Ликвидатор. Терракотовое пламя - Александр Пономарев

Закончив собирать рюкзак, Арина скрылась в соседней комнате и через несколько минут вышла оттуда в отлично подогнанном под фигуру комбинезоне. Из-за спины девушки выглядывал ствол американского автомата LR-300, «пустынный орёл» ждал своего часа в длинной набедренной кобуре. Золотистые волосы были забраны в аккуратный пучок на голове, на щеках красовались три тёмные полосы маскировочного грима. Не знаю, зачем она так размалевала себя, но выглядело это чертовски привлекательно.

У Байкера при виде Арины отпала челюсть, а я едва удержался от одобрительного свиста, и то лишь потому, что отец всегда был против того, чтобы я свистел дома.

Когда первый шок прошёл, я скосил глаза в сторону Насти. Мне почему-то казалось, что она ревниво отнесётся к появлению ещё одной девушки в нашем отряде, хотя бы из-за того, что её комбинезон не отличался элегантностью линий и сидел на ней, как мешок.

Видимо, я так и не научился разбираться в женщинах, потому что Настя нисколько не расстроилась.

– Хоть будет с кем поговорить, – сказала она, сжимая Арину в объятиях, – а то от этих молчунов слова лишнего не добьёшься.

– Ну, раз все готовы, пора в путь. – Я поставил пустую чашку на стол, встал и первым потопал в прихожую.

За мной потянулись остальные. Обувшись, закинув за спины рюкзаки и оружие, мы вышли в тускло освещённый коридорчик, спустились по скрипучей лестнице в сени и вышли во двор.

«Домашние» зомби уже вовсю занимались делами, а сборщики клюквы с корзинами в руках толпились возле сарая, ожидая Мугабе.

Перед ними с лаем бегал Гром. Увидев меня, волкопёс со всех ног бросился к крыльцу, закрутился передо мной, то и дело норовя встать на задние лапы и лизнуть розовым языком в лицо.

Я потрепал приятеля детских игр по загривку, почесал за ухом, достал из кармана заботливо прихваченный со стола бублик и сунул его в пасть зверю. Гром в мгновение ока слопал угощение и завилял хвостом, требуя ещё.

– Провожать не буду, – сказал отец. – Не люблю расставания. Вас, вон, Мугабе с друзьями и Гром проводят. Верно?

Волкопёс оглушительно гавкнул, переступая с лапы на лапу, а зомби что-то нестройно промычали.

Мы обнялись с отцом, похлопали друг друга по спине. Байкер крепко пожал ему руку, а Настя и Арина чмокнули в щёки на прощанье.

– Счастливого пути! А вам, Настя, желаю как можно скорее обнять своего сына. – Отец помахал нам рукой и спешно скрылся в сенях. Правда, я успел заметить, как в его глазах предательски блеснула слеза. Раньше он не был таким сентиментальным, не иначе возраст начал сказываться.

Зомби довели нас до того места, где мы вчера с ними встретились, и без дополнительной команды побрели к клюквенной плантации.

Мугабе стянул тростниковую шляпу с головы, поклонился и сказал:

– Удачи, масса Купрум. Пожалуйста, приходите к нам почаще, я давно не видел массу Лекаря таким счастливым.

– Хорошо, Мугабе, я постараюсь, – пообещал я.

Зомби растянул тёмные губы в улыбке, напялил шляпу на голову и поковылял к своим друзьям. Те уже ползали на коленях, не обращая внимания на роящиеся над ними тучи гнуса, и скребками срывали спелые ягоды со стелющихся по земле кустиков болотного растения.

Я прихлопнул назойливо звенящего над ухом комара, сверился с картой в ПДА и взял направление на висящее над далёким перелеском солнце. День обещал быть ясным и солнечным, по крайней мере, пока на небе не было ни облачка. Если б не настырно лезущие в глаза, уши, рот и нос насекомые, вообще было бы хорошо.

«Яхонт» находился на берегу круглого озера. Нас разделяли километры полей, рощиц, холмов и косогоров. Я планировал добраться до научного лагеря к вечеру, сдать Настю на поруки профессору Машковой, переночевать и поутру отправиться на поиски налётчиков на квадроциклах.

Мы всё дальше уходили на восток. Девушки шли за мной, а Байкер замыкал процессию, то и дело поглядывая по сторонам.

Болото осталось позади. Трава под ногами становилась всё гуще. Появились кустарники и отдельно растущие деревья. Перелесок на горизонте с каждым шагом становился всё ближе и выше.

Гром плёлся чуть в стороне от нас, то тяжко вздыхая, то добродушно ворча, до тех пор, пока я не накричал на него, приказывая вернуться домой. На какое-то время это помогло. Волкопёс сел на вершине травянистой кочки, постукивая хвостом, а когда мы удалились на десяток шагов, поднялся со старческим кряхтением и снова побрёл за нами. Пришлось замахнуться на старого друга автоматом. Гром попятился, плюхнулся задом в траву и так тоскливо завыл, что у меня защемило сердце в груди.

– Чего это он? – с тревогой в голосе спросила Настя.

– Расставаться не хочет, – буркнул я, убирая оружие за спину. – Боится, наверное, что больше меня не увидит: старый он уже.

Когда мы приблизились к перелеску настолько, что стал слышен шорох листвы и запахло лесной прелью и сыростью, я оглянулся на ходу. Грома уже не было на месте. Одинокая фигурка четвероногого друга уныло плелась в обратном направлении, с каждым мгновением становясь всё меньше и меньше.

Я тряхнул головой, словно гоня прочь все связанные с ним воспоминания, сверился с данными ПДА (судя по показаниям прибора, никаких аномалий поблизости не было) и зашагал навстречу тонким стволам осинок и берёз.

Лиственное редколесье быстро закончилось, и перед нами раскинулось заросшее кустарником поле. Лёгкий ветерок с юга доносил сладкие запахи медового разнотравья. Громко стрекотали кузнечики, жужжали насекомые.

Щурясь от яркого солнечного света, я приложил ладонь козырьком ко лбу, глянул в сторону заброшенного коровника метрах в трёхстах от нас. Рядом с развалинами фермы ржавел грузовик. Доски кузова давно сгнили и превратились в труху, а кабина выглядела так, словно по ней прошлись когда-то гигантским молотом. В ярких солнечных лучах купол гравитационной аномалии мерцал алмазными искрами и был хорошо заметен даже на таком расстоянии.

В другой раз я бы обязательно завернул к этой груде металлолома в поисках хабара. Аномалии и повышенный радиационный фон – идеальное место для зарождения артефактов. Как минимум «горгоной» или «пушинкой» я мог бы там разжиться. Не бог весть какие цацки, но и они денег стоят, а в Зоне, как и везде, впрочем, без них никуда. Патроны, оружие, аптечки и провиант за «спасибо» не отдают, за них бабосики просят, и немалые.

К счастью, благодаря профессору Шарову у меня этого добра было с избытком, как и у Байкера с Настей. (Думаю, Арина тоже не бедствовала в этом плане.) Так что я внёс в ПДА координаты коровника – на будущее – и взял курс на едва заметные впереди тёмные свечки тополей.

Часа через два мы добрались до шоссе и потопали по изрезанному трещинами асфальту. Высокие пики осокорей шли по обеим сторонам автострады, образуя подобие аллеи. Тени от растущих по правую руку деревьев падали на дорогу длинными наклонным полосами, теряясь в пыли левой обочины.