Сотник. В ответе за всех - Евгений Красницкий

С радостным хохотом ратники набросились на пленника…

– А давайте перед эти отрежем ему яйца! – подбежав, Горислава плюнула половцу в лицо, добавив несколько самых гнусных ругательств, и выхватила нож. – Я сама отрежу, да! Можно, господин сотник?

– Да пожалуйста! Мне-то что?

– Благодарствую…

– Ты, конечно, думаешь, что попадешь прямо на небо к вашему богу Тенгри. Попадешь! Только без яиц. Не воином – евнухом, бабой. Хочешь такой доли? Пожалуйста, получи!

– А-о-у-у-у-у!

Половец не закричал – завыл диким зверем! Видать – проняло. Да тут любого бы проняло. Даже Рогволд – и тот с отвращением передернулся.

– Не надо! Уберите от меня эту… Вы не все знаете! Я расскажу, да… Я помогу… помогу вернуть…

– Поможешь? Как? – сотник подал знак воинам. Все отошли, лишь Горька уселась в траву неподалеку, поигрывая ножом и плотоядно посматривая на жертву.

Рывком усадив парня, Миша презрительно выпятил губу:

– Ну? Что ты там хотел? Говори. Пока я не передумал слушать.

– Я… меня зовут Саркел, а моего князя – Василь-ко. Василько из рода Будимира. Он… младший князь, у нас небольшая орда. Подчиняемся князю Ростиславу…

Василько, Ростислав… средь половецкой знати не так давно пошла мода на русские имена. С кем воевали, с тем и роднились, и много чего заимствовали. Правда, крестились редко, верили в шаманов, духов и в единого небесного Отца – Тенгри. За это русские князья их втихаря презирали и не считали за урон чести, если надо, разорвать мирный договор с каким-нибудь половецким правителем. Так сказать – в одностороннем порядке. Если было выгодно. Какая сила у договора с язычниками? Конечно же никакой.

– Все так и было, как ты говорил, князь, – славянской речью половец владел отлично. – Мы всегда здесь кочуем… увидели знак. Князь Василько и приказал – напасть, убить… Потом, в Киеве получили бы за это звонкой монетой.

– Потом? Хм…

– Нас никогда не обманывают, князь! Василько платит в Киеве… кому, он никогда не говорит, клянусь Тенгри! Но я знаю, что платит. В орде заправляет Роксана-ханум, старшая жена князя. Очень умная и хитрая женщина.

– Хитрая, говоришь? Ну-ну… Ваша орда далеко?

– Три дня пути. Но небольшая часть – совсем рядом. Там сам князь. Пока идут корабли…

– Понятно. Шакалите на волоке. Что ж… Покажешь дорогу! И не думай – я возьму с собой всего лишь десяток воинов. Всего лишь десяток. Мы не будем мстить, просто договоримся. Твой князь Василько ведь не дурак?

– Не дурак, – со вздохом кивнул Саркел. – Но пленницу он на меня не обменяет. Я ведь из простых.

– Знаешь, дева тоже не боярышня. Ладно, хватит болтать. Завтра с утра отправимся в путь.

Миша спросил сам себя: а если бы пленный молчал? Спросил – и усмехнулся. Если бы молчал – пошел был на кол! Без всяких моральных терзаний. Михайло когда-то своих казнил лично – не так уж и давно, что уж говорить о прямых врагах! Так что – на кол, и ничего личного. С врагами, да еще причинившими урон – только так!

С Рогволдом уговорились встретиться после порогов, на чистой воде – и это был крайний срок. После волоков корабельщики обычно останавливались на дневку… Плюс еще день варяг обещал подождать. Итого – шесть дней.

– Успеем, – уверил сотник.

Варяг вскинул глаза:

– Ты удивляешь меня, друг! С небольшим отрядом против целой орды! На что ты надеешься?

– Скажу честно – я думаю их напугать!

– Чем?!

– Войной. Чем же еще-то?

Тактику управленческой военной науки когда-то разрабатывал еще Клаузевиц. С тех пор ничего не устарело. Миша прикрыл глаза, вспоминая прямо по пунктам… Война – есть продолжение политики, когда иные средства исчерпаны. Будем считать, что здесь иными – просто никак. Далее – по порядку.

Первое: политические цели войны диктуют цели военные – для обеих сторон. Что у нас можно принять за политические цели? Пусть будет одна – освобождение Варвары. Хорошая, вполне достойная цель, пусть и не совсем политическая… вернее – совсем не политическая. Хотя… как подумать. Показать, что он, Михаил-сотник, в ответе за всех своих людей и никого просто так не бросит!

Второе. Выбор политических целей осуществляется с учётом ожидаемых выгод (затрат) от их достижения и при учёте таких же выгод (затрат) от их недостижения. Ожидаемые выгоды – возвращение пленницы… и повышение авторитета господина сотника. Если же результат не будет достигнут – авторитет упадет ниже плинтуса? А вот и нет! Правильно сказал Рогволд – десяток против целой орды. Сотник – дурень, конечно… но – герой! Герой несомненный. Особенно если погибнет… Если погибнет – тогда что? Никто в Царьграде дев искать не станет? Станут. Тот же Премысл – парень надежнейший, а от раны он оклемается, ничего.

Третье. Выбор военных целей осуществляется таким образом, чтобы потенциальные затраты на их достижение не превосходили потенциальные выгоды от достижения целей политических. А какие затраты? Не такие уж и большие… Всего-то… Тьфу! Тут и говорить не о чем. Лишь бы новый знакомец, господин Ставрос, согласился бы…

Четвертое. Неверная оценка военных возможностей врага может привести к невыполнению военных целей и проигрышу. А вот тут – все верно!

Еще есть и пятое, шестое… но пока достаточно и первых пунктов. Вполне!

– Дружище Рогволд! Сдается мне, давненько мы не навещали нашего приятеля грека…

– Х-хо! Он как раз звал.

Рано утром «Огненный конь» подошел к левому берегу. Сходней не спускали – сотник вместе со своими людьми попрыгали прямо в воду. Подхватили поклажу. Тяжеленько тащить, но… своя ноша не тянет.

Михайла взял с собой даже не десяток – всего четверых. Тех, кто посильнее – Велебуд, Златомир, Вячко. Хотел еще Жердяя, но напросился Ермил. Сказал, что половецкую речь ведает. Не очень хорошо, правда, но хоть что-то. Да и за пленником нужно было присматривать, его сотник тоже прихватил.

– Может, все-таки возьмешь еще воинов? – прощаясь, предложил Рогволд.

– Нет, – сотник отрицательно мотнул головой и улыбнулся. – До встречи, дружище. Спасибо, что помог уговорить грека… До встречи, Горислава.

– Удачи! Да поможет тебе Господь!.. и старые боги – тоже.

Горька вскинула брови.

– Вы такой нарядный, господин сотник! Будто к самому кесарю собрались.

– А здесь каждый тать мнит себя императором. Приходится соответствовать ожиданиям… Ладно, парни. Пошли!

И впрямь – нынче богато выглядел сотник. Прямо истинный князь, король червонный… или по крайней мере – валет! Ну, так и что же? По одежке встречают. Богатая одежда в те времена сама за себя говорила – никаких удостоверений не надо. Вернее, одежда таким удостоверением и являлась. Ах, шикарно выглядел Миша! Длинная, затканная златом византийская туника, узорчатый плащ, наборный золоченый пояс с мечом в синих сафьяновых ножнах. На ногах – юфтевые зеленые сапожки, тоже ромейские, а еще – ожерелье, браслеты, кольца! Нарядился Миша, как новогодняя елка. Шапку только не надел – жарко. Вместо шапки – диадема… почти что королевская. На поясе – большой сигнальный рог. Варяжский. Вот такой вид! Что ж, в добрый путь.