Горец. Оружейный барон - Дмитрий Старицкий

— Там есть кому пулеметами заниматься, экселенц. Докладываю: завод «Гочкиз» в Будвице вышел на производительность в двадцать ручных пулеметов в день. Можем и больше, но нет стольких заготовок под стволы. Лимитированный нам их отпуск с механического завода. Еще четыре крупнокалиберных пулемета для испытаний собираем, но к ним мало боеприпасов. Наш патронный цех не справляется с переснаряжением — работа эта мало того что кропотливая и ручная, так еще не сильно-то и оплачиваемая — желающих мало, а на нем еще и план по заранее заказанным пистолетным патронам висит. А патронный цех «Коде» нам еще не передали. Завод «Гочкиз» во Втуце к концу месяца будет выдавать по пятнадцать станковых пулеметов в день из наших комплектующих, но со своими стволами. Думаем перенести туда все производство станковых «Гочкизов» с полной локализацией. Если повезет, то там будут ковать стволы и для нас, на ручники, а то с винтовочными стволами как-то плохо выходит, экселенц. Одноразово. Скоро нам их обратно в ремонт принесут — стволы менять, а их и так не хватает. Также ведутся работы по составлению технологической карты на модернизацию пулемета системы «Лозе». Как только, так сразу приступим к его производству, но опять-таки упремся в дефицит стволов. Потенциал для расширения производства имеем, но требуется поставить еще одну собственную литейку — варить тигельную сталь. И еще хотя бы один паровой молот крайне нужен. Новый. А то старый, купленный уже подержанным, совсем разболтался. Допуски на поковки приходится делать совсем уж недопустимые. Невероятное количество металла в стружку уходит. Доклад окончил, военного флота техник-лейтенант барон Бадонверт-Кобчик.

— Вольно. Не на параде. Мало пулеметов, Савва, мало. Очень мало. А надо много. Делай их с винтовочными стволами, нам сейчас не до жиру. Промаркируй их как-нибудь отдельно, чтобы потом не путать. Выработают ресурс, так централизованно стволы поменяем, хотя бы на такие же… винтовочные. Пять тысяч выстрелов все же лучше, чем совсем ничего, — и неожиданно он поменял тему: — Пошли к поезду через лес. Тут, кстати, такие грибы встречаются… — улыбнулся он. — Собираешь грибы?

При упоминании грибов лицо генерал-адъютанта приняло несколько мечтательно-легкомысленное выражение. Вот, оказывается, как оттягивается этот железный человек.

— Нет, экселенц. Давно уже грибы не собираю, как отрезало в одночасье, — пошел я рядом с генералом. — А вот раньше любил.

Не рассказывать же ему всю эпопею с грибами при моем попаданстве в этот мир. Не поймет. А если поймет, то мне же хуже. Совсем свободы не оставят. Посадят в золотую клетку и только и будут доить на технические идеи, но уже бесплатно. Оно мне надо?

— Увеличить выпуск пулеметов в настоящий момент нет возможности, экселенц, — цеха не резиновые, а новые корпуса когда еще под крышу встанут… Станков не хватает, резцов, мерительного инструмента. Рабочих нужной квалификации мало. А тут еще Будвицкую добровольческую бригаду в штыковой атаке целиком положили, — кивнул я в сторону востока. — А у меня на нее виды были… Набрали мы с Гочем мальчишек в ученики, но когда из них еще мастера вылупятся…

— Будут тебе рабочие, Савва. Сам их повезешь обратно. И еще… принято решение о создании пулеметной школы «Гочкиз» на полигоне Многана. Готовить будет пулеметчиков-инструкторов для войск переднего края. Твоя задача обеспечить школу преподавателями и натурными учебными пособиями. В том числе и стреляющими.

— Будет сделано, экселенц.

— Есть на примете кандидатура начальника для такой школы?

— Так точно, экселенц. Есть такая кандидатура — лейтенант Щолич. У него просто талант педагога. Только на полигоне и так одного субалтерна по штату не хватает. А если еще и Щолича забрать, то…

— Будут Многану офицеры, — черканул себе в блокнот напоминалку генерал-адъютант короля. — Из легкораненых. Отправим их на полигон вместо санатория. Всё там то же самое… лес, чистый воздух, усиленное питание, только скуки меньше.

Генерал-адъютант убрал блокнот в карман и опять пробуравил меня взглядом.

— Пулеметы, барон, пулеметы… Принц в курсе, все вопросы с обеспечением их производства в его ведомстве решат. Не решат — расстреляем саботажников, но дело сделаем. Пулеметы сейчас самое главное. Все остальное второстепенно. В отсутствие массовой магазинной винтовки ручной пулемет — это единственное средство резко повысить плотность огня нашей пехоты. Ты, Савва, не забывай, что титул ты получил именно за пулеметы… Авансом! Вот и отрабатывай… И не криви лицо.

— Это не по поводу ваших слов, экселенц. Это к дождю.

— Не понял?

— Лопатка простреленная ноет у меня всегда к дождю. Подвал контрразведки сказывается.

— И скоро дождь будет? — Онкен проигнорировал мои слова по поводу контрразведки.

— Здесь? — посмотрел я на синее небо сквозь зеленые кроны берез. — Через час-полтора.

— Это точно?

— Пока меня мой встроенный «барометр» еще не подводил.

Онкен показал гримасой что-то вроде «посмотрим» и сказал:

— Все, Савва, иди… Найдешь советника Крыкана, он тебе эшелон до города сформирует. Сам рабочих отвезешь и проведешь по ведомству принца. Ну, что еще?

— Экселенц, вы бы поддержали меня с идеей привлечь к патронному производству женщин. Они аккуратные и трудолюбивые, а пособия на детей, отцов которых забрали на фронт, получают мизерное.

— А дети их брошены будут? — строго спросил королевский адъютант. — Ты об этом подумал? Кто из них вырастет?

— Никак нет, экселенц. Никто не будет брошен. При заводе детский сад организуем. Пара-тройка воспитательниц из таких же матерей. Кухарка. Помещение для игр и сна и детская площадка на воздухе — всех затрат-то мизер. Зато матери спокойно работают.

— Пожалуй, поддержу я тебя в этом, как и в том, чтобы ты смог привлекать к работам инвалидов без сокращения им пенсии. Только дай пулеметы! Такого благоприятного времени у нас осталось только до осени. Потом… или островитяне царцам свои пулеметы подкинут, или те сами что-нибудь придумают. И начинай все сначала… Разведка доносит, что эрзац-бронепоезд из шпал, как ты говоришь «шушпанцер», они в Ракóвском депо уже строят.

— Железнодорожный мост через Нысю надо взрывать, экселенц.

— Зачем? — пожал плечами Онкен. — К тому же южнее у них еще паром есть. Не вижу смысла.

— По мосту царцы легко пришлют подкрепление. Ту же гвардию из Ракóва. Ничто их на этом пути не задерживает. А паром я с неба видел, как работает… Медленно. И еще одна мысль есть, экселенц. Нельзя совсем загонять Смигла в угол. Пусть паром останется ему для эвакуации.

— Нет больше Смигла, — генерал-адъютант поднял свое лицо к небу.

— Как это? — удивился я. — Неужто сняли с командования?

— Нет. Разведка доносит, что просто его старое сердце не выдержало. Все же ему за семьдесят было. Так что умер на посту, как солдат. За картой. Вчера.

— Кто вместо него теперь царцами командует?