Беглец - Александр Конторович

Ну, что ж…

Эту мину мы трогать не станем, дураков нет. Пусть себе дальше стоит, даже землей её обратно присыплем. А вот взрыватель – вывернем. Так что случайно наступивший на неё человек будет иметь хоть какие-то шансы уцелеть. Если, конечно, не станет сдуру её из земли тащить. В этом случае ему можно только посочувствовать…

А вот всю периферию, включая мины и детонирующий шнур, – снимем. И потащат мои попутчики этот груз в своих рюкзаках… Будет с них хоть небольшая, но польза.

Но оставшуюся мину, разумеется, придется объезжать. Ну, это-то как раз и не страшно…

До вечера Пётр обнаружил ещё две мины – обычные противопехотки. Стандартные «ПМН-2». Здесь все обошлось без изысков. Варварски, «по-азиатски» распотрошив обе «пэмэнки», он сложил всё, что только могло пригодиться в будущем, в рюкзак. Остатки пластиковых корпусов зарыл в землю.

Ну, с этой долинкой как-то обошлось… хотя пару килограммов я тут точно потерял!

На месте стоянки было тихо, никто не балаболил и не скакал по лесу. А учатся парни понемногу! Это хорошо!

Свалив на землю рюкзак, изрядно к вечеру потяжелевший, он уставился на провожатых.

– Ну и как вам тут? Обсохли?

– Да, – кивнул Дмитрий. – И даже место ночлега обустроили!

Пару минут Беглец ошарашено разглядывал почти капитальный шалаш, сложенный из сломанных веток и лапника, потом снова закинул за спину рюкзак.

– Поднимайтесь. Пошли…

– Но… куда? И почему?! Мы тут так капитально всё обустроили…

– А голову включить лишний раз лень? То, что над этим местом регулярно беспилотники шастают, кто позабыл? Один человек для них не сильно важная мишень, а вот такой шалаш? Да в нем целое отделение разместить можно! Кто-нибудь подумал над тем, как с воздуха этот дворец фараонов смотреться будет? И что по этому поводу подумают те, кто у монитора сидит? Бегом, бля!

Некогда было рассусоливать, вещи в рюкзаки запихивались как попало. А на душе тикали часики…

Быть не может, чтобы эдакое строение не засекли с воздуха! Не бывает чудес!

– Да, что ж вы тут копаетесь?! Бросаем нафиг всё – ходу!

Хр-р-р…

Первый разрыв поднял столб земли чуть в стороне. Роман, моментально врубившись, сиганул, как мартовский заяц, в лес. Похвально – рюкзак не бросил!

Пристрелочный!

Сейчас скорректируют наводку и…

Дмитрий в ужасе вжался в землю, закрыв руками голову.

Всё – этот готов… не жилец. Уговаривать его некогда да и ни к чему. Ужас, написанный большими буквами у него на лице, всё говорил за себя. Никуда он не побежит, страх сковал руки и ноги. Не боец более. И не помощник – балласт. А если он и побежит… то пусть бегает где-нибудь в сторонке!

Скрипнув зубами, Беглец вскинул автомат.

Чвак!

Парень даже не сразу понял, что произошло.

Что-то стегануло по ноге, и она враз онемела. Теперь не убежать…

Хр-р-р…

Уже вкатываясь в кусты, Пётр увидел, как столбы разрывов окружили шалаш сплошным кольцом.

Хр-р-р…

Не успокоились, черти!

– Бегом! – увесистый пинок поднял Романа с земли.

Ветки били по лицу, сейчас он даже не хотел думать, что где-то в кустах своего часа могут ждать новые мины. Одна мысль – бегом! Уйти с этого места! Любой ценой и поскорее!

Хрясь!

Взрывная волна, пусть и частично ослабленная лесом, таки долбанула в спину, и земля сразу ушла из-под ног. Кубарем покатился попутчик.

– Подъём!

И ещё один пинок в спину.

А вот и овражек небольшой слева – то, что нужно.

– Анчар, туда! – взмахом руки указано направление собакину, пусть бежит! Авось, хоть ему повезёт больше…

Скатившись вниз, рвём клапан рюкзака, где там накидка? Да вот же она!

– Ложись!

Нет, баран упертый, продолжает он свою попытку убежать! То полз, как беременная тля, а теперь понёсся, как пришпандоренный конь!

А по зубам?

То-то…

Свалив его в промоину, Пётр рухнул сверху, набрасывая поверх металлизированную накидку. Благословенный склад… в который раз ты мне помогаешь!

– В чём дело?!

Язык прорезался?

– Лежи, бля… молчи уж, умник!

Затихли разрывы, сейчас самое время… Он почти физически ощущал, как медленно ползёт над лесом темно-серый беспилотник, шарят по кустам и зарослям чуткие щупальца тепловизора. Это во время артобстрела они видят плохо – мешает бушующий на земле огонь. А вот после… разве что кроны деревьев над головой да теплоизолирующая накидка могут обмануть чуткое око прибора.

Могут.

А может так статься, что уже через пару минут снова закурлыкает в воздухе летящая смерть – и тогда всё. Отсюда уже быстро не убежать, склоны овражка сырые и скользкие, течет внизу ручеек – он тому виной. По таким быстро не залезть, это вниз лететь нормально, а вот назад…

Да, с точки зрения того, кто там смотрит в монитор, здесь крайне невыгодная позиция. Ручей относительно холодный – значит, на его фоне ярко будет выделяться любой живой объект. Не должен сюда никто залезть – это же нелогично! Но накидка рассеивает тепло, и не очень четко виден прибору объект, это тепло излучающий. Да и не в самом ручье, слава Богу, лежим – здесь сухо, а стало быть, и земля не столь холодна. Не пропитана она водой. И разница в изменении фона понятна – тут ручей, а здесь уже обычный лес. Да и листья – они тоже свою роль сыграть могут.

Минута…

Полчаса…

Ближний радиус он уже облетел, на второй круг пойдёт или как? Ему, черту пластиковому, всё равно – день или ночь. Но за пультом сидит человек, и у того есть определённый алгоритм действий.

Высылать сюда группу?

Несомненно, но не на ночь же глядя. Поднимать вертолет не станут… слишком незначительная цель. А посылать машину… это через минные-то поля? Ночью не пошлют. Только с рассветом.

Значит, продолжит дежурство БПЛА. А как долго? Взгляд на часы – двадцать сорок три. По логике вещей, смена у оператора – четыре часа. Две посадки беспилотника для смены питания, стало быть, чистого времени в воздухе у него часа полтора или чуть больше. Пока до места долетит, пока сядет, заменят батареи… Нет, скорее всего, даже меньше… Впрочем, это, смотря как далеко ему лететь. Но в любом случае, к смене БПЛА будет на старте, должен его принять новый оператор. Осмотреть, принять дежурство, записи в журнале сделать – ещё минут десять. А потом скользнёт почти бесшумно в воздух летающий шпион…

Три минуты ждём – для гарантии.

А потом…