Характерник - Сергей Лысак

— Слава Всевышнему, убрались наконец! Хасан, с этого момента ты — мой помощник и навигатор. Остаешься за меня. Сейчас я отправлюсь по делам, а вы пока можете по очереди сходить в город, только ведите себя тихо. И чтобы к утру все вернулись! Возможно, прямо с рассветом начнем выгрузку. Троим все время быть на борту…

Когда Ставрос, отдав распоряжения по поводу дальнейшей стоянки, отправился на берег, Иван осмотрел сгрудившуюся на палубе и с интересом поглядывающую на него команду. Как бы-то ни было, но его только что официально утвердили в должности, И теперь он не пассажир и хозяйский соглядатай, а самое настоящее начальство. Поэтому, приходится соответствовать. И чтобы завоевать доверие команды, первым делом надо выполнить свое обещание.

— Мехмед-бей, я никогда не был в Истанбуле. Вы знаете, где здесь хорошо кормят?

— Конечно знаю, Хасан-бей! Здесь, неподалеку от порта, есть три хорошие мейхане!

— Предлагаю всей командой отправиться туда и найти достойное применение тем деньгам, которые вы выиграли. Вы и Бахир, как выигравшие спор, идете в любом случае. На борту остаются трое из проигравших. Кто именно — пусть сами решат. Но мы им обязательно прихватим что-нибудь с праздничного стола. Согласны?

Разумеется, несогласных не было, и все шумно выразили свое одобрение действиями вновь назначенного начальства. Вскоре команда «Кирлангич» отправилась на берег, предвкушая радости жизни, а трое неудачников остались охранять судно и груз. Пусть подумают на досуге о том, что нельзя полагаться на одну лишь внешность. Она бывает обманчива, и форма не всегда соответствует содержанию.

Едва Иван ступил на пристань, его тут же охватила толчея и шум большого портового города. Вокруг было настоящее вавилонское столпотворение и разноязычный гомон не умолкал. Все же Османская империя была многонациональным государством, поэтому в ее столице можно было встретить кого угодно. Боцман Мехмед, как хорошо знающий местные порядки и до этого много раз бывавший в Истанбуле, сразу же направился по известному ему адресу, ведя за собой остальных. Иван с интересом поглядывал по сторонам. Пока что портовая часть города мало отличалась от Кафы и Керчи, разве что народу гораздо больше. Если будет возможность, надо бы выбраться в богатые кварталы города и там все осмотреть. Но не сегодня. Сегодня намечен «праздник живота» для всей команды, и если только он исчезнет, то этого не поймут. А шататься глубокой ночью по городу и искать приключения на свою голову все же не стоит. Хоть местные любители чужого добра для него и не опасны, но привлекать к себе внимание нельзя ни в коем случае. Как среди властей, так и среди собственной команды. В конце концов, кто он для всех? Ставленник хозяина, обученный многим премудростям как в морском, так и в торговом деле, а не лазутчик-одиночка, разгуливающий по вражеским тылам. Вот и не надо выходить из образа.

По дороге попалось много интересного. Богатые лавки, торгующие одеждой, посудой, ювелирными украшениями и много чем еще, а также многочисленные мелкие харчевни, возле которых крутились зазывалы, прошли не останавливаясь, Но вот в попавшуюся по дороге оружейную лавку заглянули по настоянию Ивана. Поскольку его испанский штуцер остался дома в Черкасске, ему очень хотелось иметь на борту «Кирлангич» высокоточное оружие, которое может одним выстрелом с дальней дистанции решить важный вопрос. Да и хорошую саблю надо приобрести. В Керчи втридорога он ничего покупать не стал, послушав советов капитана и боцмана, утверждавших, что в Истанбуле качественный товар можно взять гораздо дешевле. И теперь, оказавшись в царстве смертоносного сверкающего и вороненного металла, понял, что его не обманули. Здесь действительно было, что выбрать!

Матросы остались на улице, а в лавку Иван зашел вместе с боцманом, который тоже вроде бы проявил интерес. Но Иван догадывался, что Мехмед на самом деле хочет выяснить, насколько его новое начальство разбирается в оружии. Разговор с хозяином лавки начался по привычной схеме. Увидев юношу в богатой одежде, и посчитав, что его можно запросто «обуть в лапти», турок начал рассыпаться в любезностях, предлагая и расхваливая разнообразные богато украшенные «висюльки», коих у него хватало. На Иван тут же оборвал его красноречие.

— Уважаемый, мне не нужны кухонные ножи в оправе из золота и камней. Мало того, что они очень дороги, так ими еще и неудобно резать хлеб и мясо. Уж очень длинные.

— Помилуйте, бей-эфенди, какие кухонные ножи?! Ведь это настоящий «дамасск»!

— Настоящий «дамасск»? А Вы поставите сотню золотых султани на то, что этот так называемый «дамасск» разрубит гвоздь и не зазубрится? Я поставлю против.

— Хм-м… Бей-эфенди, но что конкретно Вам нужно?

— Мне нужно боевое оружие. Именно боевое, а не эти разукрашенные побрякушки.

— Есть у меня кое-что из настоящего. Не знаю только, понравится ли Вам…

С этими словами хозяин вытащил откуда-то из-под прилавка несколько простых с виду клинков, лишенных каких бы то ни было украшений. Но Иван, едва взяв один из них в руки, сразу же понял, что перед ним настоящее оружие воина. Перепробовав все, выбрал тот, что оказался по руке. Мехмед, подключившийся в разговору, тоже признал, что клинок стоящий. Но дальнейший вопрос Ивана поставил его в тупик. Впрочем, как и хозяина лавки.

— У Вас есть нарезные ружья из Русской Америки?

— Откуда?! Что Вы, бей-эфенди, такого Вы здесь нигде не найдете! Есть хорошее испанское оружие, изготовленное с применением секретов казенного оружейного завода «Меркель» в Русской Америке. Или, как говорят в Испании, «по лицензии». Оружие самого «Меркеля» в Старый Свет если и попадает, то в единичных экземплярах, добытых по случаю. К тому же, везти его просто нет смысла. Оно использует очень специфические заряды — так называемые унитарные патроны, выпуск которых в Старом Свете так и не смогли наладить. Лично я не знаю никого в Истанбуле, кто бы торговал таким оружием. А вот лицензионное испанское у меня есть! Вас интересуют именно нарезные ружья?

— Да.

— Есть очень интересные испанские штуцеры. Новинка! Но использует обычный порох и свинцовые пули, которые можно отливать самому. Вот, смотрите!

И тут перед Иваном появилось нечто. Такое, чего он никогда раньше не видел. Ружье с длинным нарезным стволом, но при этом выполненное не как единое целое, а из трех частей — самого ствола с расположенным на нем прицелом необычного вида, приклада и цевья, охватывающего ствол снизу. Качество изготовления деталей и их подгонка были само совершенство. Причем, как и на его первом штуцере, на этом вообще отсутствовали какие-либо украшения. Но самое интересное заключалось в другом. Здесь не требовалось после каждого выстрела заколачивать пулю в ствол. Заряжание производилось с казенной части, куда вставлялась предварительно снаряженная пулей и порохом сменная камора, размеры которой были очень точно подогнаны по стволу. В комплекте к штуцеру шло два десятка сменных камор, специальный кожаный пояс с удобными карманами под каморы, пулелейка и мерка пороха. Иными словами, оружие давало возможность быстро сделать двадцать выстрелов с высокой точностью на дальней дистанции, поскольку скорость перезарядки нового штуцера не шла ни в какое сравнение с обычными дульнозарядными ружьями, не говоря о старых «классических» штуцерах. Единственным недостатком этой удивительной конструкции была цена. Для массового оружия просто запредельная, поэтому о вооружении такими штуцерами регулярной армии и речи не было. Разве что для отдельных хороших стрелков — одного на сотню, но это если «наверху» согласятся раскошелиться. Пока же позволить себе такое оружие мог только достаточно состоятельный человек частным порядком.