Пять жизней читера - Артем Каменистый

— Это что еще за цирк с конями?! — удивился Рокки.

— Привыкай, здесь на таком барахле по магазинам ездят.

— В смысле — иммунные так ездят?

— Нормальной бронетехники на всех не хватает, вот и выкручиваются, кто как умеет. Блин, я так и знала, они к магазину едут, знают о нем… вот же гады.

— Получается, это наши конкуренты?

— Да ты, блин, сама очевидность.

— Их там, похоже, не один и не два, почему твой кристалл не показал, что они здесь?

— Заряд еще не накопил, я не могу слишком часто его включать. Когда проверяла последний раз, они далеко были, за кластером, а он далеко не достает.

— Что за ребята? Нормальные?

— Да откуда мне знать? Наверное, нет, тут нормальных попробуй еще найди. Да и меня любой сейчас убить рад, ну или Ромео отвезти, если знают о его интересе.

— Тогда чего стоим? Сваливать надо.

— Да уймись ты уже, не суетись. Даже если у них есть сенс, он вряд ли отличит нас от цифр, они тут все забивают своими тушками, сплошные помехи. Посмотрим, что за народ, вдруг пригодится. Уйти можно через это здание, дальше по коридору должен быть другой выход.

Машина подъехала к магазину, остановилась, мотор, с трудом толкающий явно перегруженную конструкцию, приглушил свой бьющий по нервам рев. Распахнулась дверь кабины, одновременно с этим с невидимого с позиции Рокки бока кузова начали выскакивать знакомые фигуры.

Ну в каком смысле знакомые — именно этих людей он видел впервые, но они не очень-то отличались от большинства встреченных иммунных, если не считать Слепня и воскресшую Няшу. То есть милитаризованный вид, все при разнообразном оружии, держатся с таким видом, что любому понятно — ребята готовы убивать все живое.

Приоткрытые двери магазина приезжих насторожили, но не остановили. Створки распахнули настежь, после чего тройка проникла внутрь, еще двое заняли позицию у входа, держа под прицелом окрестности. Как минимум один остался в машине, потому как пулеметная башенка продолжала крутиться.

Няша, пристально наблюдая за происходящим, внезапно дернулась, после чего удовлетворенно выдала:

— Ну наконец-то!

— Что наконец-то? — не понял Рокки.

— Что-что! Случилось то, чего мы ждали, неужели непонятно?! Звонок прозвенел, нам пора.

Потеряв всякий интерес к наблюдению, она спустилась на второй этаж, где чуть подождала отставшего спутника.

Отчаянно ковыляя, Рокки пожаловался:

— По ровному еще нормально шлепаю, но по лестнице спускаться — просто жесть. Нам срочно надо достать велики, не то я вот-вот ползать начну.

— Не до великов нам уже, драпать отсюда пора. Где одна такая команда катается, там и другая может подъехать, не хочется с ними связываться.

— А чего это тебя любой готов грохнуть? — поинтересовался Рокки, когда догонял Няшу уже в коридоре.

— Человечность мою видишь?

— Низкая отрицательная.

— Если меня прибьешь, твоя человечность не снизится, пусть даже я при этом не буду сопротивляться. Пока ее хотя бы до нейтральной не доведу, будет лучше никому на глаза не показываться. — Чуть помедлив, девушка задумчиво добавила: — Хотя мне и без этого показываться нежелательно, Ромео так просто не отвяжется, он тупой урод, но урод упорный.

— У вас с ним что, великая неразделенная любовь?

— Ха! Смеешься, что ли?! Да этот озабоченный даже слов таких не знает. Ты на разных извращенцев еще насмотришься, тут их чуть ли не каждый второй, на любой вкус. Поведешь мотоцикл.

— Какой мотоцикл? — не понял Рокки, сбитый с толку резкой сменой направления беседы.

— Какой-какой! Мотоциклов никогда не видел, что ли?! Тут, за домом этим, один на стоянке видела, поедем на нем до метки, а оттуда вообще свалим из города. Нет, лучше я поведу, ты обязательно куда-нибудь вляпаешься, ты же безнадежный придурок.

Ну вот, то звонки у нее какие-то загадочно-секретные, то что-то темнит с Ромео и кровожадными охотниками за ее непонятно по какой причине покрасневшей головой, а теперь вот метка нарисовалась.

Тоже непонятная.

Няша была темной шатенкой, но мотоцикл вела, как блондинка из примитивного анекдота, эксплуатирующего богатую почву интеллектуальной несостоятельности светловолосых девиц. Ехала она почти исключительно дворами, обычно запутанными и изобилующими разнообразными препятствиями, на дороги выскакивала резко, почти не оглядываясь по сторонам и не обращая ни малейшего внимания на рев клаксонов и ругань водителей, реагирующих на ее выходки крайне негативно. Складывалось впечатление, что девушка неотрывно уставилась на свет далекого маяка, куда пытается добраться быстро и кратчайшей дорогой, полностью игнорируя интересы всех прочих участников движения.

На вопрос, умеет ли Рокки водить мотоцикл, он бы сейчас ответил однозначно: «Я умею это делать раз в пятьсот лучше, чем эта ненормальная».

В двух местах они едва не вляпались, чудом избежав столкновения, но даже это не научило Няшу осторожности. Патрульная машина, некстати вывернувшая из-за угла, попыталась было устроить погоню с сиреной, но в лабиринте дворов быстро отстала.

Остановились резко, в месте, где порядочным людям делать особо нечего: обшарпанная котельная, перед ней некачественно заасфальтированный пятачок, левее заглушенный кустами и бурьяном пустырь, правее коробка недостроенного здания, причем работы здесь, похоже, застопорились год назад или немногим больше — заброшенность ощущается, но пока что не сильно бросается в глаза.

Няша слезла с мотоцикла и уверенно направилась к стройке. Рокки она при этом ничего не сказала, однако он счел неправильным оставаться на месте и поплелся следом, морщась от боли в колене — оно вело себя все безобразнее и безобразнее.

Спасибо на том, что путь не затянулся — девушка остановилась возле кучи строительного мусора и при помощи подобранной палки начала в ней вдохновенно копаться. Поведение, конечно, донельзя странное, но Рокки не спешил как-либо его комментировать, ведь не зря же они полгорода пролетели на двух колесах, в этом обязан быть какой-то смысл.

Но вот какой?

Под бетонными обломками промелькнуло что-то черное, откровенно чужеродное — блестящая полированная поверхность. Несколько секунд, и Няша наконец извлекла на свет то, что ее сюда привело, — сильно вытянутый кейс из материала, похожего на пластик. Пристроив находку на бетонный блок, девушка приложила к ней обе ладони, после чего крышка сама собой поднялась, показав содержимое — темно-синий пакет, надувшийся под давлением содержимого, и короткий меч весьма причудливого облика — красиво изогнутый, с неравномерной, но приятно выглядевшей заточкой, с изломанно-суженным клинком, странно вывернутой рукоятью, с волнами по лезвию. Да уж, выглядит очень даже стильно, но явно не для мужской руки, слишком легковесный, на вид несерьезно хрупкий. Но при этом он парадоксальным образом не выглядел игрушкой — несомненное орудие убийства, а не бесполезное украшение на стену. Отдельно лежали ножны, такого же цвета, как и кейс, причем с виду чересчур узкие, чтобы в них смогло разместиться такое содержимое.