Взломать Зону. Черная кровь - Наиль Выборнов

Светошумовая граната застала мутанта врасплох, ослепив и оглушив его. Монстр стоял на коленях посреди комнаты, слепо тараща глаза и, как мне показалось, даже не догадываясь о нашем появлении.

Может быть, он и мог бы почувствовать наш запах, но воняло от нас точно так же, как от всего помещения, – гнилым мясом. А вонять здесь было чему – у противоположной стены лежала целая груда наваленных друг на друга разлагающихся трупов.

Я вскинул автомат и высадил короткую очередь в голову мутанта. Мои спутники дружно поддержали меня огнем.

Тварь завалилась на пол, но продолжала дергаться, только я никак не мог понять, дергается она сама по себе, в агонии, или от пулевых попаданий. Секунд через пять в магазине закончились патроны, я быстро заменил его на полный, но больше не стрелял.

Мутант затих. А мы наконец перевели дух.

– Что это было? – спросил я и с опаской подошел к трупу мутанта.

– Бывший пожарный, очевидно, – ответил Вик. – С дежурной смены. А вон там, видимо, его расчет.

Я посмотрел на валяющиеся вдоль стены трупы и понял, что они все похожи на ту тварь, которую мы только что убили. Это было ясно, несмотря даже на то, что тела их были сильно поедены, да и разлагались тут уже достаточно долго.

– Мне кажется, это он их всех, – указал Вик на монстра, рядом с которым стоял я. – Весь расчет обратился во время Всплеска и не смог выбраться наружу. А жрать им надо было, причем много. Вот за две недели они и перебили друг друга, а остался только один.

– Гребаные вендиго, nigga, – согласился я.

– Или просто несчастные люди, – пожал плечами русский. – Интересно, почему Всплеск подействовал не на всех людей. Эти были в здании и все равно обратились.

– Может быть, поле излучения неровное? – предположил я. – Я не физик, я привык бить морды людям за деньги – на ринге, конечно, dog. В жизни я этим занимаюсь только для души – бесплатно.

– Да какая разница? – выпалил вдруг сталкер и произнес что-то на незнакомом языке. Я почему-то привык, что ругаются люди, как правило, именно на родных языках. – Нас осталось четверо, сможет ли ваш парень вести машину? Придется бросать гребаный пикап, вы же броневик не бросите?

– Не бросим, – сказал я. – Мы с ним через столько прошли, что я его даже на «Миротворец» не поменяю.

– Парни, – раздался слабый голос. – Вы куда делись? И что произошло?

– Рано ты своего друга похоронил, homie, – усмехнулся я. – Теперь ничего бросать не придется.

Мужик действительно оказался жив. Приложившись головой о дверцу шкафа, он вырубился и пропустил все веселье. Кое-как приведя сталкера в порядок, мы выбрались через следующую дверь в гараж.

Нужные нам машины оказались там. Забрав труп полицейского, мы вывели тачки из гаража и колонной из пяти машин поехали к небоскребу.

* * *

– План все помнят? – спросил сержант, загнал патрон в дробовик, дернул на себя цевье, после чего продолжил набивать магазин.

– Помним, nigga, – ответил я.

Я утопил стопор приклада, слегка подрегулировал его и приложил к плечу. Никогда особо не любил дробовики, но для стрельбы в помещении они подходили лучше всего.

Виктор выбором оружия был доволен еще меньше, чем я, но тоже предпочел промолчать.

Дэнни мы оставили на базе отлеживаться в лазарете: человеку, пережившему клиническую смерть, не следовало участвовать в спасательной операции.

– Да чего там помнить, – пожал плечами русский. – Все же просто: стреляем в окна, ставим лестницы, залезаем наверх, забираем людей. Просто – как кусок пирога.

– Как кусок пирога, – согласно кивнул сержант.

– Началось, – послышалось из кабины. – Можете выбираться наверх.

– Вперед, – скомандовал ди Оливеру, открыл люк и, мгновение спустя, исчез в нем.

Я повесил ремень с дробовиком на грудь, поправил подсумки и последовал за сержантом. Кое-как выбрался наверх, огляделся и присвистнул: улица была заполонена тварями, напоминавшими зомби из хоррор-фильмов. Причем монстров было настолько много, что эта толпа вполне могла бы остановить тяжелые пожарные машины. А на броневике мы здесь не проехали бы стопроцентно.

Таверес, видимо, знал о том, что происходит на этой улице, поэтому позаботился об этом заранее. Вот для этого-то и готовили бульдозер, который стоял на стоянке.

Твари не могли остановить машину, способную разрушать дома. Бульдозер просто сминал и отталкивал ходячие трупы, оставляя за собой широкую просеку, которая не успевала затягиваться, поэтому колонна проезжала вполне нормально.

За мной на крышу пожарки выбрался и Виктор. Твари тянули к нам руки, но, разумеется, не могли дотянуться. Колеса той же «Ивеко» были едва ли в полтора метра диаметром, а от нас до земли было, наверное, все три с половиной. Может быть, даже четыре.

– Надеюсь, там никто не боится высоты, – сказал вдруг русский, рассматривая окна торгового центра.

– Даже если боятся… Думаю, тварей они боятся гораздо сильнее, – ответил сержант, облизнул пересохшие губы и добавил: – Пить охота.

– Держи, – сунул ему флягу Вик.

– Спасибо, – ответил полицейский, отвинтил крышку и сделал несколько глотков.

Этим ди Оливеру буквально привел меня в ужас. Не потому что пил нашу воду – мы ее все равно получили от людей Тавереса, – а потому, что проделал это, не держась ни за что. На высоте четырех метров, на крыше движущейся машины.

– Вон там – окна фудкорта, – показал сержант на высокие окна на третьем этаже, отпил еще немного, вернул флягу хозяину. – Нам нужно их разбить, потом подгоним машины, поднимем лестницы – и вперед.

– Мне вот интересно, как мы вообще будем уезжать отсюда? – сказал вдруг я. – Пока мы будем возиться, зомби снова окружат тачки.

– Рановато ты об этом думаешь, – ответил ди Оливеру. – Сначала разберемся с тем, как людей вывести. И чтобы никто не навернулся прямо в толпу мертвяков.

– Огородиться бы как-нибудь, – озадаченно заметил я, не обратив внимания на слова сержанта. – Или, может, попробуем поджечь их, nigga?

– Ужастиков американских пересмотрел? – спросил тот, усмехнувшись. – С утра дождь идет, одежда на мутантах мокрая, в самих мутантах полно воды. Не загорятся они. Можно, конечно, отстреливать их с высоты, но и в этом особого толка все равно нет. Их здесь слишком много.

– По мокрой лестнице – на третий этаж, – поморщился Вик. – Кто-нибудь в любом случае сорвется.

– Посмотрим.

– Какая-то странная логика, nigga, – пожал я плечами.

Когда мы подъехали к зданию на достаточное для стрельбы расстояние, сержант вскинул дробовик и стал палить по окнам. Мы с Виком поддержали его, и скоро несколько самых больших стекол фудкорта рассыпалось по асфальту.