Стазис - Вадим Картушов

– Ну давай, маленькая ведьма, – сказал Горбач. – Можешь поколдовать, чтобы узнать, кто там сидит и куда нас везет? Руки на кабину наложить или как-нибудь так?

– Я так не умею, – сказала Лиза. – Я вообще колдовать не умею, на самом деле колдуют только в сказках.

– Видел я те сказки. Ладно, особо и не рассчитывал, если честно, – сказал Горбач.

Он аккуратно подошел к окну, держа пистолет готовым к стрельбе. Чертыхнулся, снял предохранитель. Колымцев идиот, сам не мог его снять? Капитан, мать твою за ногу.

– Слушай, – сказал Горбач, оглядываясь на Колымцева. – Ты, может, чувствуешь своим колдовством…

– Нет у меня колдовства, – сказала Лиза.

– Ну этим своим… Я этого выродка, случайно, не убил? Там так хрустнуло хорошо. Поколдуй, проверь?

Лиза посмотрела на Горбача искоса. Подошла к Колымцеву, потрогала затылок, пощупала пульс на запястье.

– Вот так просто? – удивился Горбач.

– А как надо, блин? Поколдовать?

– Ладно, ладно. Живой он?

– Живой, – сказала Лиза. – Череп у него крепкий.

– У него все крепкое, это не человек вообще, а отродье… Слушай, давай мы его из грузовика хотя бы выбросим, зачем он здесь?

– Без сознания, на ходу? – спросила Лиза.

– Ну, в общем, да, – признался Горбач.

– Там еще Стазис сзади, помнишь? Это еще более жестоко, чем просто ему в голову выстрелить, – сказала Лиза.

– Не подумал об этом.

«Конечно, подумал, – признался он про себя. – Ну Стазис, и что? Очнется, хоть увидит, какой он бывает. Герой, кверху дырой».

– Ладно, свяжи его хотя бы, вон веревка валяется, – сказал Горбач. – А то мне одной рукой с пистолетом неудобно. И еще вопрос… ты не можешь потрогать кабину и понять, кто там сидит?

– Нет, – коротко ответила Лиза.

– Плохо, – сказал Горбач.

Лиза начала вязать Колымцеву руки за спиной. Выходило у нее ловко и быстро. «Потрясающе одаренный ребенок», – подумал Горбач. Он собрался с духом и громко постучал в окно-перегородку.

– Я буду стрелять! – крикнул Горбач. – Кто там, отвечай! На последнем слове голос предательски дрогнул. «Ну и черт с ним, зато у меня пистолет, – подумал Горбач. – Но если окажется, что там эмиссар, я не знаю, что сделаю. Наверное, сойду с ума, как Колымцев. А если он на ходу запрыгнет в кузов? Как тогда, в зиндане?»

Его услышали. Грузовик проехал еще несколько десятков метров и затормозил. Хлопнула водительская дверь. Кто-то неторопливо выбрался из кабины и двинулся к заднему борту машины. Горбач отслеживал перемещение на слух, водил стволом вслед за шагами. Он всерьез думал, не стоит ли выстрелить через брезент. На всякий случай.

– Не пальни случайно, – сказал человек за бортом грузовика. – Спокойно, здесь свои.

Горбач не верил.

– Спокойно. Свои здесь, – повторил человек.

Горбач не стал опускать пистолет. «Видал я своих, которые пострашнее любого чужого», – подумал он.

Человек запрыгнул на приступку и залез в кузов. Горбач машинально отступил на шаг, не опуская пистолета, и споткнулся об Колымцева. К этому времени Лиза уже связала ему руки за спиной. Кажется, весьма надежно. Удивительный ребенок.

– Не пальни, говорю, малой, – сказал боец Колымцева. Он с недовольным видом отряхнул штаны – замарался о пыльный кузов, пока залезал. С недоумением посмотрел на связанного и оглушенного Колымцева, цыкнул с восхищением. – Вы чего тут устроили? Что не так с вами, дети? – спросил он.

– Еще шаг, и я в тебя выстрелю, стой на месте, – сказал Горбач. – И мы не дети.

– Ей лет двенадцать же, – сказал боец Колымцева и указал на Лизу.

– Если будете много разговаривать, я вас тоже свяжу, – сообщила Лиза.

– А ты вообще на вид подросток, вымахал, а сам тощий, – сказал боец невозмутимо. – Как же не дети? Дети и есть.

Он не казался испуганным – скорее, весело недоумевал. Коротко посмотрел на Колымцева, словно хотел взглядом проверить, крепко ли завязаны узлы. Кивнул с уважением и тут же потерял к телу шефа интерес.

Лиза пару раз аккуратно пнула Колымцева, подергала за плечо. «Проверяет, не очнулся ли», – подумал Горбач. После этого Лиза аккуратно встала в сторону, чтобы не мешать ему стрелять, и сложила руки на груди.

– Ты собираешься рассказывать? – спросил Горбач. – Если нет, то отдай ключи от машины и беги отсюда, или застрелю.

– Застрелю, застрелю, скучные какие дети, – сказал боец грустно.

– В колено выстрелю, – сказал Горбач.

– Да у тебя руки трясутся, в колено он стрелять собрался, – сказал боец. – Ладно, давайте договоримся, раз уж такая странная ситуация сложилась у нас с вами, дорогие мои люди. Я расскажу, что вы там хотите услышать, а дальше пойдем вместе.

– Дальше мы решим, что с тобой делать, – сказал Горбач.

«И уж точно никуда не пойдем с тобой вместе, мутный ты какой-то, – подумал он. – Что за фокусы? Где водитель? Почему он такой спокойный вообще, у него же конвойные бунт устроили?»

– Лады, порешаем как-нибудь, – легко согласился боец. – Ну, давайте свои вопросы, детвора. Только держи крепче эту штуку, а то пипидон себе отстрелишь, а тебе же еще семью заводить, вон молодой какой.

Он поплевал на ладони, подергал откидной борт грузовика, крепок ли, и уселся на него, как на скамейку. Закинул ногу за ногу, порылся во внутреннем кармане жилета, достал папиросы. Закурил. «Что такое пипидон?» – смятенно подумал Горбач. Чуть вслух не спросил.

– Как тебя зовут, откуда ты родом и к какому клану принадлежишь? – спросила Лиза.

– Зовут меня по-всякому, но чаще сам прихожу. Родом я то оттудова, то отсюдова. Отовсюдова родом. Про клан, наверное, рановато вам еще знать. Что еще хочешь узнать? – уточнил боец.

Он затянулся и блаженно выпустил струю внутрь кузова. Горбач кашлянул и на всякий случай отступил еще на полшага. Вдруг это маневр. Дыма напустит, прыгнет, оружие выбьет. Лиза сделала еще лучше – оттолкнула тело Колымцева и встала за него. Колымцев был тяжелый, и Лиза пыхтела секунд десять, но Горбач не мог ей помочь. Он держал бойца на прицеле, пока тот с улыбкой делал вторую затяжку.

«Молодец какая, – подумал Горбач. – Теперь между нами туловище этого животного. Если будет прыгать, может споткнуться. Да и прыгнуть теперь сложнее». Он внимательно посмотрел на бойца. Тот сидел абсолютно расслабленно, насколько позволял откидной борт, и прыгать никуда как будто не собирался.

– Вы знаете, что при детях курить плохо? – спросила Лиза.

– Знаю, но мне наплевать, – сказал боец. – Это был второй вопрос? Мы так надолго застрянем. Тощий, у тебя вопросы есть? Например, что такое пипидон? Могу рассказать, у меня времени много.