Белая акула - Андрей Мартьянов

– Цыц, – прикрикнул я. Эрик коснулся табуированной темы, даже в закрытом университетском обществе мы старались не распространяться о крайне деликатных особенностях Крепостей. Такого секрета и выходцы с Граульфа побаивались – если о нем узнают на других планетах, от репутации Университета камня на камне не останется. – Извини… Ты отчего такой печальный?

– Вымотался за последнее время, работы много. Разве не читаешь наши отчеты?

– Щепан читает. Мне некогда, тружусь в поте лица – устранить нарушения баланса в локальных экосистемах пока не получается, Университет вроде бы разрабатывает новую корректирующую программу.

– Новую программу! – с неожиданной злостью передразнил Эрик. – Николай, поверь моим словам: кто-то совершил очень серьезную ошибку. Большую ошибку. А ректорат теперь жаждет спасти честь мундира, пытаясь это скрыть и ликвидировать последствия привычными методами! Чудовища сорвались с цепи? Прекрасно, давайте создадим новых чудовищ, пострашнее, которые сожрут первых!

– Погоди, погоди. Что значит – «сорвались с цепи»? Все настолько плохо?

– Удивляюсь твоей наивности, – буркнул Эрик. – Зависть гложет – у вас в Краловице тишь да гладь, а мы тут с ног сбиваемся! Советую почаще заглядывать в сводки региональных центров.

– Никакой тиши-глади у нас не наблюдается, – я быстро рассказал о невиданной зверюге, убитой в Черне. – Думаю, мы наблюдаем или массовые мутации, вызванные незнамо какими причинами, или…

– …Или имеем дело с нарушениями в производственном цикле непосредственно на Груальфе, – подхватил мою мысль Эрик. – Сам посуди, только в окрестностях Бьюрдала двенадцать нападений на людей за последние две недели! В прежние времена столько и за год не набиралось, если особо ретивые дворяне, желая погеройствовать, сами на рожон не лезли! Причем я говорю только о нападениях на благородных и только о тех, про которые нам известно. А простецы в дальних деревнях? Приходят к господам, жалуются, а толку-то? Благородные за каждым отдельно взятым упырем гоняться не станут, иначе из седла месяцами не вылезешь! Стража Крепостей пытается хоть что-то делать, они ведь фанатики, но Стражей мало, да и гибнут они частенько. На Лейгангере из-за нечисти торговля чахнет – видел в гавани лодьи северян? Сами с товаром приплыли! Наших варваров напугать сложно, они всерьез боятся только одного – остаться на зиму без припасов. Если ты мне скажешь, что мы имеем дело с обычными «инцидентами», я только посмеюсь! Это не инциденты, это система! Мы находимся рядом с критической точкой, пройдя которую, «Легенда» из экологической программы обернется мистическим кошмаром. Кошмар для всех, мы не исключение. Хотя бы потому, что разгребать накопившиеся проблемы придется нам.

– Не преувеличивай, – я покачал головой. – Сам знаешь, один сигнал – и зверье попросту передохнет.

– Полагаешь, Университет решится загубить проект, воплощению которого посвятил несколько столетий кропотливой работы? Да за одну такую мысль в ректорате тебя распнут вниз головой, как святого Петра! Не-ет, они будут стоять до конца, предлагать все новые «корректирующие программы», успокаивать и делать вид, будто ничего особенного не происходит! У кого хранятся коды от систем аварийного управления «Легендой»?

– У пана Щепана кодов точно нет, – сказал я. – На Граульфе они хранятся. Отдать приказ о массовой ликвидации всех особей и популяций способен только ректорат. В нашей компетенции принятие решений об уничтожении отдельных существ, ты это знаешь не хуже меня.

– Никакой массовой ликвидации не будет, – настаивал на своем Эрик. – Предположим самое невероятное: приказ отдан, несколько миллионов тварей умерли, на «Легенде» поставлен жирный крест. А что делать с тварями наподобие той, которую вы поймали возле Дольни-Краловице? Детекторы их не видят, наноконтроллеры наверняка не действуют… Вот и думай!

Верно, поводов призадуматься более чем достаточно. Откровенно говоря, у меня по спине пробежал нехороший холодок.

– Бороться с последствиями бессмысленно, надо искать причину! Высадить на Меркуриум десант лучших аналитиков и специалистов в области биоконструирования, привлечь юнонианцев – «неживая» техника и машинный искусственный разум на Граульфе недооценен, объединив усилия субцивилизаций, развивающихся по биологическому и технократическому пути, можно достичь неплохих результатов, зря мы зациклились на «жизни в ее бесконечном многообразии». Незачем делать «живую» телегу, когда гораздо проще сколотить ее из досок!

– Еретические мысли высказываешь, – я усмехнулся. – Подвергаешь сомнению общепринятые истины.

– А как иначе? – грустно сказал Эрик. – Кроме того, «общепринятое» далеко не всегда истинно. Оставим все как есть – будет только хуже. Нельзя молчать.

– Никто не предлагает тебе молчать. Накатай доклад по ситуации, обязательно – документальные свидетельства, фактологию, желательно записи рассказов местных жителей. Собственные наблюдения и выводы. Мне тебя учить, что ли?

– Ага, Щепан может и прочитает, а когда файл доставят на Граульф? Спасибо, если просмотрят и доложат руководству кафедры!..

– Повтори! – я вскинулся. – Нет, не повторяй… Понял! Завалим их рапортами! Каждый день, со всеми деталями, можно излагать с художественными подробностями покровавее, чтоб пробрало до костей! Голограммы с вывороченными кишками и зубастыми мордами приложить!

– Каждый день? – Эрик вздернул брови. – Каким, интересно, образом? Линия Планка блокирована, дальней связи нет, сферы сингулярности в космосе не реактивируешь… Режим секретности, чтоб его!

– Тогда отправляй на базу в Краловице, курьер бывает на Граульфе каждые десять дней, ходит через Металабиринт. А я затребую аналогичные доклады от всех центров наблюдения. Уверен, материалов подберется предостаточно, только на юге материка относительно тихо… Должно хоть как-нибудь подействовать!

– И дальше что? Думаешь, это повлияет на принятие принципиальных решений? Не верю. Слишком многое поставлено на кон. Мы устроили опыт вселенского масштаба, целая планета, населенная людьми, превращена в… В испытательный полигон и бестиарий только ради удовлетворения наших амбиций! Прежде всего чистая наука, неограниченное познание и стремление творить. На выходе – гора трупов наших сородичей, людей. Нельзя брать на себя функции Господа Бога!

– Надеюсь, тебя еще в католицизм не обратили?

– Начал задумываться, – взбешенно огрызнулся Эрик. – Ценности христианства не забыли хотя бы здесь, в обществе деградировавших варваров, над которыми можно устраивать эксперименты, будто над кроликами. Меркурианцы лучше нас. Честнее. Кому из них придет в голову устроить тысячелетний спектакль для соседней субцивилизации?

– У-у, да тебя гнать из Университета пора, – рассмеялся я и примирительно поднял ладони. – Сдаюсь. Я думаю точно так же. Докладывать наверх о твоих сомнениях не собираюсь, и впрямь уволят или переведут. Что конкретно надо делать, я пока не знаю. Стараюсь понять. Поможешь?

– Помогу, – вздохнул Эрик. – Знал бы ты, как сейчас тяжело. И никакого просвета.