Я из Зоны. Сегодня никто не умрет - Дмитрий Григоренко

– Сколько раз повторять, половина не может быть больше или меньше. Так почему же большая половина класса этого не понимает? – сказал Хрип.

– Ты о чем? – Я топал рядом. Мы разделились на группы и теперь построились по стандартному походному варианту: стволы в разные стороны, впереди – разведчик, замыкающие – наша со Ставром тройка.

– Вспомнил учительницу.

– Хрип, ты мне скажи, только по чеснаку. Ты за Игрулей идешь?

– Нет, грибы собирать, – огрызнулся он.

– Грибы? На бывшей базе свободовцев, которая теперь принадлежит фризам?

– Костыль, ты когда молчишь, то мне нравишься больше, – прохрипел сталкер. Я заметил, скрип в его голосе появлялся только при волнении. Наверное, это его злило, потому что сам он действовал всегда хладнокровно, уверенно, а хрип его выдавал.

– Хриплый, Костыль верно акценты расставил, – вклинился в наш разговор Ставр.

– Ставридушка, не надо коверкать мою кличку. Не ты мне ее прилепил, понятно? – хрипел рассерженно сталкер. – А базу нам надо зачистить. Или нас в спину вынесут и как кур перережут на гриль.

– Я тебя предупредил. Мы взрослые пацаны, угрожать не стану, – произнес мойор.

Хрип его проигнорировал, достал болты, приспособил дозиметр.

– Я теперь первый. Послушаем, как пищит этот лесок.

Ставр раздал указания и добавил, лично для меня:

– Присматривай за просторовцем. Гнили в нем я не чую, зато мести он жаждет. И будь готов, когда доберемся до базы, – вы со мной будете ее штурмовать.

Холмистая местность играла за нас. Сталкер сделал крюк, потом нырнул в овраг. Болты летели в траву. Да, будь тут строительный магазин, то он на одних болтах озолотился бы. Лесок из скудных деревьев остался позади. Послышался лай собак, выстрелы. Наш взвод замер. Ставр со своими – Шмелем и четырьмя солдатиками, наша разношерстная тройка. Девять человек. Не много и не мало.

Вооружение у нас – разнобой. Хрип не захотел расставаться с трофейным дробовиком, хотя скинул ПМ на складе. Я так понял, у него была особенная любовь к пистолетам, все остальное он за оружие не считал. Я же не бросил «гюрзу». Прикипел к ней, да и прямого приказа от Ставра не получил. Баранов же с радостью взял пристрелянный «калашников».

Снова раздались выстрелы и крики – далеко. Зона продолжала играть, и не только с нами.

Мы присели, переводя дыхание. Морось усилилась, одежда начала промокать. Дождик шелестел, ветер играл с деревьями. Пораженные радиацией, они утратили гибкость и недовольно трещали.

Потянуло вонью болот. Я аж дернулся – принял это за обонятельные галлюцинации. Нет, точно знакомый запах.

Хрип в очередной раз бросил болт, и тот отлетел в сторону.

– Ничего ж себе, – сказал кто-то из солдатиков.

– Тихо, – приказал майор.

– Аномалия, – пояснил я.

– Как будто окурок в ночи, – продолжил солдат, но получил леща от соседа и затих.

Хрип намечал зону действия аномалии. Болт, вызвав оранжевую вспышку, отлетел произвольно, не подчиняясь законам физики. Дозиметр со встроенным звуковым датчиком попискивал. Словно крыса, которая попала в тупик.

Проводник пощелкал пальцами, привлекая мое внимание. Аккуратно положил рюкзак, на него плащ и дробовик. Пополз в сторону старого дерева. Точно змеюка ядовитая. Я же чуть выдвинулся, приготовил оружие. Прикрывал. Хрип возился минут десять и мог бы продолжить и дальше колупаться в листьях, шарить по кустам. За работой профессионала приятно было наблюдать. Без датчика, используя болты, он явно искал арты.

Ставр передернул затвор. В тишине это прозвучало требовательно. Сталкер вернулся, небрежно бросил арт.

– Забирай, командир. Пулестойкость обеспечена.

Солдаты, забыв о правилах, начали подбираться. Как дети малые, которым из леса вынесли ежика. Они увлеченно рассматривали кусок гранита, внутри которого прятался синий камень. Я уже встречался с таким артом.

– «Каменный кусок», – произнес я.

Ставр поднялся во весь рост и крепко ухватил сталкера за плечо.

– Уважаемый, мы тут собрались зачистить базу боевиков. Без получения санкций, без подготовки. Помочь местному коренному населению, твоим братьям по примитивному разуму. А ты арты собрать решил?!

Майор потерял самообладание. Содрали с него фольгу бравого военного, он окрысился.

– Боевиков? Тут просто бандиты, командир. И поверь, я крайне серьезно настроен, – прохрипел сталкер. Дернулся, вырвался.

– Так какого лешего ты ползаешь на карачках?

– Я приказал.

Кто из них опешил больше – сказать трудно.

– Нужен кровоостанавливающий арт для Бортника, – успел пояснить я.

– Вовремя, – процедил сквозь зубы Ставр и спросил Баранова: – Он всегда у вас такой или только сегодня, с перепугу?

– Всегда, – последовал четкий ответ, – особенно с перепугу.

Хрип почесал ожог и направился к своим вещам. Недоволен был, что нужного не отыскал. А это, по сути, лотерея. Ставр подобрал арт, покрутил в руках.

– Эй, сталкер, он же фонит.

От арта сразу все отодвинулись. Ежик оказался с сюрпризом.

– Тут все в радиации. Не бойтесь, проведу, где меньше всего бьет по телу. Сам же с вами ползу, – застегивая плащ, пояснил сталкер. Про эту деталь нашего похода я знал. Еще под утро мы обговорили с Хрипом эту проблему. Я так и не спал, дежуря возле морщинистого, зато получил антирад.

Ставр замер, словно превратился в статую из металла: нелегко вести группу, пусть даже военных, через местность, зараженную радиацией, непросто убедить бойцов следовать за ним и выполнять задачу.

– Товарищ майор, разрешите раздать препараты?

– Раздавай. Давно пора, – дал добро командир. Без всяких эмоций, словно так им заранее было задумано. «Высокая способность к принятию правильных решений», – сделал я вывод.

Чья-то фляга с чистой водой пошла по кругу, таблетки проглатывали и требовали добавки. Объяснил, доказал, что в медицине самое важное – это дозировка.

Ставр вернул всем походное построение, и мы двинулись за сталкером. Переход в Долину сопровождался треском дозиметра и резким усилением дождя. Капли неприятно стекали за шиворот, одежда промокла за считаные минуты.

Нежадный сталкер, который скинул арт Ставру, внезапно замер.

– Готовы? – впервые за весь поход поинтересовался он.

– Мы всегда готовы, – ответил майор.

– Тогда за мной, соблюдая режим тишины. И не дай бог кто-то заорет, что тут радиация.

Мы все промолчали. Взрослый дядька отчитывал нас, как детишек в садике.

Хрип окончательно привел амуницию в порядок, достал из рюкзака горсть болтов и рванул, словно раненый заяц. Вонь от Болот, которой я нанюхался еще полгода назад, усилилась. Странное начиналось утро. Хоть и пасмурное, но света должно было поступать больше. За сотню пройденных нами метров погода резко ухудшилась. Вода лилась с низко проходящих туч – было ощущение, будто я засунул голову под кран. Свет, который и так нас не баловал, превратил пейзаж в унылое серое полотно: холмы, сиротливые деревья, разбросанные шлакоблоки и бетонные плиты. Казалось, тут шла стройка века, а потом – бац! – и все прекратилось. Хотя так оно и было.