его уничтожение контрабордажный робот не сможет. Эсминец Роя не станет высаживать десант. Он просто расстреляет поврежденный корабль издалека.

- Сейчас объясню, приступай к выполнению.

- Принято.

- У твоего «Скаута» огромное преимущество перед поврежденным эсминцем Роя буквально по всем параметрам, кроме огневой мощи и бронезащиты. Правда, при прямой атаке ты, к сожалению, уничтожить его не сможешь. Калибра твоих пушек на это не хватит, а если сам пропустишь хотя бы одно попадание, тебе конец.

- Очень точное описание перспектив, - во всегда спокойном голосе Призрака послышался оттенок скепсиса по поводу моей еще не высказанной идеи.

- А теперь скажи мне, сколько турелей ближней обороны и пусковых установок ракет-перехватчиков уцелело на корабле противника?

- Около четверти от начального количества. Точнее сказать не могу. Что-то могло быть введено в строй ремонтными дронами уже после завершения боя.

- Очень хорошо. Давай рассмотрим следующий сценарий: ты подбираешь «Скорпиона» и перемещаешься в точку между «Корсаром» и эсминцем Роя, через которую должна пройти траектория движения противника. Выключаешь двигатели и переходишь в режим максимальной маскировки. Дожидаешься, когда эсминец приблизится на минимальную дистанцию и атакуешь его, заходя с наиболее поврежденной стороны.

- Какова цель атаки? – деловым тоном поинтересовался Призрак. – Мои пушки не пробьют броню эсминца даже при многократных попаданиях в одну точку.

- А я и не требую, чтобы ты пробил броню. Мне нужно, чтобы «Скаут» прорвался непосредственно к борту эсминца. Это возможно без запредельного риска?

- Ракеты-перехватчики мне неопасны, - взяв небольшую паузу, ответил «Призрак». - Они просто не смогут нормально навестись. Попаданий из плазменных пушек главного калибра тоже можно избежать. Даже у неповрежденного эсминца Роя их и всего две, а сейчас функционирует только одна, так что, если зайти с правильной стороны, шансов на успешный выстрел у противника практически не будет. Хуже обстоит с турелями противоторпедной обороны. Там калибр небольшой, но моего защитного поля хватит на отражение только двух-трех попаданий, причем третьим щит точно снесет и, скорее всего, не обойдется без повреждений корпуса.

- А выбить самые опасные для «Скаута» турели ближней обороны ты сможешь?

- Если сосредоточить огонь только на них, то да, но это ничего не даст. Эсминец не потеряет боеспособности и с вероятностью выше шестидесяти процентов уничтожит «Скаут» на выходе из атаки. Дистанция всё еще будет небольшой, а развернуть корпус, чтобы достать меня из своей единственной плазменной пушки противник к этому моменту же успеет.

- Не думаю, что у него будет такая возможность.

- И что или кто ему помешает?

- Твой пассажир, за которым ты сейчас летишь.

***

Капитан второго ранга Антон Зыков сидел в кресле у полумертвой консоли главного вычислителя эсминца «Корсар-35», пытаясь понять, что происходит в окружающем космосе. Сделать это оказалось весьма непросто. Груда металлолома, в которую превратился его корабль, практически не подавала признаков жизни. Из пятнадцати человек экипажа в живых остались только он сам, первый пилот и начальник инженерной службы. Выжившие собрались в боевой рубке – одном из самых защищенных мест корабля, куда еще совсем недавно стекались информационные потоки от всех ключевых систем эсминца, включая и сканеры.

Сейчас все устройства, находившиеся на внешней обшивке корпуса, просто перестали существовать. Из четырех сканерных постов уцелел один, да и он без начисто снесенных взрывом фокусирующих решеток практически ослеп, более чем в пять раз просев по всем характеристикам. Понять, как разворачивается сражение на планете с таким оборудованием командир эсминца не мог. Он знал, что пятая орбитальная рухнула на поверхность Бриганы-3 и, по идее, с уничтожением города бой на поверхности должен был быстро прекратиться, однако боевые действия не стихали, а, наоборот, вспыхнули с новой силой.

По поводу своей дальнейшей судьбы Зыков иллюзий не строил. Ни ему, ни его чудом уцелевшим товарищам выжить совершенно точно не светило. Эскадра корпуса покинула систему Бриганы, и кроме кораблей Роя в окрестностях третьей планеты никого не осталось. То, что они до сих пор живы, можно было объяснить только повреждениями, полученными эсминцами Роя и тем, что в данный момент у противника есть более важные дела. Впрочем, дела эти рано или поздно закончатся, и тогда враг вспомнит о недобитом эсминце Федерации.

«Корсар-35» сейчас можно было брать голыми руками. Двигатели накрылись необратимо, энергетическая установка успела перейти в режим аварийной остановки и не взорвалась, но на этом и заканчивались все сомнительные успехи корабля в борьбе за живучесть. Из оружия не осталось ничего. Вообще ничего. Ну, кроме трех кинетических пистолетов выживших членов экипажа. А сами люди оказались заперты внутри корабля, и чтобы хотя бы выбраться на обшивку им потребовались бы многие часы. Систем жизнеобеспечения скафандров могло хватить еще, как минимум, на пару суток, и, в принципе, единственный уцелевший ремонтный дрон вполне мог расчистить проход к трюму, где хранились сменные картриджи. Зыков даже поставил ему такую задачу, но смысла в этих действиях по большому счету не просматривалось. Вряд ли Рой даст экипажу «Корсара» достаточно времени, чтобы истратить уже имеющийся ресурс жизнеобеспечения.