Белый архив - Ник Нилан

***

Девин внимательно следил за Эллой, сидя напротив нее, пока внедорожник вез их в церковь. Рядом с пленницей, тоже не отрывая от нее взгляда, находился еще один похититель. Девушка старалась сдерживать слезы и не показывать страх, хоть боялась ужасно. Она понимала, что, по сути, её везут на смертную казнь. И на этот раз шансы вырваться из цепких лап детектива – приближенны к нулю.

Девин натянул довольную ухмылку.

– Вижу, в этот раз ты неплохо постаралась, чтобы смыться – сказал он. – Грим очень правдоподобен. Я даже на секунду засомневался, ты ли это, когда достал тебя из машины.

Девин подался ближе к Элле, оперевшись локтями себе на колени.

– Ты, однако, молодец. Соблазнила богатенького и заставила его себе помогать. Тем самым, подгадила жизнь очередному наивному бедняге. Как и всем, кто был до него. Теперь, когда все закончилось, не жалко их?

– Это не я сотворила аварию, подвергая жизни невинных – заговорила Элла, сдерживая дрожь в голосе. – И не я выставила себя маньяком-убийцей перед своим парнем. Всё это твоих рук дело. И все, кто был до них, тоже страдали только из-за тебя.

– Если смотреть на первопричину, никто бы не пострадал, не сбеги ты в детстве от родителей. Закон для всех одинаковый, и придумал его не я. Каждому дается лишь одна жизнь, после окончания которой, обнуляется вся её память. И ты не станешь исключением.

Элла с омерзением посмотрела на Девина. Тот самодовольно откинулся обратно на спинку сиденья.

– Заставила же ты меня помучаться. За все время службы у меня было с полсотни заказов, но ты определенно побила все рекорды. В основном, всех удавалось крестить с первого раза. В редкостных случаях, со второго или третьего. Но 8 лет беготни – это чересчур. Через два года твоего преследования, я купил дорогую бутылку виски, и пообещал себе, что открою её только, когда крещу тебя. Так что сегодня меня ждет особенный вечер.

– Одно дело, когда крестят в детстве – сказала Элла. – У человека остается вся жизнь впереди. А что будет со мной, когда все сотрется? Кто останется, умственно отсталая девушка? Кусок мяса?

– Всегда по-разному – ответил Девин. – Иногда стирается только память от прошлой жизни. Человек просыпается, как после длительной комы. Ничего не помнит, но умеет делать простые вещи, как ходить, говорить и даже читать. Учится всему с нуля, заново познает жизнь, при этом часто сохраняет характер и повадки былой личности. А иногда после процедуры остается взрослый ребенок, не умеющий абсолютно ничего. Безумно интересно, как получится с тобой.

– Ты уничтожаешь жизнь и считаешь, что поступаешь верно?

– Я возвращаю все в правильное русло. Это ТЫ уничтожила жизнь девушки, в чьем теле сейчас пребываешь. И ты испортила жизнь её родителей, когда пустилась в бега. Вини во всем только себя.

Элла не выдержала и расплакалась, она закрыла глаза руками и опустила голову. Девин посмотрел на сообщника, скривившись вместе с ним в насмешке. Никто их них не воспринимал Эллу за полноценного человека, лишь за вирус, заразивший человеческое тело, который необходимо устранить. Они не чувствовали к ней ни жалости, ни сострадания.

И Элла это знала.

Знала, что плач не сможет их разжалобить, ничто не заставит их отпустить её. Но показательный плач поможет им на какую-то секунду расслабиться, поверить в то, что она сломлена и не представляет опасности. Насладиться её слабостью.

Элла долго решалась на этот ход – притвориться, чтобы рискнуть. Кроме, как идти на риск, ей больше ничего не оставалось. И она начала действовать.

Внезапно, резко махнув локтем, девушка разбила нос рядом сидящему похитителю. В следующий миг бросилась на Девина, и несколько раз подряд ударилась своим лбом в его лицо. Охранник с разбитым носом на короткий миг потерял связь с реальностью, но быстро пришел в себя и метнулся к Элле. Вовремя обернувшись, она сделала выброс ногой, и пяткой снова заехала неудачнику в нос. Затем размахнулась и приложилась коленом в грудь растерявшемуся Девину.

Девушка метнулась к двери, подняла кнопку блокировки замка, открыла дверь, и готова была выпрыгнуть из машины на полном ходу. Она даже оттолкнулась ногами для прыжка, но в последний момент Девин обхватил её за талию и дернул обратно.

– Что там у вас творится!? – запаниковал водитель.

Элла начала махать локтями, нанося детективу удары в голову. Она умудрилась развернуться к нему передом, после чего вцепилась руками в лицо. Большими пальцами давила на глаза, тогда, как ногтями остальных впилась в кожу. Одновременно с этим она принялась лупить его коленом в живот. Девин попытался оторвать её руки от своего лица, но хватка была мертвой, а постоянные удары еще больше усложняли эту затею.

Элла разъяренно избивала ненавистного ей человека, как вдруг послышался приглушенный выстрел. В спину что-то кольнуло, по всему телу тут же пошел холодок. Рассудок девушки затуманился, в руках появилась слабость. Она не могла больше контролировать свое тело. Девин, наконец, оторвал её от себя и откинул в сторону.

В спине Эллы торчал дротик транквилизатора, выпущенный вторым похитителем. Она осела на полу, прислонившись к сиденью, и медленно закрыла глаза.

– Охренеть просто можно – тяжело дыша, проговорил Девин, и потрогал пальцами свое лицо. На нем остались кровоточащие ранки от ногтей Эллы. Он посмотрел на своего помощника, у которого из обеих ноздрей стекала на подбородок кровь.

– Что происходит? – закричал водитель.

– Все отлично – ответил Девин и снова взглянул на сообщника. – Теперь свою бутылку виски буду распивать с еще большим удовольствием.

Элла лежала без сознания на полу церкви, со связанными за спиной руками, и с заклеенным скотчем ртом. Её обступили три пары ног, принадлежащие Девину, и двоим помощникам. Они нарядились в рясы и, по всему, готовы были приступить к крещению.

– Начинаем? – спросил один из помощников.

– Она без сознания – ответил Девин.

– И что, какая разница?

Девин, глубоко вздохнув, посмотрел на него суровым взглядом.

– На одном из моих первых заказов мне попался здоровенный амбал. Чтобы провести крещение, пришлось всадить в него три дозы транквилизатора. После крещения он пришел в себя, и оказалось, что ничего в нем не изменилось. Пришлось все переделывать, пока его держало семь человек – Девин опустил взгляд на Эллу. – Я бегал за ней по всему миру целых 8 лет. Теперь хочу сделать все правильно и с первого раза. Поэтому неси нашатырь.

Помощник виновато кивнул и удалился. Спустя полминуты он вернулся с бутылочкой в руке. Второй помощник, тем временем, заканчивал отрезать девушке рукава, и штаны ниже колен, готовя оголенные руки и колени для помазания.

Девин взял нашатырь, открыл колбу и поднес его к носу Эллы. Та, буквально через пару секунд, начала приходить в себя. Она испуганно задергалась и завертела головой в разные стороны.