Последний алхимик - Юрий Корчевский

– Сапожник я. Извольте мерки с ноги снять?

– Изволю, – буркнул Никита.

Он хотел обдумать сложившееся положение, а в одиночестве остаться не получалось. Впрочем, сапожник много времени не отнял. На куске кожи ножом обвёл обе ступни и откланялся. Никита оделся полностью в свою одежду. Подумал, опоясываться ли кинжалом? Не стал, оставил боевой нож в комнате. По лестнице в парк спустился. Парк велик, за деревьями соседских построек не видно. А перед домом набережная из камней, воды Невы видны. К реке потянуло. Всё же петербуржец он, узнает постройки на другом берегу, сориентируется. К своему стыду, он не помнил, где расположена дача Безбородко. Где его дворец в старой части города, знал, мимо проходил не раз. Правда, город он знал в современных границах и постройках. Подошёл к забору из металлической ажурной решётки. За ним двадцать девять каменных львов, держащих в зубах железные цепи. Красиво, необычно. А на самой набережной два сфинкса и кораблики видны. Никита обернулся, а справа, на удалении шагов тридцать, слуга стоит, приглядывает за гостем. Ну и бог с ним, думать-то он не мешает. Повернул от реки в сад. Дорожки битой кирпичной крошкой посыпаны. Практично, после дождей, которые в Питере не редкость, обувь не выпачкаешь.

Стал размышлять. Если князь у себя на даче оставил да слуги хлопочут, выполняя указания – переодеть, обуть, в надлежащий вид привести, стало быть, Безбородко виды на него имеет. И не очередным слугой, их и так хватает. Скорее всего, для опытов в алхимической лаборатории. Только если раньше алхимики гонениям подвергались, то сейчас он под покровительством князя, да и самого Павла, поскольку он масон. Вариантов два, один другого не лучше. Первый – проводить опыты, князю алхимик с опытом нужен, тем более Никита заинтересовал его эликсиром. Вот только какие перспективы? Хотя плюсы есть, поскольку он на всём готовом и для себя интересно, у масонов наверняка литература есть и кое-какие наработки. А второй вариант – сбежать при удобном случае, выбрав удачный момент. Но только отрицательные моменты от побега. Родни или друзей, где остановиться на первое время можно, нет, как и денег. К тому же после побега для князя он становится если не врагом, то лицом, в городе не желательным. Посему выходит – надо оставаться. Не для того его князь на даче оставил, чтобы облагодетельствовать и отпустить на все четыре стороны.

К вечеру первым снова заявился портной. Никита удивлён был, поскольку доставили всё – рубашку, камзол, коротенькие штанишки зелёного сукна, едва ниже колен. А ещё длинные гетры, подтяжки для штанов.

– Извольте примерить! – поклонился портной.

Ткани качественные. Без позолоты или серебряного шитья или жемчужных пуговиц, как у князя, но выглядит одежда достойно. Никита переоделся в обновки, всё в пору пришлось. Покрутился перед зеркалом под бдительным оком портного, а придраться не к чему, сидит ладно.

– Спасибо, братец, за отличную работу, – похвалил Никита.

Видимо, не часто похвал портной удостаивался, глаза довольно блеснули, улыбнулся.

– К завтрашнему вечеру ещё один подобный наряд будет, только синий.

И с поклоном вышел. Попозже сапожник пришёл, в руках башмаки из свиной кожи с латунной большой пряжкой. Никита обулся, прошёлся. Кожа мягкая, хорошей выделки, нигде не жмёт, хотя башмаки выглядят немного грубовато. Удобно в них, отвык от туфель, уж сколько лет в коротких сапогах ходил. Так в новой одежде и башмаках встретил князя. Тот уж затемно приехал. Большой, весёлый, громогласный – сразу весь дом собой заполнил. Слуги забегали, собирая на стол.

Князь сразу поинтересовался:

– Почему не ел? Али кручинишься?

– И это есть. А ещё не приглашали.

Князь засмеялся.

– Это ты слугам указывать должен, чтобы стол накрыли.

За столом, кроме них двоих, никого не было. И вина не было. Мясные, рыбные блюда, фрукты.

– Что, винца хочется? – заметил князь. – Вино да девки – это для отвода глаз, можно сказать – театр. Зато все знают – пьяница и дамский угодник князь, заговоров супротив государя не умышляет. Да ты ешь, у нас разговор серьёзный предстоит.

Князь на кушанья налегал. Никита за день проголодался, тоже с аппетитом ел. Когда насытились, князь встал, направился в кабинет, Никита – за ним. Князь в кресло уселся, набил трубку табаком, закурил.

– Можешь угощаться, табак отменный, из Голландии доставлен.

– Спасибо, не курю.

– А, ну да, ты же из другого времени, когда табак не курили.

Князь выпустил клуб ароматного дыма, задал вопрос:

– У тебя ни родни, ни знакомых в Петербурге нет?

– Откуда им взяться?

Князь удовлетворённо кивнул.

– А хочешь ли всерьёз алхимическими опытами заняться? Все условия создам, ни в чём отказа не будет, только скажи мажордому, что надобно, всё найдёт.

– Можно вопрос?

– Конечно. О жалованье спросить хочешь? Резонно! Двести рублей серебром положу, а в случае успеха удвою.

– Это не главное. Основное – зачем вам философский камень? Вы не бедствуете, да и ложа, как я думаю, тоже?

– Хм!

Безбородко уставился на Никиту не моргая. Как будто оценить хотел.

– Вопрос в самую точку, ты не так глуп, как показался мне вчера. Мне лично ещё один слиток золота не прибавит богатства или знатности. Скажу как есть, только оценишь ли масштаб?

– Попробую.

– С помощью философского камня мы получим золото, много золота, забьём им склады.

Князь затянулся трубкой.

– Золото нельзя есть, нельзя использовать для строительства, а если продавать иноземцам, оно обрушит рынок и будет дешевле серебра или меди, – вставил Никита.

– Весомый аргумент! Но мы, российские масоны, распорядимся золотом разумно. Наймём лучших в своём деле людей из разных стран, пусть работают здесь. Я имею в виду корабелов, инженеров, архитекторов, оружейников, да много кого. Они не только своими руками и умом будут создавать передовое, лучшее, но и помощников обучать, чтобы в России свои мастера были.

Князь смотрел победно.

– За этими планами стоит превосходство над миром? Как сейчас Англия или Испания.

– В логике тебе не откажешь, умён, умеешь из малого делать выводы, – кивнул князь. – Только я тебе этого не говорил, держи язык за зубами, если не хочешь, чтобы тебе его укоротили.

– Противодействие большое будет, как прознают.

– А кто им расскажет?

И только сейчас до Никиты дошло, почему он ценен для князя. Родни и знакомых нет, разболтать никому не сможет, особенно если взаперти держать. Получится, как в золотой клетке. Одежда, уютная комната, жратва приличная от пуза. А захочет, так и вино подадут, и девок для любовных утех. Да только в любой момент, особенно после удачи в получении философского камня, Никита исчезнуть может по велению князя. Пришибут в подвале и зароют в парке, а может, через подземный ход вынесут ночью и сбросят в Неву. Если и выловят тело раньше, чем его в Финский залив течением унесёт, никто не опознает. Очень хитрый и дальновидный ход. Только и Никита не лыком шит. Как сюда попал, таким же путём можно попробовать назад выбраться.