Отказ всех систем - Марта Уэллс

Люди повели меня внутрь. Шаттл был крупным, в коридоре находились люки в каюты и инженерную секцию, а в конце – большой отсек. Вдоль стен шла мягкая кушетка, а кресла-амортизаторы были расположены спереди, рядом с люком, вероятно, ведущим на мостик. В помещении было шесть незнакомых людей: четверо вооруженных и два безоружных члена экипажа. Вооруженный держал Тапан за плечо, а к ее голове приставил ракетную установку.

Тлейси поднялась с кресла и с улыбкой посмотрела на меня.

– Проведи малышку Тапан в каюту. Позже я поговорю с ней о работе.

Глаза Тапан были широко открыты от страха. Я сохранял нейтральное выражение лица.

– Эден, прости! Прости… – начала она, но охранник уже тащил ее через другой люк в коридор.

Я не отреагировал, поскольку хотел убрать ее с линии огня. Дождавшись хлопка закрывающегося люка, я сосредоточился на Тлейси.

Она задумчиво шагнула ко мне. Как я понимаю, триумфальная улыбка относилась к Тапан. Члены экипажа наблюдали за нами с нервным любопытством, а вооруженная охрана по-прежнему выглядела напряженной.

– Ты правда считаешь, что это автостраж, участвовавший в инциденте на карьере Ганака? – спросила Тлейси у сексбота.

Тот собрался ответить, но я сказал:

– Мы все знаем, что это был не просто инцидент, не так ли?

Теперь я завладел всеобщим вниманием.

Я смотрел прямо перед собой, как порядочный автостраж под контролем боевого модуля. Тлейси уставилась на меня и прищурилась.

– С кем я разговариваю?

Это было почти забавно.

– Ты считаешь меня марионеткой? Ты же знаешь, что мы не такие.

Тлейси слегка всполошилась.

– Кто тебя послал?

Я опустил голову, чтобы встретиться с ней взглядом.

– Я пришел за своей клиенткой.

Тлейси зашевелила губами, отдавая приказ по сети, и сексбот принял боевую стойку.

«Шаттл покинул порт и движется по орбите вокруг спутника. Успеешь меня впустить?» – спросил ГИК.

«Только давай по-быстрому», – ответил я и дал ему свободу.

Я снова почувствовал себя так, будто меня окунули с головой в воду, и временно отключился, пока ГИК использовал меня как мост, чтобы добраться до контролирующего шаттл бота.

Он проделал это быстро, но сексбот успел врезать мне в челюсть. Видимо, ему приказала Тлейси – бот не стал бы атаковать другого бота таким образом. Удар оказался болезненным, но лишь разозлил меня. Поскольку я не отреагировал, Тлейси расслабилась и ухмыльнулась.

– Люблю брехливых ботов. Это уже начинает становиться интересным…

ГИК проник в систему шаттла, и я освободился. Я схватил сексбота за руку и швырнул его через весь отсек в трех вооруженных охранников. Один рухнул, второй упал в кресло, третий начал поднимать оружие. Я отбросил Тлейси с пути, сшиб сексбота и наступил на него. Потом схватил дуло излучателя, задрал его кверху и выстрелил. Заряд попал в изогнутый потолок. Я вырвал излучатель из рук охранника, сломав ему плечо и три пальца, и приложил его головой о консоль.

Упавший на пол охранник выстрелил из ракетной установки, и я ощутил два попадания – в бок и бедро. Вот теперь было действительно больно. Я вытянул правую руку и выстрелил из встроенного излучателя, всадив ему два заряда в грудь. Потом отскочил в сторону, чтобы избежать выстрела второго охранника (того, который упал в кресло), мой третий попал ему в плечо. Я установил кучный режим стрельбы, и заряды проделали глубокие обугленные раны, которые быстро вывели людей из строя из-за паники и боли, ну и, как вы сами понимаете, из-за горящих дыр в грудной клетке.

Я метнулся вбок и швырнул захваченное оружие для отвлечения внимания. Первым невооруженным человеком была женщина; она уже лежала на полу с дымящейся раной в спине – в нее по ошибке попал охранник. Вторая бросилась через отсек за упавшей ракетной установкой, и я подстрелил ее в плечо и ногу.

Сексбот вскочил и ринулся на меня, я поймал его, упал на спину и перебросил его через голову. Перекувыркнулся и встал на колени, но не смог выпрямиться до конца из-за раны в правом бедре. Сексбот встал, я схватил его за ногу и выдернул ее из коленного сустава. Он упал, и я пригвоздил к полу его левое плечо. Одновременно я развернулся к Тлейси – она тянулась за упавшим оружием.

– Только дотронься до него, я выдерну его у тебя из рук и всажу под ребра, – сказал я.

Она застыла. От страха она тяжело дышала, широко открыв глаза.

– Вели своему сексботу утихомириться.

Он все еще пытался подняться – и этим только причинит себе новую боль. В особенности, если снова меня разозлит.

Тлейси медленно выпрямилась, зашевелила губами, и сексбот расслабился.

«ГИК, отрежь Тлейси от сети», – попросил я.

– Готово, – откликнулся ГИК.

Когда отключилась сеть, Тлейси поморщилась.

– Прикажи сексботу подчиняться мне до дальнейших распоряжений. Попробуешь отдать другой приказ, и я вырву тебе язык.

Тлейси засопела, но сказала:

– Бот, подчиняйся безумному автостражу, пока не получишь другой приказ. – Потом она обратилась ко мне: – Тебе следует придумать угрозы получше.

Я схватился за ближайшее кресло и поднялся.

– Я не угрожаю, а говорю то, что собираюсь сделать.

Ее челюсть окаменела. Два человека уже перестали дышать – невооруженный, которого подстрелил охранник, и тот, которого подстрелил я. Тлейси и не заметила.

Я опустил взгляд на сексбота, и тот посмотрел на меня.

– Лежать, – велел я.

Он отправил по сети подтверждение. Я перешагнул через него, схватил Тлейси за руку и потащил в коридор, к каюте, в которую уволокли Тапан.

– Так ты свободен, да? – быстро спросила она. – Могу тебя нанять. Дам все, что захочешь…

«У тебя нет того, что я хочу», – подумал я, а вслух сказал:

– Тебе нужно было лишь отдать им гребаные файлы, и никто не попал бы в эту ситуацию.

Она бросила на меня испуганный и недоверчивый взгляд. Не такими она представляла себе автостражей, бесконтрольных или еще каких, это уж точно.

Людям следует лучше готовиться к операциям. Есть же инструкции, в которых предупреждают с нами не шутить.

Тлейси остановилась у закрытого люка и сказала:

– Бассом, это я.

Она шлепнула по замку, и дверь открылась.

Тапан растянулась на койке у дальней стены, по футболке в цветочек расплывалась кровь, капли крови забрызгали смуглую кожу, а голая рука зажимала рану в боку. В маленькой каюте громко отдавалось ее тяжелое дыхание. Охранник вытаращился на нас широко открытыми глазами.