Беглец - Владимир Поселягин

Войдя из технического коридора в реакторный отсек, я посмотрел остаточные показания на малом реакторе. Тот ещё не закончил глушение, поэтому, присев рядом, достал тестер и, подсоединившись к нему, задумался, после чего ввёл в комп реактора небольшой вирус и задал ему определённую программу. Через пару минут взревела тревога, которая быстро смолкла, а я поспешил обратно в схрон. Искин меня не видел и не фиксировал перемещения, поэтому я был спокоен.

Через двадцать минут на борт вернулся тот мужчина, что принимал покупку, и ещё двое. Один раб, другой техник, судя по комбезу.

От шлюзовой они сразу направились в реакторный отсек. Раб оказался корабельным инженером, именно он и проводил проверку выданным ему тестером. После короткого раздумья он сказал:

– Похоже, произошло внештатное глушение реактора, господин, которое привело к выходу его из строя. Удивительно, что он не рванул, господин.

– То есть он сломан? – спросил тот.

– Требует замены, господин, – кивнул раб.

– А ты что скажешь? – спросил старший у техника.

– Нужно заводить шахтёра в док. Я отдал приказ на прекращение глушения реакторов. Через полчаса корабль будет готов к движению. Нужно загнать его в док и провести полный осмотр, может, ещё какие сюрпризы есть.

– М-да, купили чёрт-те что, – недовольно скривился старший. – А ведь искин выдавал девяностошестипроцентную работоспособность корабля. Износ всего четыре процента.

– Бывает и такое, нур Григори. И железо, бывает, устаёт.

– Нужно быстрее продать эту развалюху. Значит, так, через два дня мы закончим с ремонтом рейдера Пила, а то он мне уже надоел своими звонками, после этого загоняйте в док шахтёра. Проведите его полную проверку и замените реактор, я распоряжусь, чтобы вам выдали его с резервного склада. Всё ясно? Всё должно быть комплектно для продажи, чтобы у покупателей не возникло вопросов.

– Вы его уже кому-то пообещали, нур Григори? – догадался техник, пока раб-инженер безучастно стоял у повреждённого реактора.

– Рот прикрой!.. – рявкнул тот и через полсекунды нехотя ответил: – Да, как раз впаривал его Зигу, у него шахтёрская матка, вот он и заинтересовался кораблём. Тут как раз сообщение от искина этого корабля. Всё одно к одному.

– Сколько у нас времени? – деловито спросил техник.

– Четверо суток, потом прибудут покупатели с пилотом для перегона. Успеете?

– Если выгнать из дока крейсер Пила, то успеем.

– Ну уж нет, он мне и так проходу не даёт. Доделывайте, потом уж шахтёром занимайтесь.

– Хорошо.

Григори ушёл к челноку и улетел на станцию, а раб и техник ещё час управляли ручным глушением реактора, пристально следя за показаниями, чтобы он не рванул. Тот уже работал штатно, хотя и выдавал некоторые показатели завышенными. Но не рванёт, мне было невыгодно превращаться вместе с кораблём в небольшое солнце.

Раб и техник на вернувшемся за ними челноке вылетели в сторону станции, а «Ан-Юго» остался в режиме ожидания, система жизнеобеспечения его работала, реакторы тоже. И я решил, что пора снимать скаф.

В жилой модуль я не возвращался, как это ни странно, жил я в камере девушки-пленницы. Там была койка и санузел. Мне хватало.

В эти два дня, пока шахтёр не загонят в док, который принадлежал местному дельцу Фрагу, правой рукой которого являлся Григори, я решил продолжить учить базу знаний. Но сначала вычистил отходы из скафа, снова заправив его, и подвесил в каюте на крючок. Потом накрылся одеялом, сверху той самой тканью, что экранировала облучение, мало ли, и начал в полусне учить базу.

Жаль, что лечебную капсулу пираты за время полёта с ещё частью оборудования, включая мой дорогой кухонный синтезатор, перетащили на своё судно. Хотя это наглость – учиться в капсуле, лучше уж так. Быстрее отреагирую на внештатную ситуацию.

* * *

Два дня в учёбе пролетели как один час. За это время я успел поднять базу всего на семь процентов. Разница учить так и в капсуле была видна невооружённым глазом.

Пока шахтёр перегоняли на станцию, в один из доков, я всё так же сидел в своём схроне и наблюдал за всем действом с помощью небольшого визора. Крейсер был осторожно помещён в док, на его стенах были хорошо видны огромные манипуляторы, и пилот покинул корабль. Почти сразу четверо рабочих, двое из них были рабами, включая прилетавшего инженера, приступили к своим обязанностям, управляя многочисленными дроидами.

Внутренние отсеки крейсера наводнили дроиды-диагносты, которые довольно ловко проводили диагностику всего оборудования, а два огромных инженерных дроида начали снимать часть обшивки у реакторного отсека, чтобы вытащить повреждённый реактор. А он точно повреждённый. Сломал я его капитально, остаётся только выбросить, нужен новый. Но это я так, мысли вслух, местные, как я вижу, в теме, тоже это понимают.

Приходилось лежать в схроне, стараясь не двигаться, чтобы не выдать своего присутствия, пока не прозвучал сигнал обеда, который я так ждал. Рабочие дисциплинированно прекратили все работы и направились кто куда: вольные – в кафе или столовую станции, рабы – в небольшую конторку, где им накрывали непритязательный стол.

Осторожно приподняв крышку схрона, что находилась прямо у шлюзовой, под прицелом оборонительной турели я выбрался наружу. За мной последовали все мои четырнадцать дроидов, как диверсионные, так и дешифраторы. За это время я научился одновременно управлять ими всеми, поэтому мы направились к открытой нараспашку шлюзовой, находившейся с другого борта от обедающих рабов. Не хотелось, чтобы они были свидетелями, кто их знает, что у них в голове.

Сидя на корточках у входа, я ждал, пока два диверсанта не дадут добро на выход с корабля. Я был в одном инженерном комбезе, скаф техника в свёрнутом виде был закреплён у меня на спине, чтобы не мешал. На боку игольник, на поясе тестер и малый инструментарий, на груди в ножнах отличный штык, ну и гражданский шокер в одной из двух сумок. Вот и всё вооружение. Тут оно, скорее, для самоуспокоения, настоящее моё оружие – знания и умения.

«М-да. Это не мой самодельный взломщик кустарного производства. За семнадцать секунд они нашли выходы технической связи местной службы безопасности, взломали коды и переориентировали картинки, чтобы камеры меня не видели».

Получил сигнал от дроидов – моя нейросеть была активна. После того как я выучил базу «Нейросеть», узнал очень много о сетях, особенно об их тонких настройках, о которых обычные пользователи даже не подозревали. Так что сигнал моей сети очень трудно засечь, особенно после того, как я с ней капитально поработал. Я поправил две тяжёлые сумки, висевшие на плечах, осторожно вышел из крейсера, спустился по приставной лестнице на палубу дока и быстро направился в сторону лаза в технический колодец мимо дроидов, которые находились в ожидающем режиме. Им я был не интересен. Через пару секунд я со своими питомцами скрылся в одной из шахт станции. Что ж, могу сказать: я на станции, осталось самое простое – захватить её.